Чтение онлайн

– Фирменную с анчоусами и кофе с корицей. Чизкейк свежий? – я не смотрела меню, я просто знала откуда-то, что нужно брать именно это.

– Только сделали. – улыбнулся официант. – Все?

– Да, спасибо.

Официант ушел, а я рассматривала кафе. Я точно помнила его обстановку и… Тут сердце снова забилось, но гораздо сильнее, чем при узнавании кафе. Мой взгляд упал на мужчину, и на секунду я подумала, что это Рем, но потом осознала, что тот вряд ли мог оказаться здесь. Мужчина сидел рядом с молодой девушкой, и смотрел на нее влюбленными глазами, впрочем, как и она на него. Рем говорил, что взял лицо моего бывшего возлюбленного, не уточняя какие у нас с ним были отношения. С учетом, что с моих похорон и пары дней не прошло еще, а мужчина, вполне довольный жизнью сидел рядом с молодой красавицей, вряд ли он был опечален моей кончиной. Вот же ж козел! На меня нахлынула лютая злость, и я смотрела на парочку обуянная ненавистью. Нет, ну что такого, я же даже не знаю точно, что за история любви была у меня с данным типом? Может он просто был моим знакомым и даже не знал, что я любила его? На меня накатила новая волна раздражения, а еще, я откуда-то знала, что это неправда. Ко мне пришло неосознанное понимание того, что этот человек не должен улыбаться через пару дней после моих похорон, и тем более, не должен улыбаться в компании другой женщины. Меня распирало изнутри, мне хотелось ломать и крушить все на свете, и лишь усилием воли я сдерживалась. Наконец, пришел официант и принес мне пиццу. Но она казалась мне абсолютно безвкусной, как и кофе с чизкейком. Я ела и не могла наестся, я чувствовала неутолимый голод, и не знала, как себя насытить.

Ко мне подошел официант и спросил:

– Вам все понравилось?

– Нет! – резко ответила я. – У меня волос в чизкейке.

– Волос? – удивленно переспросил официант.

– Волос, вы что совсем слепой? Не видите? – не могла сдерживаться я. – Позовите администратора!

Ко мне подошла симпатичная молоденькая женщина, а я рыкнула на нее:

– У вас что, гастербайтеры без санкнижек работают? Почему у меня волос в еде? И на вкус ваш пирожок словно прокисший, это даже чизкейком не назвать! Вы меня за идиотку держите?

– Извините, но я не вижу волос. – попыталась встрять в мой монолог девушка.

– Значит я вру по-вашему? Давайте вашему хозяину звонить, я его попрошу, чтобы он своих работников на медосмотр отправил, раз у них со зрением проблемы!

– Извините, – не выдержала моего напора администратор, – обед за наш счет, просим прощения за неудобства.

Я заметила, как знакомый мне мужчина начал перешептываться с девушкой, а та хмыкнула и тихо, но в пределах слышимости для меня, сказала: «Истеричка какая-то». Что-то внутри меня снова взорвалось, но я тяжелейшим усилием воли сдержала себя, схватила ветровку и вышла на улицу. Там я села на лавочку, достала пузырек с жижей и выпила. И сразу стало легче. Злость куда-то испарилась и мне искренне захотелось пойти в кафе и извиниться перед персоналом. Но стыд и чувство гордости пересилило меня, поэтому я встала и пошла куда-то не сверяясь с навигатором, главное подальше от этого места.

– Девушка, извините. – окликнули меня. Я повернулась, а потом услышала гул в ушах и улетела куда-то в пустоту.

Не знаю, сколько времени я валялась в отключке, но проснулась от запаха бензина. Я валялась на полу связанная, и не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Открыв глаза, я огляделась. Рядом со мной ходил тот самый парень, ехавший со мной в автобусе, и выливал бензин из канистры. Я снова попыталась выбраться из опутывавшей меня верёвки, но тут парень сказал:

– Не пытайся, веревка пропитана березовой смолой.

– Интересная информация, – похвалила его я, – а мне что с того?

Парень посмотрел на меня как на идиотку:

– Березовая смола останавливает такую нечисть, как ты.

– Я значит нечисть, а ты кто?

– Я тот, кто останавливает тварей вроде тебя. Выследить вас сложно, я за тобой еще от батюшки следил, чувствовал, что нечисть в этот день возродиться должна. Вот и вышел на тебя. Еще и черта вычислил, но с ним сложнее будет, а вот ты сейчас легкая мишень. Ладно, чего болтать, тебе пора.

Парень достал зажигалку, как тут случилось нечто невероятное. На него кинулся пушистый комочек, секунда, и все на расстоянии метра залило кровью. Я закрыла глаза, не желая видеть экзекуцию, я рядом нечто громко чавкало, поедая моего незадачливого убийцу. Дааа… Если это нечто сожрало паренька, то и меня в живых вряд ли оставит. Хотя, Рем сказал, что меня убьет только огонь, что же со мной будет если меня сожрет это животное? Неужели он переварит меня, а потом я из этого буду… Брр! Я вздрогнула, и преодолев страх открыла глаза. Животинка сидела в луже крови, но от паренька уже ничего не осталось, кроме кусков окровавленной одежды. С удивлением, я узнала в облизывающемся пушистике своего знакомого – кота. Того самого, которого я гладила всего пару часов назад. Вот это да! Кот мяукнул и подошел ко мне, потом открыл свою широченную, и, как мне показалось, совсем не по размерам кота, пасть, а я снова зажмурилась от ужаса. Боли не последовало, может он уже сожрал меня? Кот мяукнул, и я посмотрела на него. Животинка, или что он там был, внимательно разглядывал меня, а я почувствовала облегчение в руке в том месте, которое секунду назад было стянуто веревкой. Я подняла руку, и увидела, что веревка перегрызена. Освободившись из своих пут, я встала, повернулась к коту и сказала:

– Ну, спасибо большое. Ты меня жрать не будешь?

Кот будто бы удивленно смотрел на меня. А я не знала, что дальше делать.

– Ну, я пошла. Еще раз спасибо.

Выходя из дома, я рассмотрела его – это была какая-то одноэтажная заброшенная халупа и находилась я всего в квартале от той кафешки, в которой я устроила скандал. Решив, что приключений не сегодня хватит, я посмотрела номер ближайшего дома и вызвала такси. Это еще повезло, что телефон из кармана джинсов не выпал, а то получила бы от Рема. А вот ветровку его таки потеряла, но может, хоть мое чудесное спасение задобрит черта? Когда машина подъехала, а я открыла дверь чтобы сесть, грациозными прыжками подбежал кот и сел в машину:

– Эй, с животными нельзя! – возмутился таксист.

– А тут нет никого. – улыбнулась ему я, сев в машину и посмотрев ему в глаза.

– А, значит показалось, – сменил таксист тон с раздражённого, на расслабленный и спокойный, – ну поехали.

Мы быстро добрались до вокзала, во время поездки кот забрался ко мне на коленки и умиротворенно урчал, пока я его гладила. Чувства обуревали странные. С одной стороны, я, увидев, что котейка сделал с моим преследователем, ужасно боялась животное, с другой, его милый носик так забавно хмурился от солнышка, и мой спаситель так уютно урчал… Короче, выйдя из машины я зашла хозяйственный магазин рядом с автовокзалом и купила большую сумку. Потом открыла ее, поставила на пол и сказала коту, которого все еще побаивалась:

– Если поедешь со мной, то залазь сюда.

И кот, к моему глубочайшему удивлению, залез. Мы без особых происшествий добрались до Александровска. Кот, конечно, в сумке сидеть отказался, и всю дорогу проспал у меня на коленях.

С сумкой наперевес я зашла в дом и проорала:

– Рем, на меня инквизитор походу напал, иди сюда!

В тапочках и с кружкой вкусно пахнущего чая, Рем вышел из кухни и спросил:

– Смеешься что ли?

– Не-а. – ответила я разуваясь. – Подкараулил, чем-то огрел, куда-то отволок, верёвкой меня обвязал, сказал, что она пропитана чем-то, какой-то смолой что ли. Вспомнить не могу.

– Березовой?

– Ага, наверное.

– И как ты выбралась?

Тут сумка раскрылась и из нее выпрыгнул кот. А Рем вдруг заорал как резаный и отпрыгнул назад, в сторону кухни, уронив кружку с чаем:

– Ты кого в дом привела, ненормальная!

– Это кот, он меня спас, сожрал инквизитора.

– Конечно сожрал, – провизжал Рем, – это ж Лихо одноглазое. О, Создатель! Поселил в доме дуру на свою голову!

Я смотрела на кота, тот мирно умывался, не обращая внимание на Рема.

– Ну, можно он тут поживет? – спросила я.

В ответ я услышала горький вздох и тихую ругань. А мы с котом пошли наверх, купаться и отдыхать после тяжелого дня.

Едва я успела выйти из душа, как Рем постучал в комнату:

– Эля, выйди срочно, тут к вам пришли. – услышала я, его встревоженный голос.

В халате и с полотенцем на голове я отрыла дверь:

– Можно мне хоть переодеться?