Чтение онлайн

— Ты, в самом деле, думаешь, что ему совсем нет до нас дела?
– спросила Кейт, когда они прошли через особенно хитрый поворот.

– Кто? Стерлинг?
– Джек оглянулся на нее.
– Это важно?
– Должно быть, он увидел по выражению ее лица, что это было важно. Джек продолжал вести свою лошадь вперед, но ответил, - Знаешь, Кейт, я на самом деле не знал своего отца. Он зарабатывал на жизнь, как ремесленник. Он путешествовал по деревням, чиня вещи, но он оставил мою маму сломанной. Поэтому я знаю, каково это - смотреть на любого взрослого мужчину, который любезно говорит с тобой, и желать его фамилию.

Джек, казалось, тщательно обдумывал свои слова:

— Большинству мужчин не нужны чужие дети, о которых надо заботиться. Может, Стерлинг и не то зло, что мы ищем. Может, он просто хочет использовать возможность. Мы сироты, и потому беззащитны перед такими, как Стерлинг и Вильгельм.

Джек потянулся, остановившись:

— Думаю, мы можем отдохнуть несколько минут. Да и лошадям, наверно, надо попить.

Кейт подтянула Люциуса за уздечку, положила кладь рядом с высокой березой и потерла уставшие плечи.

— Просто ты кажешься таким уверенным насчёт него - насчёт Стерлинга.

— Да ни в чем я не уверен. Но одно я точно знаю - вчера он лгал нам прямо в лицо. Он не мог не знать твоих родителей. А как он рассуждал о растениях и кирпичах все время, пока разглядывал гобелены? Будто все эти люди были похищены не из-под его охраны. Любой другой на его месте все силы положил бы на то, чтобы разгадать произошедшее, и от гобеленов его было бы не оторвать. А это означает одно из двух: либо Стерлингу все равно, либо он и так уже знает, что случилось с исчезнувшими. И если так, то он вёл нас прямо в ловушку.

— Может, он просто чувствует себя виноватым. Я знаю, что он солгал о моих родителях - он даже в глаза мне прямо смотреть не мог. Но это не обязательно означает что-то зловещее. Люди всю жизнь избегают разговоров о моих родителях. Даже Бабуля.

— Хочешь вернуться?

Кейт думала об этом. Она представляла, как будет штурмовать жуткий замок, разрываясь между двумя подозрительными личностями. Пробираться по коридорам с сомневающимся Джеком и обиженным Стерлингом. На миг она даже решила отправиться туда одна. Ей надоела драма, которую устроили эти двое. Но она взглянула на Джека, на его волнистые волосы, светлеющие на восходящем солнце. Последней каплей стали ямочки на его щеках. В конце концов, он назвал их «королевством двоих».

– Нет, не хочу.

Кейт сделала глубокий вдох.

– Сколько у нас привал?

Ещё пару минут. Хочу оторваться от него ещё на пару миль до восхода солнца.

Они напоили лошадей, перекусили сами.

– Теперь мы можем сесть в сёдла.

От скачки у Кейт уже болели ноги. Она бы предпочла и дальше вести Люциуса под уздцы, как послушную собаку. Но она напомнила себе о гобеленах. Кто знает, каким пыткам сейчас подвергают её бабушку? Ноющие мышцы можно потерпеть.

Пока они готовили лошадей, атмосфера между ней и Джеком изменилась. Вряд ли они сейчас осознавали, что между ними происходит, да и не было у них времени разбираться в этом прямо в тот момент. Кейт оттолкнулась и вскочила на Люциуса прежде, чем Джек предложил её подсадить. На секунду Кейт закрыла глаза.

«Бабуль, если ты близко и слышишь меня - мы идём, мы ищем тебя. Если можешь дать какой-нибудь намёк, знак о том, где ты...»

Она замолчала, почувствовав, что лошадь тронулась с места.

Джек взглянул на неё.

– Колдуешь, Кейти?

– Пытаюсь воспользоваться моим талантом Необычной.

– Отлично. Нам пригодится любое преимущество.

Он забросил рюкзак за плечи и вскочил на лошадь.

– Мы пойдём на север. Конечно, Стерлингу будет проще нас выследить, но если и существует такой уединённый замок, как на гобеленах, ему нужна вода поблизости. Я прав?

– Да, это разумно.

– Но как ты чувствуешь: это правильно?

– Я не такая, как остальные, Джек. Эти способности надо развивать. А я всю жизнь прожила, стараясь ненароком ничего подобного не сделать.

Джек пожал плечами и рванул вперёд. Кейт опустила глаза и улыбнулась себе. Она найдёт бабулю. И как только бабушка сможет, Кейт попросит её начать обучение. Возможно, пришло овладеть её наследством. Кейт ощутила солнечное тепло на шее и поняла, что наступило утро. Люциус поскакал быстрее, как будто окончательно смирившись с наступлением нового дня. Сегодня она найдёт бабулю. Они проведут вечер, приводя в порядок хижину, и она расскажет бабушке все-все, что произошло: и то, что король Вильгельм предложил ей вступить в его семью, и её растущую дружбу с Джеком Хэрикотом, и мысль, что дружба может перерасти во что-то ещё более неожиданное.

– Эй, чувствуешь эту ужасную вонь?

Только Джек Хэрикот мог прервать её романтические размышления настолько неромантичным вопросом. Но проехав ещё немного, Кейт тоже почувствовала запах. Как-то она жила в сарае у семьи охотника, помогая по дому в обмен на кров и еду. Ей приходилось счищать кровь с оружия и одежды охотника, и теперь она узнала бы этот запах страха и смерти где угодно. А здесь пахло в десять раз сильнее, уж точно. Она почувствовала, как сжался желудок, и крепко вцепилась в гриву, сдерживая тошноту.

— Фу. Что это, Джек?

Но Джек был занят, пытаясь выровнять споткнувшуюся лошадь.

– Я не знаю, что...
– проворчал он, и тут лошадь упала на колени.

– Джек, уходи от потока. Сейчас же! Брось лошадь, если придётся! – Кейт схватила поводья и повернула Люциуса влево, к зарослям в сторону от тропы. Она проверила, нет ли вокруг ядовитых растений, спрыгнула с седла. И помчалась назад к Джеку, все ещё боровшемуся у берега с конём.

Ядовитая вонь грозила одолеть её. Кейт преодолела головокружение. Одного взгляда хватило, чтобы подтвердить её предположения - вода вскипела зелёным.

Она сдержала рвотный позыв:

– Уходи от воды, - повторила она и протянула руку, - Брось лошадь, если надо.

– С ума сошла? Я не собираюсь бросать лошадь. – Джек смотрел на него, будто не узнавая. Глаза у лошади почти закатились, но Кейт могла бы поклясться, что во взгляде была мольба. Джек продолжать стоять и дергать, будто он мог её вытянуть в безопасное место.

– Это бесполезно, Джек, - прошептала Кейт.

– Я не брошу лошадь, Кейт, – повторил Джек, стиснув зубы.

Кейт наклонилась и стала тоже тянуть. Лошадь сдвинулась едва ли на дюйм.

– Джек...

– Тогда просто уйди.

Кейт хотелось кричать, но она знала, что это просто напугает лошадь и все станет ещё хуже. Она беспомощно огляделась вокруг - но помочь им было некому. Ей оставалось только присесть ниже и тянуть вместе с Джеком. Кейт чувствовала, как стонут все мышцы и ноют сжатые челюсти. Она вложила в усилие всю боль и страх и внезапно почувствовала, что падает назад, а подкованные железом копыта бьют её сверху.

Все трое - Джек, Кейт и пострадавшая лошадь - упали, превратившись в клубок ног. Первой на ноги вскочила лошадь. Когда она забежала в заросли за их спинами, Кейт зажмурилась от облегчения, что с животным всё в порядке. А потом застонала. Каждая клеточка её тела ныла от боли. Кейт почувствовала, как Джек ухватил её подмышки и оттащил вглубь леса под спасительную листву. Он вёл её, пока ядовитый воздух вокруг не развеялся, и они снова смогли дышать. Тогда он усадил её на землю