Мёртвые душат. Мертвые пляшут
Шрифт:
Второму допросу Плю попытался подвергнуть двоих сбрендивших стражников из камеры напротив. Но на все вопросы они отвечали теми же самыми лозунгами, которые произносили и так. От такого обилия некромантских свобод и торжеств у кого хочешь крышу снесёт, но Плю, общаясь с ними, на что-то надеялся, и таки не зря. В одной из связанных за спиной рук стражника по имени Омфал некромант заметил какой-то накрепко зажатый предмет.
– Что это?
– кивнул он на эту руку тюремщику.
– Не знаем, - отозвался тот, - нам до сих не удалось разжать эту руку...
По жесту Плю десяток стражников навалился на руку Омфала, пытаясь её разжать, и вот, наконец, при слабом свете тюремных магических факелов блеснула золотая пластинка. Лишённый этого предмета, Омфал в голос зарыдал, а Плю прочитал надпись:
– Ага: "Посмертие. Свобода. Законность. Некрократия"... Но это же знак некромейстеров пещерных городов! Значит, всё-таки, здесь был Гны...
Вот тут-то в тюремном коридоре и появился магистр, раздосадованный, но собранный.
– Вот стражники, которых вы только что переименовали, воспользовавшись именем Владыки Смерти, - без выражения сообщил ему Плю, чьё лицо стало напоминать неподвижную маску.
– Да. Вижу!
– вздохнул тот, - Признаю, что я сильно недооценил противника, ведь первое его проникновение в город отдавало такой кустарщиной...
– Наш противник - Гны!
– пролаял Плю, чья каменная маска уже не выдерживала бури эмоций.
– Да. Я уже понял. Сожалею. Конечно, Гны лучше иметь не в противниках, но, увы, он уже зашёл так далеко, как ни один некромант до него. Дерзнул покуситься на имена, святые для каждого мертвеца.
– Не только имена!
– Плю издал хриплый рык, переходящий в писк.
– Гны спровоцировал бойню, в которой наши стражники схватились с арахноидами из Шестой расы. Более сорока наших лучших людей искрошены жуткими трёхручными мечами, убиты оба арахноида, присланные нам в помощь. Не оправдаемся! Из участников бойни уцелели лишь эти двое, по сей момент говорящие всякие непотребства, - Плю кивнул на переименованных, но так и не спасённых от тлетворного влияния некромейстера стражников Рига из Герла и Омфала из Шкмо.
– Печально, печально, - согласился магистр, - но скажите мне, Плю, где же сейчас находится некромейстер? Не знаете? Совсем недавно он вышел через Мертвецкие ворота, теперь же с шумом вернулся. Зачем, как вы думаете? А вот зачем: он почему-то хочет отбить у нас своих товарищей. Следовательно, он где-то рядом. Всё, что нам остаётся, это достойно его встретить. И когда он придёт, его фокусы со словами (даже со святыми для нас словами!) ему более не помогут. Уж это-то я обещаю!
– Ой-ё!
– раздалось из камеры с замороченными стражниками.
– Пропали Некрократические Свободы! Попирает нога супостата былое Торжество Некрократической законности!
– А ведь дело говорят!
– ухмыльнулся магистр.
Глава 13. Красавица мертва
Базимежские бандиты и клямские наложники спускались по протянувшейся от замка до земли верёвочной лестнице на каменистое плато, на северо-востоке граничащее с широким песчаным морем - языком пустыни, протянувшимся сюда аж от Уземфа. Глядя единственным глазом Дулдокравна с синих небес на расстилавшиеся пейзажи, посланник Чичеро не просто наслаждался видами здешней природы, раскалёнными на солнце. Он переживал светлые ностальгические чувства, ибо давно сроднился с ныне обозреваемой местностью.
Озираясь по сторонам, Чичеро занимался не только лицезрением сегодняшних красот, но как бы и красот давних, сохранённых в памяти. Тем глубже было его самопогружение. И тем резче момент соприкосновения с почвой.
Спустившись вслед за полутора десятками своих попутчиков, посланник Смерти очутился в эпицентре спора с истеричными нотками. Ближе всего к истерике подошли впечатлительные наложники. Только что они спросили у кого-то из базимежцев, где же проходит желанная дорога на Карамц. А что могли ответить бандиты с базимежских болот, если происходили они в основном из окрестностей Дрона, Цанца и Кляма, и восточнее земель Отшибины не забирались никогда.
Один лишь Дгай родился в Глукще, ближайшем к Карамцу пещерном городе. Но и он был не в курсе, где они сейчас, в каком направлении искать нужную дорогу, и где, если глядеть отсюда, лежит Великий Карамц - цель их неблизкого пути:
– Я, правда, не слишком-то знаю местность к югу от Карамца. Мой Глукщ находится на северо-западе, вот оттуда бы я привёл вас к Карамцу с закрытыми глазами. А так, чтобы вывести вас, мне потребуется сперва сыскать дорогу...
– Теперь понимаем! Поганцы драконы высадили нас специально посреди пустыни, где нас никто не спасёт, и мы никому ничего не расскажем!
– навзрыд проговорил Лейн, демонстрируя на лице верхние степени адской муки.
Многие наложники горестно закивали, повторяя:
– Посреди пустыни, какой ужас!
Это при том, что пустыня с каменистого плато, на котором они находились, была попросту видна, причём сверху; на самом же плато росли и деревца - дикие оливы, и травка кое-где. Чтобы оказаться посреди пустыни, к этой пустыне надо ещё как минимум, спуститься, а тогда уж - идти по ней, куда глаза глядят и ругать драконов.
– Дорога между Карамцем и Адовадаи лежит куда западнее, - объяснил Чичеро.
– Но место, в котором нас высадили, окружено городами малой и средней величины. На северо-западе - Нефотис. На западе - Вытрокеш. На юго-западе - Тиавло. На востоке - Флёр. На юго-востоке - Лопволарое...
Уверенно высыпая на головы собравшихся было паниковать спутников эти не особенно им полезные названия, Чичеро скорее создал у них иллюзию стабильности, чем дал надёжные ориентиры. Но для артистов наслаждения его слов было достаточно, чтобы успокоиться. Все эти Джамил, Зульфио, Зухр и т.д. вплоть до Гюльча с Атаем, конечно, и не думали ориентироваться в предстоящем пути самостоятельно. Им было достаточно, что есть некто, кто их поведёт, и его уверенность в себе позволяла им расслабиться.
– На дорогу, ведущую к Карамцу от Адовадаи, мы можем выйти через Вытрокеш или Нефотис; есть ещё кружная дорога через Флёр, но туда нам не надо, - дополнил Чичеро картину уже для базимежцев.
– А как лучше идти?
– спросил Клех.
– Конечно, через Нефотис. К нему нас выведет вон тот скальный хребет, похожий на спящего пса.
– Значит, мы не заблудимся?
– на всякий случай уточнил Зухр, якобы вникая в суть сказанного.
– Даже если перепутаем направление, не заблудимся. Куда ни пойди, наткнёшься на жильё. Это если, конечно, в пустыню специально не сунемся...
– Посланник Чичеро, вы так прекрасны в своей уверенности!
– с горячим чувством воскликнул наложник Зульфио.
– И мы все глубоко потрясены вашими географическими познаниями, - наложник Лейн склонился в поклоне, заодно пряча следы вчерашнего удара по лицу, полученного от Клеха.
Не дослушивая всех, кто рад был отпустить ему комплимент, Чичеро двинулся к указанному им хребту. Наложники и начинающие торговцы людьми дружно потопали следом. Подходя к хребту - не слишком высокому, но угрожающих очертаний, спутники Чичеро стали с опасением поглядывать на обрывистые склоны и нависающие карнизы.