Чтение онлайн

— В Лютном переулке, в Лондоне, есть одно местечко, — замедляя шаг, произнес Том; он не собирался этого говорить, но интуиция подсказывала именно эту тему. — И хотя там ошивается всякий сброд, но именно в этом месте наиболее интересные магазины двусторонней торговли, проще говоря…

— Чёрный рынок, — завершил за него Луи, но он неожиданно продолжил на повышенных тонах: — Что ж, мистер Риддл, я понятия не имею, зачем вы мне это говорите. Неужели вы могли подумать, что меня заинтересует подпольная деятельность? Вы показались мне неглупым юношей, но не стоит переходить рамки. Вы намеренно пытаетесь выманить из меня информацию, только цель её использования мне неизвестна. Может, вы шпион Министерства Магии? — с усмешкой спросил он, снова останавливаясь, когда они уже подходили к трибунам. — Нет, это вряд ли, шпионы никогда не ведут себя настолько прямолинейно, а значит, это праздное любопытство, но любопытство иногда бывает неуместным, особенно в случае с человеком, которого вы знаете не дольше получаса.

Том внимательно слушал назидательные речи мистера Малфоя, сохраняя внутреннее спокойствие. Он не злился на проницательность этого человека, более того, то была вполне ожидаемая реакция на наглость, но и её нужно было перетерпеть, как прием рыбьего жира в детстве. Персоне такого уровня, конечно же, нельзя светиться в тёмных делах, ведь он только начинал создавать репутацию себе и своему сыну, но Том был уверен, что, имея такие деньги, просто невозможно остаться в стороне от чего-то незаконного. Пока работает карусель добра лучше держаться подальше от сомнительных тем.

— Прошу извинить мою бестактность, — обронил Том, жестом показывая вход на ближайшую трибуну. Пора было заканчивать этот разговор, иначе он мог перетечь в неприятное русло. — Был рад знакомству, мистер Малфой.

— Лорд Малфой, — поправил тот. — Несмотря на последние слова, я тоже рад знакомству, мистер Риддл, — равнодушно ответил аристократ, подходя к лестнице.

После тяжелой часовой тренировки у Абрахаса сильно болели мышцы, и хотя в выносливости ему было не занимать, он и впрямь устал. Цигнус гонял их по полю, заставляя отрабатывать новые схемы. Капитан команды был в ярости из-за того, что лучший ловец школы попался на уловку гриффиндорцам, ликвидировавшим важного члена команды Слизерина. В качестве замены Бэгмен был неплох, но, по словам Цигнуса, он явно уступал находчивому и везучему Эйвери. За время тренировки ему удалось поймать снитч всего единожды, и все были этим очень недовольны. Больше всего устали охотники, именно на их плечи ложилась задача сновать по полю взад-вперед, чтобы забрасывать и отбирать квоффлы.

Позволив себе минуту отдыха, Абрахас отлетел подальше от слизеринцев и остановил метлу около одной из трибун. На высоте бесновался сильный ветер, ему приходилось постоянно поправлять челку, выбивающуюся из прически и падающую на лоб. В спортивной мантии из тонкого материала стало холодно. Цигнус, занятый критикой ловца за очередную неудачу, похоже, не обратил внимания на то, что один игрок взял небольшой таймаут.

Вид отсюда открывался изумительный: одетое в золотую осень высокогорье Шотландии будто сошло с картин живописцев, лишь еловый лес оставался вечнозеленым. Сколько тайн хранил Хогвартс? Абрахас не единожды терялся в коридорах и подземельях. Иногда, направляясь в определенную сторону, он попадал совершенно в другое место, более того, он никак не мог пройти такое расстояние. А ещё эти движущиеся лестницы! Иногда они доставляли в странные помещения. Однажды он долго плутал по коридору какого-то этажа, не встретив ни единой души. Как-то выбравшись оттуда, Абрахас больше не смог найти это место.

Раскачиваясь в небе от потоков нескончаемого ветра, он неожиданно увидел отца, стоявшего с одним из студентов возле внешней стороны трибуны. Сначала это показалось обманом зрения, но мужчина внизу действительно оказался его отцом, а его спутником — не кто иной, как Том Риддл, о котором у младшего Малфоя успело сложиться нелестное мнение. Судя по всему, внизу происходила беседа, но вскоре староста отправился в сторону замка, а Луи Малфой скрылся на лестнице.

Абрахас терпеть не мог незапланированные визиты, отец должен был прибыть в Британию только завтра вместе с выставляемыми на аукцион экспонатами.

— Я не давал перерыва! — донесся голос.

Цигнус поравнялся с ним, он жестом указал вниз, где происходила ожесточенная борьба за квоффл между Шелли и Креббом. Огромный парень не давал прохода Дженне, петляющей из стороны в сторону. В её руках был мяч. Цигнус вихрем понесся к своим воротам, надеясь опередить игроков. Охотница ушла в крутое пике и вскоре с невероятной силой кинула шар снизу вверх. Квоффл пролетел в нескольких сантиметрах от лица Блэка и оказался в кольце. Дженна победоносно заулюлюкала сама себе и, повернувшись к Креббу, самодовольно высунула язык.

Сумка с учебниками выскользнула из рук, все книги и тетрадки оказались в луже; следом в грязь полетела и их хозяйка. Послышались смешки и издевки. Двое хаффлпаффцев, порывавшихся ей помочь, застыли в нерешительности, наткнувшись на злобные взгляды слизеринцев. Внутриусобные войны Слизерина были куда страшнее разборок с гриффиндоцами, и влезать не стоило, поэтому, ещё раз взглянув на сидящую на земле девушку, студенты Хаффлпаффа быстро ретировались.

Эвелин ненавидящим взглядом проводила сокурсников и с особым остервенением стала запихивать мокрые учебники в сумку, даже не озаботившись их сушкой и очисткой. Подобное отношение стоило игнорировать, и она держала себя в руках, только вот внутри всё равно кипела злоба. Оказаться жертвой из-за манипуляций тех же слизеринцев и стать изгоем… Ведь это несправедливо! Пошлый год был словно другой жизнью. Она была желанна, любима, а главное, была душой любой компании, а теперь…

Опальная принцесса Слизерина больше не вернет былого величия. К власти Иви никогда не стремилась, но раньше к ней тянулись студенты и не только из-за её внешности. Она умела говорить забавные глупости и при этом не выглядеть дурой. Именно за эти качества её полюбил Йен…

Эвелин потянулась к последней тетрадке, раскрывшейся на середине. Белые листы были в мокрых разводах, и бумага деформировалась, наверное, стоило её выкинуть. Иви вздрогнула от боли, пронзившей палец. На подушечке мгновенно вспухла капля крови, а на краешке листа отпечатался небольшой развод. Она порезалась. Пораженная апатией Эвелин обмякла на земле, едва ли не плача. Всего неделя в школе, только маленький отрезок времени в аду, а она уже сдается и опускает руки из-за какой-то ранки. В поле зрения что-то попало; приходя в себя, Эвелин обнаружила перед собой Абрахаса Малфоя с её тетрадью в руках. Он достал волшебную палочку и уже накладывал очищающее заклятие. Уже второй раз он появляется из ниоткуда, стоит ей хоть немного взгрустнуть. Он подал ей руку, чтобы помочь встать. Голубые глаза завораживали так же, как и все его жесты, похоже, Малфоя не очень-то интересовало общественное мнение относительно слизеринской неудачницы.

— Спасибо, — смущенно сказала она, забирая у него свою тетрадь.

— Не за что, — с полуулыбкой ответил он, направляя волшебную палочку на её испачканную сумку.

Абарахас произнес заклинание, и её сумка взмыла в воздух, по пути теряя капли грязной жижи. Двойное заклинание – а он неплохо разбирается в чарах.

— Тебе не стоит со мной общаться, — неожиданно выпалила она, пристыжено опуская взгляд.

Короткий смешок заставил Иви снова посмотреть в его глаза. Он улыбался, наклонив голову вбок и разглядывая её, словно диковинку, что сильно смущало.

— Интересно, почему же? — наигранно удивленно сказал он, продолжая осмотр. — Не вижу никаких причин, а, постой, вижу…

Она непонимающе сдвинула брови и стала оглядывать себя со всех сторон, пытаясь отыскать те самые причины. Малфой оказывается, успел очистить заклинаниями и её одежду.

— Что? — удивленно спросила она.

— Ммм… — протянул Абрахас, почесывая подбородок, на полном серьезе задумываясь над вопросом. — Показалось…

Он засмеялся, вновь заставив Эвелин покраснеть, она даже не сразу поняла, что он пошутил. Улыбка против воли тронула ее губы. Улыбка… Как давно она не улыбалась? Кажется, что лицевые мышцы забыли, как это делается. А Абрахас смотрел на неё, явно довольный реакцией, задумка удалась, и вечно грустная, одинокая девушка уже смеялась. В этот момент она ощутила благодарность к этому парню. Из газет можно было узнать о благотворительности Малфоев, и, может, даже наткнуться на редкую фотографию членов древнего французского рода, но нельзя было судить об Абрахасе как о личности. Обычно дети аристократов представляют собою самовлюбленное, эгоистичное подобие своих родителей, но этот парень был другим. Несмотря на холод голубых глаз и идеальный внешний вид, в нём было что-то тёплое, правильное. Абрахас не походил на горделивых Блэков с их манией старых традиций и манерным поведением, он вообще, наверное, не вписывался в рамки благородных идеалов семей. Может, во Франции совершенно другое воспитание наследников?

— Не обращай на этих придурков внимания, — с улыбкой сказал Абрахас, провожая взглядом припозднившихся с гербологии студентов, среди которых были Риддл и Друэлла — два главных деспота факультета.

Том смотрел прямо на них, на его лице не проскочило ни одной эмоции, но Иви почувствовала, как тот медленно закипает, или её воображение просто не приемлет другого Риддла? Может, ему вовсе плевать? Да зачем она ему сдалась теперь, когда Йен окончил Хогвартс, а его сестричка потеряла к ней интерес? Абрахас смотрел в сторону уходящих старост, в его взгляде отчетливо читалась неприязнь, но к кому? Кого он невзлюбил: Друэллу или Тома?