Чтение онлайн

(32) Шурф — вертикальная или наклонная горная выработка, имеющая выход на поверхность, небольшое сечение и глубину до 25 м. Служит для разведочных работ.

(33) И прочее (лат.).

241

(34) Строителями Арсенала были Д. Иванов, К. Корнатович, М. И. Чоглоков,

Д. В. Ухтомский и др.

(35) Миних Иоганн Эрнст (1707 — 1788) — граф, дипломат. В начале 1740-х гг, был обергофмаршалом двора.

(36) В совокупности (лат.).

(37) ЦГАЛИ. Ф. 1823. Оп. 2. Д. 2. Л. 33 — 37.

(З8) Колокольня Ивана Великого (1505 — 1508) — высота 81 м, зодчий Бон

Фрязин .

(39) Амбразура — отверстие в стене оборонительных сооружений для ведения огня из орудийного и стрелкового оружия.

(40) Обратное действие (франц.).

(41) Возможно, речь идет о Сталине и Енукидзе.

(42) Во время отпуска Стеллецкому пришло извещение из Гражданского отдела УКМК о том, что он уволен с 3 декабря 1934 г.

(43) ЦГАЛИ. Ф. 1823. Оп. 3. Д. 64, Л. 36 — 89.

Т. БЕЛОУСОВА.

СЛОВО О ВЕЛИКОМ ИСКОМОМ

Вот и перевернута, почтенный читатель,последняя страница захватывающего повествования о византийских басилевсах и русских великих князьях, об

итальянских архитекторах и греческих ученых иноках, о лютеранских пасторах

и восточных святителях, о ватиканских агентах и международных авантюристах, об античных писателях и российских археологах, о московских дьяках и петербургских бюрократах, о разномастных кладоискателях и советских

чекистах — имя им, персонажам этого повествования, поистине легион, а также

о пещерах, склепах подземных ходах, заговорах, интригах, погонях, таинственных исчезновениях и о многом-многом еще, И в центре этого вихря Грозный царь Иоанн IV Васильевич и его знаменитое сокровище: библиотека. Великое искомое — так любил определять предмет своих исследований автор прочитанного тобой повествования Игнатий Яковлевич Стеллецкий...

Житие его — как то отчетливо видно из предисловия к книге — было бурным и насыщенным событиями необычайными. Десятки раз земное бытие его могло оборваться прежде срока, но любит судьба таких людей — дожил автор до преклонных лет и успел — почти успел — дописать последнюю книгу своей жизни. Судьба книги столь же полна разного рода приключений, как и жизнь автора. О ней было известно еще задолго до того, как сам автор взялся за перо и выписал первые строки своего труда. Третий том ее исчез после кончины автора. Долгое время не ясно было, уцелела ли вообще рукопись. Время от

времени это описание попадалось на глаза тому или иному ученому, журналисту, публицисту. Во времена хрущевской оттепели опубликованы были даже несколько отрывков из нее. А затем — снова неизвестность, снова подпольное бытие. Да и мудрено ли? Ведь в недоброй памяти семидесятых эта книга могла принести и серьезные неприятности...

Думаю, что вряд ли кого оставит она равнодушным. Одних привлечет в ней аромат таинственных случаев и приключений. Другие найдут множество любопытных и не слишком известных черточек и штрихов из нашей новейшей истории. Третьи воспримут эту книгу как потрясающий психологический портрет эпохи. Четвертые — как очередное очевидное свидетельство величия нашей истории. Пятые... я читал эту книгу как профессионал-источниковед. А источниковеды, надо сказать, читатели весьма своеобычные:едва ли не на уровне инстинкта заложена в них заряженность на поиск несоответствий, нестыковок, недоговоренностей, прочих «не...». И как источниковед, читая эту книгу, преклонялся перед целеустремленностью ее автора, восхищался его

243

широчайшей эрудицией, наслаждался нетрадиционными ходами и поворотами мысли. Но — неутолимая потребность — и с трудом сдерживался от жестокого соблазна: начать спор с ним, с его тезисами, с его аргументами, засесть за развернутый постраничный комментарий. Ибо занимаясь на протяжении длительного времени теми же, по существу, проблемами, я вероятно, лучше, чем кто-либо, видел как очевидные достижения, так и очевидные слабости И, Я. Стеллецкого, отраженные в его труде. Впрочем, не буду лишать читателя огромнейшего удовольствия самостоятельного решения тех загадок, что щедрой рукой автора рассыпаны на страницах книги. Ибо книга эта, хотя и доступна каждому, но рассчитана на читателя мыслящего, на читательскую элиту прежде всего. Книга эта из тех, что будят мысль и настоятельно уводят с прямого пути незамысловатого бытия в дебри нехоженых (в буквальном смысле!) тропинок, в сказочные заповедники, где скрыто нечто, обещающее что-то тому герою, кто решится пройти дальше других и распутать хитросплетенные клубки неизреченного нашего прошлого...

Но было ли то, не знаю что? Существовало ли на самом деле Великое искомое? Не ломал ли копья о чиновные препоны неистовый археолог из-за призрака, фантома? О воззрениях современной науки на предмет поисков И. Я. Стеллецкого и надобно сказать несколько слов, дабы указать читателю-непрофессионалу если и не на путеводную нить, то хотя бы на общее направление странствия в поисках Великого искомого.

В 1944 г. вышла в свет последняя, наверное, прижизненная публикация И. Я. Стеллецкого, посвященная предмету его многолетних поисков. Смерть ученого воспрепятствовала завершению его трудов, но не сняла проблемы.

В сентябре 1951 г. в стенах старейшего научного центра России-библиотеки Академии наук состоялся доклад М. И. Слуховского, посвященный рассмотрению вопроса о библиотеке Ивана Грозного в научной литературе. М. И. Слуховский — впоследствии один из крупнейших историков книжной культуры — не дал определенного ответа на вопрос о составе и судьбе библиотеки, но сформулировал своего рода программу действий: признав, что «академический спор остался неразрешенным», он призвал к поискам нового источника, «каким может быть широкое историческое обобщение». Формулировка весьма неудачная, но постановка проблемы вполне справедливая: соответствовал ли общий уровень культурного развития России ХVI в. возможности бытования в стране произведений античной классики и хранения их в составе особой библиотеки?

Вполне независимо от М. И. Слуховского (доклад и стенограмма обсуждения его опубликованы не были) к исходным выводам пришел академик М. Н. Тихомиров. В 1960 г. в журнале «Новый мир» публикуется темпераментно написанная и превосходно аргументированная статья, в которой виднейший знаток истории феодальной России положительно утверждает: Российское государство было готово к восприятию античной мудрости, наличие древних рукописей в библиотеке московских государей не миф и не досужий вымысел. Выводы М.Н. Тихомирова тогда были признаны убедительными; многие видные

244

специалисты по истории Византии и Руси засвидетельствовали серьезность и обоснованность аргументов ученого.

Публикация исследования историка в массовом журнале привлекла внимание не только профессионалов, но и «широкой общественности». Интерес к запутанной проблеме был оживлен публикацией первых изданий популярных книг Р. Т.Пересветова, где поискам библиотеки Грозного было уделено почетное место. Рецензия на книги появилась в «Неделе», что уже само по себе выделяло их из общего ряда литературных новинок.

События ускорялись. В № 35 «Недели» за 1962 г. публикуются фрагменты труда И. Я. Стеллецкого, а в следующем номере помещен пространный репортаж с пресс-конференции, посвященной архивным разысканиям в стране. На пресс-конференции был задан вопрос и о судьбе библиотеки Грозного... М. Н. Тихомиров в своем сообщении развил некоторые положения статьи 1960 г.; А. А. Зимин полностью поддержал идею поисков библиотеки и предложил свое видение ее судьбы. С. О. Шмидт призвал начать археологические разведки с того, на чем в свое время был вынужден остановиться И. Я. Стеллецкий... А. А. Зимин не ограничился участием в пресс-конференции, и через два номера в «Неделе» появилась его пространная статья, перепечатанная затем с дополнениями в солидной академической «Русской литературе»...