Чтение онлайн

— О каком демоне они сказали?

Его взгляд заскользил по всем присутствующим.

«Поднебышек, будет больно, но я закрою твою память», — раздался голос Белиара в голове, и сразу все мое тело свело судорогой.

Следом же по мне игольчатым катком проехался взгляд прецептора, остановился ненадолго, выворачивая меня наизнанку, и пошел дальше. Когда глаза Аластора зависли на Рюгле, тот упал на колени, захныкав:

— Там, в пещере, сидел на цепи бес, — он уткнулся лбом, оставляя мокрые следы под собой, — Я никогда не подходил к нему, там какая-то странная магия… Грэй и Рульф сами, они все сами… Эти нули…

При слове «нули» взгляд прецептора на миг упал на меня.

— Молчать, — коротко отрезал Аластор, — Зигфрид, следи лучше за своими подчиненными.

Приор кивнул, не сводя глаз с Мэйнарда, распростершегося на коленях. Он сам едва сдерживался, чтобы не пнуть среброволосого, но люди не хотели устраивать разборки на глазах зверей и первушников.

Я остро чувствовал, что от меня просто так не отстанут. Тронув Фолки за плечо, я прошептал:

— В тюфяке спрятан мешок. Забери его, но внутри ничего не трогай. Иначе погибнешь.

— Первуха… — помощник Хильды нахмурился, но потом коротко кивнул.

Я был благодарен Фолки, что тот не задавал лишних вопросов.

— Я вернусь за ним, — закончил я.

В этот момент Аластор подошел к молоту, поднял его на плечо, и произнес:

— Слушайте мой приговор, земли Серых Волков, — он обвел взглядом собравшихся вокруг зверей, — Кабаны и Скорпионы уже знают свою судьбу. Пятнистые Рыси…

Гвала смиренно склонил голову:

— Слушаю, ваша светлость.

— В этом году отправите вдвое больше рекрутов на восток. То же самое касается и Серых Волков, — прецептор повернулся к Альфе, — Рагнар, с тебя рекруты, ясно?

— Слушаюсь, ваша светлость.

— Клан Полуночную Тень всю в столицу, на допросы, — Аластор покачал головой, — Не думал, что ересь проникнет так глубоко.

— Ваша…

— Воющая Глотка и Кривой Оскал пусть шлют рекрутов, вдвое больше, ясно?

— Да.

— И только попробуй набрать воинов из других стай, Рагнар, — процедил сквозь зубы приор Зигфрид.

Прецептор усмехнулся:

— Благодарите Лунный Свет, Серые Волки. Единственный клан, который спас вас всех от ереси.

Хакон вышел чуть вперед:

— Ваша светлость, я благодарен вам…

— Тебе повезло с твоей помощницей, Хакон. Тот, кто верен своей крови, верен Небу, — прецептор обвел всех взглядом, — Небо каждому определяет свою меру, помните об этом, звери.

Он махнул оружием, призывая свиту за собой, а потом вдруг остановился, глядя на меня. Меня словно током поразило…

— Кстати, о мере, — задумчиво произнес прецептор, — Зигфрид, забери этого первушника в столицу.

— Не-е-ет, — Хильда не выдержала, метнулась вперед и оказалась между мной и прецептором.

Хакон дернулся следом, схватил Волчицу за локти, стал оттаскивать. Она рычала и рвалась, варвара таскало из стороны в сторону.

Аластор усмехнулся:

— Дикая. Ну, вылитая Белая Волчица, — и он направился к выходу.

Наши с Хильдой взгляды на миг скрестились.

— Все будет нормально, госпожа, — твердо ответил я.

Прецептор и его свита вышли из замка, больше не сказав ни слова.

— Тебя казнят, Спика… Марк, — прошептала Волчица.

Слезы обильно потекли по ее щекам, губы запрыгали. Я видел разную Хильду, но такую сломленную еще никогда.

— А я… ничего… не могу сделать… — она в бессилии закрыла глаза, повиснув на руках Хакона, — Ничего…

— Ты видишь, как все сложилось, Хильда? — сказал я, — Белые Волки отмщены, и ты в Совете.

Я сам только сейчас осознал, что снял с себя часть долга, и непроизвольно коснулся талисмана на груди. Рычка это не вернуло, но это было большее, что я мог для него сделать.

— Все будет нормально, Хильда, — повторил я.

Я говорил, пытаясь заодно и себя убедить в этом. Позади меня выросла огромная фигура рыцаря.

— Первушник, следуй за мной, — сказал знакомый голос. Кажется, это был Мейнард.

Хакон сразу же подал голос:

— Великий мастер, смеет ли клан Лунный Свет…

— Не смеет, зверь! Знай свое место.

— Мейнард, — послышался голос Зигфрида, я почувствовал его приближение.

— Мой господин, эти Волки совсем забыли, как надо относиться к людям, — с ненавистью выдохнул среброволосый, — А первушник даже смеет стоять в вашем присутствии.

— А ты помнишь, Мейнард, как себя стоит вести в присутствии прецептора? — рыкнул Зигфрид, — Или напомнить, кому я поручил следить за землями Серых Волков?

— Но, господин, я лишь хотел… — среброволосый замялся, — Брат, как же так?

Для меня это заявление было как гром среди ясного неба. Так эти двое еще и братья?

— Иди, Мейнард, — тяжело ответил Зигфрид, и, когда тот удалился, спросил:

— Хакон, что ты хотел сказать?

— Великий мастер, смеет ли клан Лунный Свет после всего того, что сегодня случилось, просить вас о …

Зигфрид оборвал его, хмыкнув:

— Говори уже, зверь.

— Наш примал…

— Это приказ прецептора, он не обсуждается.

— Что с ним будет, великий мастер? Его казнят? — Хакон кивнул в мою сторону.

— Решения людей не касаются зверей.

— Это примал клана Лунный Све-е-ет! — закричала Волчица, снова рванувшись.

Но Хакон держал крепко, видимо, вливая еще и какие-то эмоции в Хильду. И я подозревал, какие… Отчаяние, бессилие перед неизбежным — все это было написано на ее лице. Совсем не свойственные хищной валькирии эмоции.

Видимо, так легче было ее сдерживать, но мне показалось это жестоким. Хильда вполне способна и сама справиться с любым ударом.

— Хакон, — произнес Зигфрид, глядя еще и на Скорпионов, стоящих неподалеку от нас, — Видит Небо, Лунный Свет достоин. Думаю, время есть, не будем спешить. Я хотел еще обсудить с Рагнаром кое-что…

Я слушал приора, не оборачиваясь. У Зигфрида изменилось отношение к зверям после сегодняшних разборок — вроде как стал подобрее, заинтересовался делами своих подданных. Оно и понятно, ведь не каждый день в эти земли приезжает прецептор, чтобы разгребать косяки приора.