Чтение онлайн

Возиться с созданием подобной дымовой завесы у Стрельцова не было ни возможности, ни желания. Да и генерал Барсев намекнул: секретность от своих соблюдать надо, выполняя пожелания КРТ, — но отнюдь не в ущерб делу. Хотя его намёк к делу не подошьёшь, если ГП вздумает пустить в ход расписки Лося и Стрельцова о неразглашении.

В общем, глава следственной группы «Немезида» не удивился, когда к нему подошла Людмила Чернобров — самая старшая из троицы, которую Стрельцов мысленно именовал «девушки». Подошла и положила на стол стереофотографию. Стрельцов бросил беглый взгляд на снимок: женщина, достаточно молодая, лет тридцать на вид, шатенка, не то чтобы писаная красавица, однако вполне интересная… Напряг память: нет, это лицо он никогда не видел.

— Андрей Станиславович, я тут накопала кое-что…

— Можно просто Андрей.

— Да я как-то не привыкла старших по званию «просто Андреями» звать…

— Дел много, времени мало, отчество у меня длинное… А обращение «господин капитан» я не люблю. Просто Андрей — считайте, что это приказ. Старшего по званию. Так что накопала?

Людмила сделала паузу, посмотрела на Стрельцова долгим взглядом, и он подумал: наверное, знает его историю, и понимает, что «господин капитан» — после «господина подполковника» — и в самом деле режет ухо… Не то чтобы он был сторонником панибратства с подчинёнными, но хорошо понимал: штрафнику, вытащенному из ссылки (и только что выслушавшему угрозу ссылки новой) изображать начальника-небожителя ни к чему.

— Хорошо, Андрей… — Людмила выдержала короткую паузу — ровно на то время, за какое можно произнести «Станиславович». И в дальнейшем обращалась к Стрельцову только так. Упрямая, однако…

— Что за персонаж? — кивнул на снимок Стрельцов.

— Илона Модзалевич, спецкорр ежедневника «Утро Петербурга». Освещала там — среди прочего — связанные с наукой и с космосом темы. В том числе и полёт «Немезиды», была аккредитована на плавучем космодроме «Улисс» во время предстартового шоу… Два года назад, кстати, она же была среди журналистов, приглашённых на сдачу второй очереди «Хеопса»…

Людмила выразительно посмотрела на Стрельцова, и он понял, что сложить два и два способны не только они с Лосем… Однако почему внимание привлекла именно Модзалевич? Наверняка во многих крупных изданиях есть пишущие о космосе журналисты, тоже присутствовавшие на обоих мероприятиях.

— Что значит «освещала»? — поинтересовался Стрельцов. — Уже не освещает?

— Исчезла. Объявлена в розыск две недели назад.

— Та-а-ак…

— Но самое главное: она родственница Игоря Звёздного! Кузина. Её мать и его отец — родные брат и сестра. Не исключено, что способствовала привлечению родственника в шоу — связи с нужными людьми у неё имелись.

Это уже не пистолет, когда-то найденный в чьём-то кармане — след, конкретный и реальный. И, пожалуй, для командировки в Петербург уже не надо искать надуманные предлоги…

— Молодец, — похвалил Стрельцов. — Отличная работа… Распечатай, пожалуйста, досье на мадам Илону в самом полном варианте.

Людмила отправилась к своему компьютеру, а Стрельцов зашёл в комнатушку Лося, сообщил вновь поступившую информацию, добавил:

— Свяжись-ка, Лёша, с питерским УФСР. Пусть скинут нам дело об исчезновении Модзалевич — не выжимки, всё полностью. Если оно в разработке у ментов, пусть потрясут «соседушек»…

Он собрался было продиктовать номер, но замолчал, остановленный странным взглядом Лося. Глаза у напарника были воспалённые, покрасневшие.

— Ты давно смотрел на часы, Андрюша?

Стрельцов взглянул на циферблат. Затем на окно. Хмыкнул.

— В Питере сейчас на ногах лишь дежурные, — продолжал Лось, — всё равно наш запрос до утра пролежит. Я, между прочим, на ногах уже двадцать третий час — день в Туркестане чуть раньше начинается. Да и девчонки с Хрущёвым уже никакие, не привыкли работать в твоём режиме нон-стоп — и спать, и есть на службе…

Вздохнув, Стрельцов вернулся за стол, набросал график ночных дежурств — по две шестичасовые смены на ночь — чтобы кто-то постоянно находился здесь для оперативного приёма информации. Затем созвонился с гаражом ФСР, договорился обеспечить транспортом сменяющихся и заступающих на дежурство. Затем отпустил подчинённых по домам (а Лося — в офицерское общежитие на Мидянинском проспекте, где они со Стрельцовым остановились по приезду). Первую вахту он решил взять на себя — поработать ещё немного, а затем вздремнуть в комнате отдыха… А вообще, конечно, надо требовать у Барсука обещанное подкрепление.

Однако разойтись группа «Немезида» не успела. Компьютер Стрельцова заверещал пронзительным звуком. Сработала «палочка-выручалочка»… Оперативники, выехавшие на заурядную вроде бы проверку, взывали о срочной помощи. Точно такой же звук раздался сейчас на оперативном пульте дежурного по городу.

— По коням, Лёша! — рявкнул Стрельцов, когда цифры пеленга сменились на экране крупномасштабным планом города с пульсирующим ярко-красным пятнышком. — На том свете отоспимся! На хозяйстве останется…

Он обвёл взглядом присутствующих. Хрущёв демонстративно вертел в руках свои таблетки, девушки же постарались сложной пантомимой изобразить, какие они уставшие, вымотанные, и как нетерпеливо ждут их дома не то мужья, не то родители… Лишь Людмила едва заметно кивнула.

— …лейтенант Чернобров. Остальные — по домам.

Засовывая в подплечную кобуру пистолет, извлечённый из ящика стола, Лось угрюмо сказал:

— За руль сам сядешь. А я хоть десять минут, да вздремну…

Конечно, мощный движок «Дерринджера» позволял легко оторваться от ментовского джипа не первой свежести.

Но впереди, километрах в двух, пост ДПС — большой, стационарный. И перекрыть дорогу там секундное дело: нажми на кнопку, и упрятанные заподлицо с асфальтом стальные барьеры тут же встопорщатся непреодолимой преградой.

Свернуть? Поиграть в прятки-догонялки среди дворов и узеньких проездов шоп-зоны? Увы, в этом муравейнике я ориентируюсь слабо, недолго влететь в какой-нибудь тупик. К тому же там сейчас самый пик движения — и микрогрузовики, и громоздкие фуры поставщиков так и шныряют, сводя на нет всё моё преимущество в скорости. Да и менты тут же вызовут поддержку с воздуха. А время года такое, что на спасительную ночную тьму рассчитывать не приходится: вечерние сумерки сгущаются, сгущаются, — и постепенно переходят в утренние. Для вертолёта, даже не снабжённого ночной оптикой, «Дерринджер» будет как на ладони.

Эх, надо было поменять тачку чуть раньше. Да что уж теперь…

Оценив перспективы, я законопослушно притёр машину к обочине и остановился, готовый в любой момент вновь ударить по газам. Всё-таки менты из ДПС — это не профессиональная группа захвата, и при самом худом раскладе мы ещё посмотрим, кто кого. К тому же оставалась надежда на совпадение. Может, по несчастливому стечению обстоятельств у какой-то важной шишки как раз сегодня угнали как раз «Дерринджер»… Потому что без особой на то необходимости машины такого класса ДПС предпочитает не беспокоить.