Чтение онлайн

похоже на картофельный мешок, Лора. Если вы не собираетесь делать работу правильно,

мы можем найти другого ребенка прямо из школы, чтобы сделать это». – Сказала она так,

потому что Джереми нанял меня прямо из Парсонса, и ей это не нравилось. Чтобы

лишний раз не злить её, я спросила: «Что ты имеешь в виду? Что талия слишком

большая? Или длина неправильная? Сделай, как бы ты предложила». Она схватила мои

булавки и начала втыкать их куда попало, думая, что она делает это правильно, но вместо

этого она сделала еще хуже. Поэтому я просто позволила ей закончить, и когда она

закончила, я сказал: «О, хорошо, я так и поступлю». Она положила булавки и ушла. Все

это было странно, знаете, она могла сделать лучше, потому что она всегда шила лекалам

Баттеррика.

– Она с кем–нибудь еще разговаривала после этого?

Лора еще раз прокрутила в голове момент как Грейси отходит от нее. Она была одета в

лавандовый костюм, похожий на костюм пластического хирурга и туфлями на шпильке в

тон, которые, несомненно, требуют реальной операции.

– Она сказала что–то Джереми, но я не расслышала. И он крикнул её в след: «Не смей

уходить». Но больше ничего. Хотя, они все время кричали друг на друга.

– Ты очень откровенна, – сказал Канингеми. – Мне это нравится в свидетеле.

– Спасибо. Но только не называйте меня после этого Френком. – скокетничала Лора.

Он кивнул, поняв шутку, хотя это было совсем не весело. Канингеми закрыл свой

маленький блокнот и пообещал связаться, если возникнут еще вопросы. Когда она

вернулась к своему столу, то увидела, что то, что раньше было офисом Джереми, теперь

стало местом преступления. Повсюду были вспышки камер. Невыносимо жужжали

рации. Какие–то люди кричали приказы. А женщина в синей форме скидывала бумаги

Лауры в пластиковый пакет.

– Они нужны мне, – воскликнула она.

Канингеми обернулся.

– У вас есть только одна пара ножниц? – спросил он

– У меня есть тканевые ножницы. Но если бы я разрезал ими бумагу, то они бы быстро

затупились.

Он посмотрел на нее, как будто она сошла с ума. Она попыталась вспомнить, что он не

портной. Он жил, как и все остальные. Ножницы были для него таким инструментом,

который он купил в Target, когда ездил туда за покупками, о которых уже и не вспомнит,

а затем сразу потерял и нашел их в ящике через год. Для нее же они были продолжением

самой себя. Она хотела спросить его, будет ли он пользовать оружием, которое нашел в

задней части ящика, но ей нужны были эти ножницы, и она не хотел рисковать снова

неудачно пошутив.

– Мы на месте происшествия, – напомнил он. – И эти ножницы могут быть уликой.

–Пожалуйста, войдите в моё положение. Я не могу работать без них.

– Что они здесь делали?

– Я их сушила. На них пролили кофе.

– Когда вы пролили кофе? – он сделал заметку.

– Оно уже было разлито. Она показала на свой рабочий стол.

Когда Лора увидела, что Канингеми сделал еще одну заметку в блокноте, она поняла, что,

только что открыла мир неприятностей.

Глава 3

Полиция забрала Джереми в участок для допроса. Поэтому у Лоры не получилось

попрощаться с ними или получить более подробные инструкции для дальнейшей работы.

Более того, она даже не знала, чем это все может закончиться. Приравнивается ли

посещение участка для допроса к аресту? Были ли ему выдвинуты какие–нибудь

обвинения? Она была очень далека от таких криминальных тонкостей. Все её знания по

данному вопросу заключались, в лучшем случае, просмотром криминальной хроники и

заголовками газет, которые она могла вскользь прочитать по дороге на работу. Это жутко

расстраивало.

Тело убрали в большой черный пакет. Полицейские сделали еще пару телефонных

звонков и собрали все нужные им улики. Даже сфотографировали пятно от кофе на столе

Лоры с четырех сторон. А затем просто огородили место преступления желтой лентой и

ушли, за исключением детективов, которые остались ждать остальных сотрудников.

Ближе к десяти начали приходить остальные работники. Лора понимала, что не сможет

продолжить работу, до тех пор, пока все это не прояснится, и что показ в следующую

пятницу нормально точно не пройдет. Со всеми срочно нужно было провести совещание

и вкратце объяснить, что случилось.

Первым, кто приехал, была Кармелла. Ее алиби подтвердили спертый запах сигарет,

алкоголя и пота. И все это в воскресенье утром, поэтому полицейские отпустили ее на её

рабочее место и позволили приступить к работе. Лора вспомнила, что вчера вечером

пересеклась с ней на вечеринке в лофте, в паре кварталов от работы. У Кармеллы была

какая–то ссора с парнем, которого Лора никогда не видела раньше, и в шуме и суматохи

толпы, пришедших на вечеринку гостей, она потеряла Кармеллу из виду. Лора и ушла,

домой пораньше не дожидаясь окончания вечера.

Джереми рассказывал Лауре, что он нанял Кармеллу в качестве старшего дизайнера из

мертвого подразделения в офисах LVMH в Милане. Говорил, что весь ее талант был

заключен в её носе, что было комплиментом, поскольку он выступал на столько, что

требовал собственного почтового индекса. Нос был её изюминкой, подчеркивающая её и

без того прекрасную внешность. Она была метр семьдесят ростом, с шестым размером

одежды, безупречной кожей, миленькой стрижкой «под мальчика», прямыми зубами,

длинной шеей и так далее и тому подобное. Да Лора бы отдала все за тот нос.

– Что случилось прошлой ночью? – спросила Лора. – Кто был тот парень?