Чтение онлайн

Впрочем, Алексей прекрасно знал, что в жизни случаются всякие неожиданности и одной логикой всего наперед не вычислишь. Посему он оставил это допущение где-то в камере хранения своей памяти. Вычислить держателя подобного завещания на данный момент не представлялось возможным, и, стало быть, незачем тратить на него энергию. Пока что с наибольшим энтузиазмом он тратил свою энергию на ожидание звонка из Парижа: если прыгучая мыслишка его не обманула, то Реми непременно что-то накопает! Хоть самый кончик ниточки, волосиночки, шерстиночки из шкурки газельки…

Завтра наступило, но длилось страшно долго, и Алексей, замаявшись от ожидания, уже настроил логические громады пока что совершенно безосновательных цепочек. Ведь в отсутствие фактов умопостроения являются не чем иным, как натяжками… Впрочем, и с их наличием ловкачи от политики ухитряются все переврать и натянуть, подтасовать факты и произвольно прицепить к ним нужные выводы. Но Кис же не политик, чтобы так беспардонно обращаться с фактами и логикой, верно? Посему надо набраться терпения и ждать, ждать, ждать…

Звонок из Парижа раздался только вечером.

– Я их нашел, – заговорил Реми с места в карьер. – Не близко от Парижа, в Нормандии, но я все же исхитрился к ним съездить. В общем, это выглядит примерно так: мать Жюли Лафарж, в девичестве Белова, русская по происхождению, находится последние четыре года в психиатрическом лечебном заведении. Это что-то вроде дома для пенсионеров (так во Франции деликатно называлось то, что в России звалось «домами престарелых»), но специализированного, для людей с психическими отклонениями. Далее. Ее отчим, муж матери, Ивен Лафарж, француз по происхождению, удочеривший Жю­ли и давший ей свою фамилию, имеет с ней плохие отношения. Особенно с тех пор, как мать попала в психушку. Жюли ушла из дома три года назад, и он не знает, где она с тех пор обитает. Но его жена, то есть мать Жюли, получала открытки от дочери к каждому Рождеству и ко дню рождения из… Австралии!

– Когда была последняя? – быстро спросил Кис.

Говорили они по-английски, иногда вставляя русские слова, которые уже знал Реми (особенно матерные, конечно), или французские, которые уже знал Кис (особенно матерные, конечно). Английский Алексея сильно оставлял желать лучшего, но друг друга они понимали без проблем.

– В апреле этого года, – ответил Реми, – на день рождения матери. Узнать у нее, почерк ли это ее дочери, невозможно. Дама не в себе.

– А что фото?

– Отчим Жюли сказал, что у него не имеется фотографий падчерицы. Ни одной.

– Тебе это не кажется странным?

– В рамках их плохих отношений – нет.

– Дружище, я даже не знаю, как тебя благодарить…

– Не впадай в сантименты, Кис!

– При чем тут сантименты… А, понял: Ксюха достала?

– Не «достала». Ты неправильно выражаешься. Ты грубый русский мужик (последнее слово было произнесено по-русски). Мне только иногда трудно поспевать за ней. Я ведь не обладаю загадочной русской душой!

Ясно. Старые муары. Эмоциональная Ксюша, впадающая с места в карьер в бурную дружбу с любым мало-мальски интересным человеком, вызывала неуемную ревность со стороны Реми. [4] Загадочность русской души заключалась для французов именно в ее эмоциональном отношении ко всем и ко всему вокруг (а не только к своей семье, что в глазах западного человека было нормально и оправданно). Посему русская душа считалась сентиментальной – иными словами, обладавшей избытком чувств, ничем не оправданным .

Любить мужа – это понятно. Любить друзей? Нет, непонятно. С друзьями проводят приятно время. Друзья взаимно помогают друг другу, когда надобна несложная помощь. Друзьям пишут открытки из отпуска или к празднику. Это все за скобками слова «любовь». Женщина любит своего мужчину. Мужчина любит свою женщину. Почему русские любят еще кого-то?!

Но Кис не стал вдаваться в философско-мировоззренческие дебаты. Он отлично видел, что Реми свою жену боготворит, – стало быть, сумеет рано или поздно ее понять и к ней приспособиться. Ксюшка тоже старалась приспособиться к менталитету Реми, Кис это знал, – стало быть, у этой парочки есть все для счастья. А временные трения не в счет – это даже не трения, а так, всего лишь притирка…

Открытки из Австралии. Итак, Жюли Каратчаев на самом деле не является настоящей Жюли Лафарж! Или, проще говоря, она самозванка.

Этот факт требовал нового обдумывания. Во-первых, следовало понять: Жюли самозванка только как Лафарж? Или как Каратчаев тоже? Иными словами, где подделка? Только ли в личности Жюли? Или в ее статусе жены Афанасия Карачаева?

Если учесть, что она имела ключи от квартиры Карачаева, звонила ему, беспокоилась, то любовные отношения у них должны были реально наличествовать. И коли так, то нет никаких причин, чтобы сомневаться в юридической реальности их брака. В силу чего Алексей был склонен подозревать самозванство Жюли именно на уровне идентификации личности, а не в статусе супруги Афанасия Карачаева.

Откуда вытекал другой вопрос, но очень важный: зачем? Почему некая молодая девица взяла себе имя Жюли Лафарж? С какой целью? И каким образом?!

Подумав, Алексей снова набрал парижский номер Реми.

– Какова там у вас вероятность подделки документов?

– Почти нулевая. Вернее, это я так думал до недавнего времени, пока твои сограждане к нам не наехали. Понимаешь, законопослушный французский гражданин даже не пытается подъехать к государственному чиновнику со взятками. А чиновник с ним строг и вроде бы до хера – это слово с особым шиком Реми произнес по-русски – принципиален. И невдомек французу, что если начать дело по соблазнению чиновника, то можно его вполне успешно и закончить. Но у русских последнего времени, у ваших новых , другой менталитет. Они не мнутся, предлагая подарки, род взятки. А то и прямиком взятки, то есть деньги… Они заранее уверены, что это пройдет! И вот иногда проходит, представь себе… Я столкнулся с этим не только по своим делам, но и по дошедшим до меня в личном порядке фактам: многие новые русские добились, например, не положенных им виз. Они приглашают девушек из администрации в рестораны или на шоу, завозят им на дом шампанское ящиками… Знаешь, сколько стоит билет в «Лидо» с ужином? Они там, наши служительницы закона, сроду не бывали, им не по карману… А хочется.

– То есть фальшивые документы можно сделать?

– Альёша, я сам не видел фальшивых документов, но я видел, что русские ухитряются получить то, что им не положено по закону. Отсюда можно делать выводы, я думаю.

– Короче, ты допускаешь, что если исхитриться, то можно получить фальшивые документы? Удостоверение личности и паспорт?

– Допускаю. Это возможно в любой стране, даже при самом строгом контроле. Только я хочу разделить: существуют фальшивые документы в точном смысле этого слова, то есть сделанные подпольно умельцами. А есть настоящие документы, но они выданы с нарушением правил, по блату. Не хватало, к примеру, справок – и их заменил ящик шампанского. Теперь, если вернуться к твоему вопросу: на самом деле достаточно и сделанного по знакомству удостоверения личности, а на его основании уже легко получить паспорт. Он даже будет настоящим. Если никто, конечно, не заподозрит, что основа у него ложная. Мне как французу это неприятно осознавать, однако я не могу говорить тебе неправду… Мои сограждане не пытаются коррумпировать власти, и потому власти в их глазах представляются неподкупными. А твои сограждане пытаются, причем настойчиво, – и нередко добиваются положительного результата, к моему большому разочарованию…

Наверное, мало кто в России сумел бы, как Алексей, оценить во всей полноте мужество Реми, признавшегося в таком страшном национальном грехе. Нет, даже не в коррупции, а только в возможности коррумпировать отдельных представителей закона. В России это было нормой. Во Франции – редким и болезненным исключением.

Но все ж оно имело место быть. И именно это исключение интересовало Алексея. «Ваши новые русские …» Это очень важное уточнение. Очень, очень важное! От него тянулась ниточка, которую Алексей принялся немедленно разматывать.

И вдруг совершенно в новом, ином свете предстали все действия, жесты и слова Жюли за последние дни. Вспомнился и пакетик, подстеленный ею на кладбище, и пойманные ею «тачки», и ее отказ от его, Алексея Кисанова, помощи и сопровождения в административных делах, и многие иные мелочи… Все они одномоментно стали подозрительными, во всех них вдруг усмотрелся второй смысл.

Александра! Вот кто ему нужен сейчас!!!

Она уже вернулась из командировки, и сегодняшний ужин был запланирован в ресторане. Алексей собирался сказать ей сегодня про ботинки, про то, как он будет их ставить на место в ее отсутствие и как вот такая мелочь, такое ею заведенное правило сделает их общий дом – домом …