Мёртвые душат. Мертвые пляшут
Шрифт:
– Или может быть?.. Но нет. Нет, ерунда, - задумчиво произнёс магистр, окончательно уже отворачиваясь от павшей в драке сосны.
– Что вам показалось, магистр?
– не утерпел Плю, - вас чем-то обеспокоила эта сосна?
– Сосна? Нет, Плю. Сосна как сосна. Обеспокоить меня она не успела, - улыбнулся магистр не столько собеседнику, сколько каким-то собственным мыслям.
– Вы меня заинтриговали, магистр...
– Я не интриговал вас, Плю. Извините, - последнее было сказано со всей мерой холода, сверкавшего в ледяных глазах магистра.
Плю тут же кинулся оправдываться:
– Нет, это вы меня извините, магистр, я просто...
– Вам было угодно знать, что мне показалось, не так ли? Так вот, милейший Плю: кажущееся магистру - это личное дело магистра. Я не буду перед вами отчитываться за всё, что мне показалось. Вы просили меня научить вас изготавливать огромные мёртвые шары - наподобие тех, которыми я пробил городские стены Цанца. Извольте. Я это хорошо умею, я вас научу. Но все мои ошибочные суждения останутся при мне. Ясно ли я выразился?
Плю униженно забормотал извинения, но на верхушку холма, где остался ствол дерева, хранившего непознанную им тайну, по пути к стенам Цанца украдкой несколько раз озирался. Далась им обоим та сосна, в самом-то деле!
Спотыкаясь на крутом склоне, вереница пленных базимежских бандитов потянулась к Цанцу, верёвка дёрнулась, и Рэн из Мэрта, теряя равновесие, стартовал со своего завидного начальничьего поста на вершине холма, на котором его оставил Гны.* * *
Войдя в круглый пролом, у которого недавно пропали Гны и Флютрю, командир стражников остановил процессию, поджидая плетущихся сзади некромантов. Рэн получил возможность осмотреться. Цанц, как было видно уже на подходе, здорово погорел. Стоявший в цепи пленников через человека от Рэна пожилой Бром из Цанца обратил его внимание на один из прогоревших домов и гордо сказал:
– Вот здесь раньше обитал я! Это мой дом.
Гордость Брома была понятной, пусть и несколько запоздалой: всё-таки иметь свой дом в Цанце, центральном городе воеводства - признак немалого успеха (жизненного и посмертного).
– Мало же от него осталось!
– заметил Банн, стоявший между Бромом и Рэном.
– Хорошо прогорел!
– с каким-то странным удовольствием подтвердил Бром.
– Этот дом ведь у меня карлики забрали. Стало быть, сгорел он у них, а не у меня. И поделом мерзавцам!
– А вон и сами карлики!
– сказал Рэн.
Неподалёку от пепелища дома Брома он как раз заметил изрядную груду аккуратно сложенных карличьих тел.
– Нет, это не те!
– с сожалением констатировал Бром, - мои были из армии Ундикравна и носили форменные латы с жёлто-розовыми гербами.
Действительно, трупы карликов в большинстве своём не были облачены в армейские латы и скорее принадлежали одной из распространившихся в окрестностях Цанца мародёрствующих групп, чем армии Великого народа Отшибины, приведённой в Цанц под жёлто-розовыми знамёнами вождём Вродом Занз-Ундикравном.
Когда подошли задержавшиеся в хвосте процессии некроманты, они не сразу объяснили командиру отряда стражников, куда вести пленников, а сперва занялись двумя чем-то провинившимися стражниками, стоявшими в проломе (как оказалось, теми самыми, что и впустили в город Гны и Флютрю).
– Магистр, прошу вашего совета, - молвил Плю с демонстративным смирением, - как вы знаете, некий неизвестный некромант, который прежде входил в состав ныне захваченного нами отряда, дерзко проник в город, используя изощрённые словоплетения. Сейчас он - по глупости - забрался в пещерную часть Цанца, а поскольку подземные выходы завалены, его поимка - вопрос времени...
– Плю, неужели вы в самом деле хотите, чтобы я его ловил в этих заваленных подвалах?
– отозвался магистр с насмешкой в голосе.
– Да кто он такой?
– Его поимка на моей собственной совести, - поспешно напомнил Плю.
– А кто он такой, не знаю. Сам он не назвался, но полностью подчинил своей воле вот этих стражника и десятника, поскольку выведал их имена. Мне удалось снять наложенные на них словоплетения, но этот нарушитель, зная имена, может в любой момент их вновь подчинить - и прорваться из города. В том-то и загвоздка, что если...
– Да. Понятно. Нет ничего проще, - отозвался магистр, не дослушивая. Подойдя к стражникам, он попросил их назваться. Те назвались Ригом из Герла и Омфалом из Шкмо.
– Шкмо? Шкмо... Напомните мне, пожалуйста, что это за Шкмо?
– спросил магистр у Плю.
– Это деревенька в земле Менг, расположена близ Менгорма...
– стал делиться своими познаниями выскочка-некромант.
– Ладно. Не важно. Мы это всё равно поменяем, - оборвал Плю магистр и вновь обратился к Омфалу:
– Итак,
Омфал из Шкмо, именем наземной некрократии и по воле Владыки Смерти нарекаю тебя отныне
Зе
пом из
... из
Батурма
!
Вслед за этим новое имя и место происхождения получил десятник Риг из Герла. Как и в случае с Омфалом, магистр не слишком долго думал, к какому населённому пункту его приписать, и для этой цели выбрал ещё один из замков Клямщины - Гарм.
Пытаясь всё запомнить, стоявший замыкающим в колонне пленников Рэн из Мэрта чуть не запутался в именах Рига и Омфала - старых и новых. Может, некромейстеру и не понадобятся все эти подробности, подумалось Рэну. Но затем он строго, на правах добросовестного заместителя Гны, сказал себе, что его заместительское дело - запомнить, а уж какими сведениями некромейстер воспользуется, а какими нет - это уж сам Гны будет решать.
– И что, поможет?
– удивлённый простотой решения вопроса, уточнил Плю.
– Да. Поможет. Разумеется!
– кивнул магистр.
– Как видите, защищая наших стражников от нечестивых словоплетений, я обратился напрямую к авторитету Владыки Смерти. Теперь ни один даже погрязший в ереси некромант не преодолеет моих запретов. Ибо лишь милостью Владыки Смерти он и остаётся некромантом.
– Я поражён вашей логикой!
– просиял Плю.
А Рэн из Мэрта, слушая магистра, стал всё более проникаться уверенностью, что это таки Гру. Пусть не в своём подлинном обличии, пусть в каком-то совсем неузнаваемо новом человеческом теле, но Гру. Да больше просто и некому...* * *