Чтение онлайн

И кинула взгляд на гувернантку. Ага! Ревнует. Ну-ну. Привыкай.

Лешич от внезапного поцелуя смутился, пробормотал:

– Садись, оладьи чудо как хороши, – и отодвинул венский стул, чтобы Сашенька смогла занять свое место за круглым столом.

Княгине налили чай с молоком. Взяв вилку, она потянулась за оладушками.

– Мамочка! Дядя Леша согласен. И мы пойдем купаться. Ура! – поделился радостью Володя.

Хорошо, что вилки из железа делают. А то княгиня ее переломила бы. Смолоду плавать неприученная, Сашенька и детям не позволяла. Но те, приехав в Ораниенбаум, рвались на залив, и, чтобы запрет не выглядел капризом, придумала отговорку: мол, купальни-то раздельные, отдельно для женщин, отдельно для мужчин, за Таней, понятно, Наталья Ивановна приглядит, а вот за Володей некому – Женя еще молод, вдруг отвлечется, вдруг недоглядит? Дети так расстроились, что пришлось подарить слабую надежду: вот приедет папа…

– Вы не против, мамочка? – уточнил на всякий случай Евгений и, не дождавшись ответа, выпалил: – Я уже сбегал к Четыркиным, пригласил Нину.

Татьяна забила последний гвоздь в этот гроб:

– По дороге мы зайдем за Михаилом.

Что? Ну и кавалера себе нашла. Только калеки им не хватало.

– Он в коляске будет плавать? – не сдержалась княгиня.

– Мишу будут купать слуги.

– А коты любят плавать? – спросил младший.

Зашел издалека, но гувернантка его затею сразу раскусила:

– Нет, Володечка. Нет. Обормота не возьмем. Коты боятся воды.

– Ну вот, – расстроился мальчик. – Все пойдут парами: Таня с графом Михаилом, Женя с Ниной, Наталья Ивановна с дядей Лешей, лишь я буду один-одинешенек!

– Ты пойдешь с мамой, – улыбнулась Наталья Ивановна.

Как показалось Сашеньке, издевательски. Ишь, с Лешичем она пойдет. Ну уж дудки! Прыжов, заметив Сашенькино раздражение (знал ее хорошо), попробовал разрядить обстановку комплиментом:

– Как же тебе идет это платье, Сашич.

Сашич и Лешич. Так они звали друг друга в детстве.

– Ты думаешь? – обрадовалась она. Не комплименту, нет. Теме разговора. Та, что надо. – А мне, представь, надоело. Хочу заказать новое. Говорят, в Рамбове неплохой салон имеется. Так что на купальни – без меня.

– Придется брать кота, – вздохнул младший.

– И тебе новый костюм к лицу, – продолжила так удачно начавшийся разговор с Прыжовым Сашенька.

– Спасибо.

– Только, уж прости, фасончик сей давно вышел из моды.

Боковым зрением заметила, как вскинулась бровь у Татьяны. Дочь следила за парижскими новостями и точно знала, что костюм Прыжова из самых что ни есть последних журналов.

Лешич расстроился:

– Меня уверили, что этого сезона.

– Они всегда так говорят. Надо же избавляться от старья. Но, умоляю, не переживай. Очень-очень тебе идет…

– И я так считаю, Алексей Иванович, – нагло перебила ее гувернантка.

– На твоем месте… – Сашенька сделала паузу, чтобы гувернантка вспомнила свое место. Та сразу покраснела, а удовлетворенная княгиня повернулась к Лешичу, – на твоем месте я заказала бы другой.

– Наверно, ты права, – озабоченно произнес Лешич.

Свадьбу-то несколько дней играть. В один из них планировал этот костюм надеть. А он, подлец, из моды вышел.

– Хочешь, пойдем к модистке вместе? – предложила Сашенька.

Наталья Ивановна на миг оцепенела, но Лешич вежливо отклонил приглашение. Гувернантка выдохнула и улыбнулась ему.

Княгиня же отказу не огорчилась. На столь скорую победу и не рассчитывала. Знала, что сперва Прыжов откажется. Но потом, когда согласится, этот предлог ему пригодится.

Но как же увести Лешича? Рассказать правду? О, нет! Начнет голосить, что как лечащий врач рекомендовал ей морской курорт для поправки здоровья, а вовсе не для того, чтобы она подвергала себя смертельным опасностям… Диди номер два. Такой же зануда. Нет! Причину похода расскажет ему по дороге. Тоже нет! Еще бросит на полпути… Только в салоне. И только тогда, когда выяснит у белошвейки про любовницу Урушадзе.

И тут Лешич сам пришел ей на помощь:

– Сашич, а после модистки придешь на купальни? Мне с тобой переговорить надо.

Последнее слово Сашеньку обнадежило. Раз Лешичу «надо», значит, можно выдвинуть встречные условия:

– Давай вечером…

– Не могу. Собираюсь уехать дневной машиной.

Еще одна обнадеживающая новость. Та отходит в три часа. Если удастся увести Лешича в салон, с детьми на купальни не успеет.

– Значит, переговорим в другой раз, – с нарочитым равнодушием произнесла княгиня.

– А если после завтрака? Удели мне десять минут, пожалуйста.

– Три. Очень тороплюсь.

И не спеша принялась за очередной оладушек.

Они вышли в сад.

– Как ты знаешь, я сделал Наталье Ивановне предложение, а она его приняла, – начал Лешич.

Опять двадцать пять. Опять про свой брак.

– Покороче…

– Я – чиновник. И должен получить согласие на женитьбу от начальства.

– Но это формальность.

Сашеньку эти разрешения всегда веселили. Почему лишь на женитьбу? Надобно и на обзаведение младенцами разрешения ввести. И на право покинуть этот мир. А то помирают когда хотят, никакого порядка.

– Не скажи. Я советовался с коллегами. Не советуют упоминать, что будущая супруга работает, да еще в услужении.

– Почему?

– По мнению начальства, это недопустимо. Мне наверняка откажут.

– С какой стати? – возмутилась Сашенька.

– Негоже состоящему на коронной службе жениться на прислуге.

– А если бы Наташа не в гувернантки, а в содержанки пошла?

– Тогда препятствий не было бы.

– Получается, телом торговать почетно, а вот честным трудом зарабатывать ни в коем разе?

– Выходит, так.

– Пошли их к черту, Лешич. И выходи в отставку.

Сашенька от возмущения даже про салон Копосовой забыла.

– Но..

– Что ты на государевой службе забыл? Тебя ведь кормит частная практика.

– Да… Но…

– Что «но»?

– Я морг свой не меньше Наташи люблю. Как мне без трупов? Любопытно ведь, от чего умерли, насильственно или нет? А частных врачей к трупам не подпускают.

– Тогда выбирай: или Наталья, или трупы.

Прыжов промолчал. А Сашенька едва не запрыгала. Как славно! Взяла Лешича за руку и вкрадчиво сказала: