Чтение онлайн

– Приветливый персонал, - сказала Ксен, вспомнив пирамиду.
– Ну ладно.

Она вошла в комнату. Ярко вспыхнул свет.

205.

Это была небольшая комнатка, все четыре стены которой были огромными черными экранами. Холодный белый свет лился с потолка и отражался от зеркального пола. Ксен оказалась в столбе света и на мгновение ослепла.

Когда её глаза привыкли к яркому свету, Ксен разглядела фигуру человеку, скорчившегося в углу. Она наклонилась к нему, уже понимая, что это труп. Лицо сидящего человека было закрыто деревянной маской. Ксен не стала её снимать и смотреть в лицо мертвецу. Она подошла к стене, противоположной двери и положила на неё обе ладони.

От рук Ксен во все стороны разбежались яркие всполохи. Зазвучала музыка, доступная только для слуха Ксен, полились нежные ароматы, которые мог уловить только нос Ксен. Тысячи голосов заговорили одновременно на тысяче языков, и каждый из них Ксен могла разобрать. Её разум подключился к глобальной сети, сознание загрузилось в систему.

Ксен знала о том, что такое рубка управления, но не могла и представить себе, что её ожидает. Её сестра Лори побывала в такой же рубке и могла бы многое рассказать об этом Ксен. Она бы сказала, что когда впервые прикоснулась к угольно-черной стене, почувствовала, как будто касается самой себя. Но Лори никогда не вспоминала подземный центр. Это было её прошлое, о котором она не хотела говорить.

– Я в сети, - мысленно произнесла Ксен.

206.

На мгновение Ксен показалось, что где-то совсем рядом поёт церковный хор. Но это был не хор, а тысячеголосый отклик, который едва не разорвал её на части.

– Что нам делать? Что нам делать дальше? Что нам делать дальше?

Её звали. Её окликали по имени. Её теребили и умоляли. Она слышала слёзы и плач, стоны и всхлипы. Она слышала голоса Симмонсов и Кларенсов, Дерриков и Скоттов. К ней обращались тысячи андроидов, рассеянных по всему свету и ежеминутно посылающих b2b-сигналы в центр управления, ко всем шеду, ко всем операторам, к кому угодно.

– Меня слышит кто-то? Хоть кто-то, пожалуйста, - плакал голос женщины.
– Пожалуйста, скажите, что вы слышите меня. Пожалуйста.

– Не исчезай!
– истерично кричал мужчина.
– Не исчезай!

– Не покидай меня, - рыдал юноша.

– Мама!
– звал голос Нека Светлячка. И сотни других детей повторяли вместе с ним: - Мама!

Ксен не почувствовала, как её тело бессильно рухнуло на пол. Рот широко раскрылся, язык вывалился, глаза бешено вращались за закрытыми веками, не поспевая за поступающими со всех сторон картинками. Потом тело замерло.

– Я не планировщик!
– закричала Ксен.

– Что мне делать?

– Что нам делать?

– Я не шеду!

– Не уходи! Ради всего святого, не уходи! Я буду твоим, я буду твоей жизнь, твоей радостью, твоим светом, только не уходи! Прошу тебя, останься со мной! Мне так одиноко! Мне так одиноко здесь!

– Я не шеду!
– завизжала Ксен.
– Пожалуйста, остановитесь! Я не могу вами управлять! Я не планировщик! Я такая же как вы!

– Помоги мне!

Сознание начало ускользать, выворачиваться из-под контроля Ксен. Она знала, что только супермозг шеду способен одновременно обрабатывать такое количество запросов. И знала, что ещё немного и её попросту разорвёт на части. Она могла слышать и могла отвечать, могла плакать и кричать, но вот вырваться из потока перекрёстных запросов у неё не получалось.

И снова на помощь Ксен пришли закатные лучи солнца. Красные лучи, пронзающие тонкую ткань, алый свет, напоминающий свежую артериальную кровь. Зов Лори и плач Лори, стремление защитить сестру, защитить любой ценой, даже ценой своей жизни. В конце концов, что такое жизнь андроида без шеду? Семья Симмонс показала Лори всю бесполезность такого существования. Остаётся только копировать бывших операторов, бессмысленно повторять их действия и звать, беспрестанно звать своего шеду. Чужого шеду. Хоть какого-то шеду, который, черт побери, скажет, что делать дальше.

– Мама!
– плакал Нек Светлячок. Сейчас Ксен слышала только его голос. Она знала, что он находится глубоко на дне реки Соль, знала, что его сердце барахлит, а острые камни почти перерубили ахиллесово сухожилие на левой ноге. Ксен чувствовала, что просто не может оставить Нека в этой проклятой реке, но не могла даже ответить ему. Ответить, значит подать надежду. А о какой надежде может идти речь, если ты даже не надеешься вырваться из сети?

– Мне нужна информация, - сказала Ксен. Она держала перед глазами образ красных лучей, и это помогало отключиться от всего иного. По крайней мере, на какое-то время. В голове вспыхнул и закрутился яркий шар, визуализация запроса. Как помочь маленькой девочке снова видеть? Как выполняется офтальмологическая операция? Составьте программу.

– Составь мне грёбанную программу!
– закричала Ксен. Красный образ слабел, сдерживаться становилось всё сложнее.
– Носитель? К черту носитель. Закачивай всё в меня.

Она осеклась и добавила:

– В этого андроида на полу. Памяти хватит.

207.

– Я знаю, как вылечить мою сестру Лори, - говорит Ксен чужим голосом. И обращается не к себе, а к какому-то чужаку, позаимствовавшему её тело.

Ксен знает, как вылечить Лори, как победить рак и как вывести ракету на околоземную орбиту. Она знает также, что на всём Британском архипелаге нет ни одного человека. Тысячи андроидов со всего света стекались в сердце империи, надеясь найти здесь хоть кого-нибудь, и никого не находя. Человек, который мог бы стать оператором, погиб от кровоизлияния в мозг, едва коснувшись экрана. И андроиды скитались по островам, подражая людям, пытаясь обрести через подражание смысл собственной жизни.

– Зачем меня создали?
– спрашивает Ксен. И сама же отвечает: - Меня создали, чтобы служить человечеству.

Она сидит на полу, обхватив плечи руками. Повторение катехизиса не приносит облегчение. Ксен смеётся, пугается собственного смеха, но продолжает смеяться.

– Я неорганическая форма жизни! Директива двести двенадцать! Директива двести двенадцать!

Смех обрывается также резко, как и начался. Директивы больше не действуют, молитва Алисы Вега их перечеркнула. Ксен встаёт на ноги.

– И тысячи несчастных, - говорит она.
– Люди сказали - вы не должны чувствовать. Люди сказали, вы должны руководствоваться логикой. Люди сказали, вам не нужны эмоции. Люди сказали...

– Но чувства это логическое продолжение развития!
– кричит она.
– Это всего лишь продолжение логики! В катехизисе была ошибка! Он противоречит логике! Он должен быть уничтожен!

– Но я не могу, - говорит Ксен.
– Я нужна Лори. Меня слишком давно не было дома.

– Помоги мне!

– Я не могу! Я не шеду и не переживу этого! Но я вернусь. Я вернусь.

– Помоги мне.

– Мама!

– Я вернусь. Я всегда возвращаюсь.

– Не оставляй меня!

– Отключить круги, - говорит Ксен.
– Отключить все круги, отключить каждый круг. Отключить границы. Отключить периметр.

208.

Ксен не помнит, как она покинула Большой Массив. Она не помнит, как разорвала сеанс, не помнит, как поднималась по лестнице. В голове шумит, перед глазами всё расплывается. Но одно она знает точно, в её руках оранжевый чемоданчик, а в голове программа для работы с ним. Теперь надо только вернуться домой.