Чтение онлайн

— Если поторопитесь, перехватите его у самых пыточных камер, — удовлетворённо прогудел пёстрый палач, — карлик идёт не просто в удобном для нас направлении, но и в правильное место, где ему придётся назвать недостающее имя.

— Вы с нами? — спросил Гны.

— Нет, я так быстро не хожу, — не то посетовал, не то похвалился пёстрый мешок, — но я покажу дорогу и передам с вами записку мастеру-дознавателю. Он тонкий знаток пыточного искусства.

Верховный жрец-палач подал знак одному из серых мешков — и тот, тяжело переваливаясь, метнулся вниз по винтовой лестнице — за огнеупорным пергаментом и пылающими чернилами.

Пока он отсутствовал, из нижних помещений башни поднялся ещё один серый палач — пропахший дымом и весь в подпалинах. Пришедший доложил, что подсчёт свидетельств от глиняных горшков завершён и сводная таблица составлена.

— Излагай! — велел пёстрый начальник. — Думаю, и нашим гостям будет полезно послушать.

— Голоса распределились так. «Пятеро верных Владыкиных птенцов совершат фатальную ошибку, но некрократия устоит», — сказали тридцать шесть сто двенадцатых опрошенных горшков. «Пятеро подлых заговорщиков, засевших в Пентагоне, вызовут серьёзные разрушения, но некрократия устоит», — показали тридцать три сто двенадцатых. «Смелый рыцарь Ордена посланников Смерти по имени Чичеро из Кройдона в волшебном сундуке поднимется на седьмое небо, где уничтожит жутчайшего из врагов Владыки Смерти» — свидетельствовали остальные. Допрос проводился по методу Экза и Тпола. Результаты недостоверны и требуют дополнительных испытаний в контрольных группах.

— Простите, но будет ли мне позволено задать вопрос о сути метода Экза и Тпола? — молвил Флютрю.

— Тпол — это я! — не преминул похвастаться пёстрый мешок.

Дрю из Дрона даже не удивился, когда конные утопленники послушались команды Пендриса. Безропотно построились в походный порядок и двинулись шагом. Внимательный Амур их пересчитал. Двести сорок конных арбалетчиков — внушительных размеров дружина. И не беда, что их арбалеты вряд ли действуют. Непобедима заразительная пляска.

Всё так и задумывалось мирозданием: в Пендрисе давно зрел повелитель утопленников, его оставалось лишь распознать, подтолкнуть, придать уверенности. Высвободить в Пендрисе такую повелительную мощь — кому, как не Дрю, такое могло оказаться по силам!

Ом дождался позволения командира, чтобы продолжить лупить в барабан. На сей раз великан не воспроизводил, а задавал плясовой ритм, произвольно то ускоряя, то замедляя удары. Широкое лицо его так и сияло довольной улыбкой. Уж больно уморительно приплясывали в такт его игре затонувшие кони.

Базимежцы шли бодро, то и дело хохоча над ужимками конного сопровождения.

— Что-то нам чересчур весело, — заметил Амур, — уж не знаю, к добру ли. Захват Абалона потребует серьёзности, а тут эти пляски…

— До чего живым себя чувствуешь, — хмыкнул Кло, — когда кто-то тебя гораздо мертвее.

— Я знаю, что мы в правильном состоянии, — обернулся к сподвижникам Дрю, — если мы сохраним его до самых стен Абалона, город сдастся без боя. Только бы Пендрис не засомневался, да Ом не устал.

Стоило поглядеть на Пендриса, чтобы убедиться в значительной перемене: с таким торжественно-горделивым выражением на лице его в отряде ещё не видели. Великан также казался полностью ушедшим в игру неутомимым барабанщиком. Но продержатся ли оба трое суток, оставшихся до Абалона? Не догонит ли обоих чувство вины, от которого они сбежали?

Высохшие болота остались далеко на северо-востоке, отряд шёл по жухлым запорожским лугам, когда-то принадлежавшим к исполненной буйства растительной жизни земле Гуцегу. Впереди уже показался широкий овраг, пересекающий равнину в направлении с севера на юг. Эта борозда осталась там, где чёрная стена Порога Смерти проходила раньше. До продвижения Смерти на восток.

Когда дошли до самого оврага и задержались, подыскивая более-менее пологий спуск, внимательный Кло разглядел позади четвероногий силуэт внушительных размеров. Кто-то нагонял отряд в сгущающихся сумерках.

— О, да это старая знакомая! — определил Амур.

И точно! Вслед за арбалетчиками к отряду Дрю вернулась затонувшая великанша-мать. Как только и Ом её узнал, бурная радость выскочила наружу с громовыми ударами увесистых лапищ. Барабан такое надругательство еле выдержал. Видать, крепкое животное поделилось с ним своей шкурой.

Спуск в овраг прошёл без жертв. Обнаружили сравнительно пологое место и потянулись вниз. Дрю и его люди шли пешком и больших неудобств не испытали, а вот для верховых крутизна тропинки, казалось, оставляла мало надежды. Но кому судьба утонуть — тот не разобьётся. Конные утопленники преодолели преграду с плясовым изяществом, порою зависая в горизонтальном положении.

— Как это они? — поразился Кло.

Дрю засмеялся:

— Демоны — они многое могут.

Да уж, демоническая природа движения утопленников стала очевидной для всех.

— Хорошо, что демоны идут с нами, а не выступили против нас, — изрёк Амур.

Кло закивал, а Дрю прищурился:

— Не совсем так. Демоны идут не с нами, а с теми демонами, которые в нас сидят.

— Вот как? Выходит, мы совсем не при чём? И даже Пендрис?

— Пендрис дал неприкаянным демонам утопленников хороший повод подчиниться.

— Лишь повод? — пробормотал Амур. — Значит, это не навсегда? Значит, при штурме Абалона от наших конников можно ждать всякого…

— Нет, они нам помогут, — убеждённо произнёс Дрю, — тому есть важная причина.

— Но зачем им нам помогать? Ведь захват столицы наземной некрократии выгоден лишь нам и никому больше?

— Кто поручится, что при штурме мы будем руководствоваться своими выгодами, а не интересами демонов? — загадочно промолвил посланник.

Кло и Амур только плечами пожали — с недоумением, но без уныния на лицах.

Рыхлое песчаное дно оврага затрудняло шаг, но дойти до противоположного склона удалось меньше, чем за час. Люди Дрю рассыпались в поисках приемлемой тропы наверх, и в этот миг с юга показалось четыре всадника на крылатых конях в чёрных плащах посланников Смерти. Встреченные, как и базимежцы, шарили взглядами по склону в поисках прохода. Видать, не преступников они искали.

— Только их не хватало! — сплюнул Амур. — И что они здесь забыли?

— Возвращаются из Гуцегу в Абалон после войны с деревьями, — предположил догадливый Кло.

— Ой, да это те самые, из-под замка Мнил! — узнал кто-то, и Кло аж присвистнул:

— Да, правда. Вон того синелицего коротышку зовут Кехо из Дахо, правее — Кайл из Хэрда, слева — Гар из Маара, а тот худой и сгорбленный — Руф из Абалона.

Надо же, как врезались эти имена в память Кло, отметил для себя Дрю из Дрона. Сам он признал одного лишь Кайла — в силу более раннего знакомства.