Мертвая империя
Шрифт:
– Все хорошо, они тебя не обидят. Посмотри на меня, красавица. Как тебя зовут? Меня Квинт Лутаций
– Меня зовут… Феодосия.
– Откуда ты? Я живу в Субуре, недалеко отсюда.
– У меня нет дома, до недавнего времени я была рабыней, но хозяин распустил меня и остальных рабов.
– Так ты не римлянка?
– Нет, я гречанка, из Вифинии. Еще до распада Империи схватили в плен бандиты и продали в рабство.
– Ужасная судьба. Но со мной тебе ничего не грозит. Пойдем ко мне в инсулу. Надо же где-то жить.
Феодосия расслабилась и уже не была так сильно напугана. Ее глаза все еще были влажные, но она шла на контакт и не боялась меня.
– Если ты правда можешь взять меня к себе, то я буду очень признательна.
Я приобнял свою новую знакомую, пытаясь успокоить. У нее появился румянец на щеках.
– Идем со мной. Ты в безопасности.
Я решил выйти на большую дорогу, где светло и ходят патрули. Феодосия была спокойна и охотно разговаривала со мной на различные темы: о себе, своем прошлом, мыслях, планах на будущее.
Болтая по пути, мы дошли до моего дома. Я просто валился с ног от усталости. Мне даже не хотелось раздеваться, только лишь спать. Но надо было как-то разместить Феодосию.
– У меня в небольшом доме лишь двухместная кровать и диван. Я буду спать на нем, а ты ложись на кровать. Согласна?
– Согласна, но не проще будет лечь вдвоем на одной кровати?
– Ну… почему бы и нет.
Весьма неожиданное предложение, да и я не против, но мне хватило тех двух римлянок на пиру. Однако ради удобства я согласился. Упав на кровать, я тут же начал засыпать. Феодосия тоже легла почти сразу, я почувствовал ее присутствие. День был необычным, никогда не видел такой огромный пир. Рим – город роскоши, но это станет его бичом, что разрушит мегаполис. Искренне надеюсь, что меня эта обстановка не погубит. Все, больше не могу. Пора закончить этот день…
В тот день пир продолжался еще три дня. Император крайне рад моему присутствию в Риме, но мне надо командовать. Месяц легион сидит без меня. Я и Феодосия живем вместе до сих пор и думаем о бракосочетании. Гонорий не очень рад этому, ведь она вольноотпущенница, но я не обращаю внимания, для меня это не имеет значения. Но мое ли все это? Не воин ли я? Не полководец? Возможно, это время для меня прошло, и пора отдыхать. А военная служба – это прошлое и забытое. Но так ли все должно быть? Не знаю. Но именно этот день из всего месяца пребывания в Риме примечателен: произошло сразу несколько событий. Я, после совещания у главнокомандующего, сидел на диване, был ранний вечер. Феодосия как раз вернулась с приема у лекаря: ее уже достаточно долго мутит и тошнит, чем мы очень обеспокоены.
– Добрый вечер, моя радость. Что же сказал врач? Ты больна?
– Добрый, Квинт. О нет, все совсем не так, как казалось. У меня для тебя хорошие новости. Я беременна, дорогой.
О, могущественный Юпитер, ты решил наградить меня! У меня будет ребенок! Я и подумать не мог, что этот день настанет. Я упал на колени перед Феодосией и прижался головой к животу.
– Я правда очень счастлив! Кого ты хотела бы первым?
– Мне не важно, но если мальчик, то хочу, чтобы он был похож на тебя.
Мы вдвоем мило посмеялись, и я встал, впившись губами в ее губы. О, это теплое чувство; возле меня мое продолжение, мое второе «Я». Так продолжалось бы и дальше, но нашу идиллию прервал злосчастный стук в дверь.
– Чтоб меня! Посиди на диване, Феодосия, я скоро.
Я встал и пошел к двери, настроенный побить стучавшего. Как назло, он продолжал стучать еще и еще, что очень раздражало. Открыв дверь, я схватил человека за воротник и замахнулся для удара. Маленький человечек от испуга закрылся руками и закричал.
– От императора! Срочное послание от императора! Цезарь Август срочно требует явиться к нему во дворец. Ему очень нужна твоя помощь, он ждет тебя.
– Что он хочет?
– Я не знаю, просто сказал позвать. Что мне передать ему?
– Передай, что я сейчас приду.
Посланник кивнул и убежал обратно в сторону дворца. Я закрыл дверь и повернулся к Феодосии, чтобы все рассказать, но она меня опередила.
– Я все слышала. Иди же к нему скорее. Он твой начальник, не заставляй его ждать, милый. А вот я тебя подожду.
– Столько, сколько нужно?
– Да. Столько, сколько нужно.
Я поцеловал ее на прощание, накинул тогу и быстрым шагом направился ко дворцу. Что же ему срочное нужно? Почти месяц я жил без него, его просьб и задач. Самому интересно что он хочет. Я достаточно быстро добрался до дворца. Выяснив, что Гонорий у себя в покоях, я устремился к нему. Перед тем, как зайти, я постучался. Получив согласие, я вошел в его великолепные покои. Они очень были похожи по стилю на ту комнату, где я отымел Ульпию и Ливию.
– Император, я нужен тебе?
– Да, Квинт. Я нуждаюсь в твоих навыках и талантах.
Гонорий сидел на кровати и выглядел очень мрачно и потерянно.
– Только ты сможешь это сделать, Лутаций. У нас катастрофа. Британия почти ушла из-под контроля имперской власти. Подлые римские мятежники, предатели перебили гарнизон города Эбурак и основали свое мятежное государство. Думаешь все? О нет, они продолжили завоевание острова. За нами осталось лишь южное побережье. Бери свой легион, который находится в Лугдуне,и отправляйтесь в Лондиниум. Я знаю, что ты воевал в составе девятого легиона в Британии. Я полагаюсь на твой опыт и природный талант.
– Я сделаю это, Цезарь. Но у меня невеста беременна…
– Та самая Феодосия? Ладно, я обеспечу ее всем необходимым. Не переживай и смело собирайся скорее в путь. Спаси нашу былую славу, Квинт.
Я кивнул и на протянутую руку ответил рукопожатием. Покинув в спешке дворец, я быстро пришел домой. Чтоб меня, Марс, зачем же еще война!? Я только обжился: дом, богатство, невеста, дети. Почему именно сейчас? Придя домой, Феодосия сидела на диване и вязала маленькую одежду.
– Ты чего не спишь то? Уже ночь на улице.
– Куда ж я без тебя. Обещала ведь, что дождусь.
– Ждать придется долго, радость моя. Ранним утром я собираюсь в Лондиний. Гонорий меня и мой легион отправил воевать в мятежную Британию.
– Я все равно буду ждать столько, сколько нужно, дорогой. Раз вставать рано, то пойдем в кровать, надо выспаться.
Я согласился и взял ее на руки, от чего она из-за неожиданности взвизгнула, но почти сразу засмеялась. Дойдя до кровати, я аккуратно уложил ее на спину и разместился сверху, впившись губами в ее шею и плечи.