Чтение онлайн

— Когда ты исцелила Райкера, он был близок к смерти, а не мертв, а Лилит — мать демонов и лжи, — возразил Сет, скрестив руки на груди. — Она позволила тебе увидеть только то, что ты хотела увидеть…

— Нет. — я моргнула, пытаясь прояснить расплывающуюся комнату. — Если это действительно единственное средство положить конец правлению Лилит, убив кого-то, то этим кем-то буду я…

— Калеа. — Кэсси приподнялась с дивана, прежде чем строгий голос Райкера прервал ее.

— Нет. — он крепче обхватил меня, мышцы на его челюсти напряглись. — Ты не пожертвуешь собой.

— Почему нет? — запротестовала я. — Все твердят, что моя судьба — победить Лилит. Если единственный способ добиться этого — чья-то смерть, значит, она будет моей. — Я запустила руки в волосы и зажмурилась, пытаясь не дать всплыть образам бойни Чужеземцев, но безуспешно. — На моих руках не будет чужой крови.

— Почему ты так категорична? — спросил Сет с другого конца комнаты. — Нам предоставлен удобный шанс избавить мир от величайшего зла, с которым мы когда-либо сталкивались, а ты отказываешься видеть факты. Лилит занимает пустую оболочку, а ты хочешь пожертвовать своей жизнью в надежде, что, может быть, королева лжи на этот раз не лжет и, вопреки всему, ее носительница все еще жива?

Я открыла глаза, правда его слов словно нож вонзилась в мое сердце. На самом деле, прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я видела Тарру живой. Насколько я знала, она уже полностью отдалась Лилит, и ее душа ушла в мир иной. Но мысль о том, чтобы отказаться от подруги, принести ее в жертву… по моим щекам побежали слезы, и я уткнулась лицом в плечо Райкера.

— Прости меня, Калеа. — он шептал успокаивающие слова и гладил меня по волосам, пока я рыдала, уткнувшись в его рубашку.

— Калеа. — Харпер вздохнула, не поднимая глаз. — Во время войны люди умирают. Мужчины и женщины жертвуют собой ради общего блага, чтобы защитить и отстоять то, что они любят. Знаю, что ты готова взять этот риск на себя, но это не выход. Райкер выжег в тебе тьму. Лилит больше не может тобой владеть.

Я с трудом сглотнула, не в силах забыть об оставшемся во мне пятнышке тьмы, и с трудом заставила себя говорить, преодолевая переполнявшие меня эмоции.

— Я… я понимаю… Мне просто нужно время, чтобы смириться с этим.

Я вырвалась из объятий Райкера и скрылась за дверью.

Я бежала. Мимо меня проносились исписанные стены извилистых туннелей, а босые ноги гулко стучали по земле. Напряжение в мышцах ослабло, и я перешла на равномерный бег — ритм, который был знаком моему телу и по которому я скучала. Я трусцой преодолела поворот и, не обращая внимания на вздохи, пронеслась мимо группы ошарашенных Чужеземцев.

Выбросив все мысли из головы, я пробежала арку, ведущую в главную пещеру. Не давая зрителям времени на разглядывание, я пронеслась через зал, лавируя по людному проходу к зияющей дыре в стене.

До меня долетали обрывки слов и разговоров, но я заглушала их, сосредоточившись на воздухе, поступающем в легкие и выходящем из них в такт с движением ног. Я выбежала из пещер, и накопленное тепло рассеялось в прохладном утреннем воздухе, подобающем приближающейся зиме. Ноги стучали по твердой земле, мышцы протестовали, но я не останавливалась.

Продолжая спускаться по тропинке, мои глаза расширились. Некогда пышные, открытые поля, простиравшиеся между стеной вулкана и его центральным лесом, были неузнаваемы. Разбитые камни и обломки заполняли пространство от одного конца до другого; это были остатки армии големов, которую Лилит выпустила, когда я была здесь в последний раз. Их трупы устилали землю, словно зловещее кладбище. Я вздрогнула и направилась к дальнему краю долины и к лесу. Подойдя к краю темно-зеленого лиственного пространства, я свернула направо, к узнаваемому участку деревьев. Наслаждаясь жжением в ногах, я приблизилась к густой зелени, замедляясь.

Моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, но мне было приятно раздвигать границы своего тела на своих собственных условиях, а не кричать о кровавом убийстве или спасаться бегством. Я нырнула под занавес из свисающих лоз и вышла на открытый луг с другой стороны. Солнечный свет просачивался сквозь листву, слабый свет струился вниз мерцающими лучами. Я удивленно уставилась на него. Фейри усеивали пейзаж всеми цветами радуги. Многие сбились в кучки для сна, другие обгладывали сушеные фрукты и сушеную траву, которые, должно быть, оставили им раньше жители Внешних Земель. Их было гораздо больше, чем в первый раз, когда я посещала луг, мне казалось, что Лилит убила тех, кто остался.

Любопытное чириканье привлекло мое внимание, и Стрела пробила себе дорогу через пару чавкающих фейри, которые разбежались, недовольно фыркая.

— Вот ты где, милая девочка. — я надеялась найти ее и улыбнулась, когда она подошла и прижалась к моей груди. Я погладила ее мягкие ушки и, пройдя дальше по поляне, нашла участок, куда падал солнечный свет и села на землю в джунглях. Стрела опустилась позади меня и обвила своим телом мое, положив свою огромную голову мне на колени. Я прильнула к ее теплу и провела пальцами по перьям на ее макушке. Как бы я ни любила свою семью, мне нужно было побыть одной, чтобы разобраться во всем, и время, проведенное с моей старой подругой, казалось хорошим решением.

Мне ужасно хотелось вернуться к своим прежним мыслям, но отрицание фактов не помогло бы найти решение наших проблем, а оно нам было необходимо. Быстро. Зимнее Солнцестояние быстро приближалось, и, если мы не сможем найти и согласовать способ уничтожить Лилит, то умрем. Я понимала, что слова Райкера и всех остальных логичны, но, как бы я ни старалась приложить усилия к решению этой проблемы, не могла принять смерть Тарры как единственный выход. Должен был быть другой способ остановить Лилит.

«Дитя земли».

Потрясенная, я выпрямилась, когда в голове прозвучал знакомый голос, и огляделась.

— Тенебрис?

Его черная фигура появилась в луче солнечного света на поляне, и он приблизился на цокающих копытах. Его светящиеся голубые глаза рассматривали меня, а над головой возвышались рога.

«Здравствуй, Калеа. — подойдя ко мне, он опустил голову и провел холодным носом по моей щеке. Стрела зашипела, прежде чем он перевел на нее свой пронизывающий взгляд, и она покорно опустила голову. — Все в порядке? Я чувствую боль Райкера, и она исходит от тебя».

Мое сердце ускоренно заколотилось, и я уткнулась лицом в колени. Я никогда не хотела причинять ему боль. Лишь хотела заступиться за свою подругу, когда никто другой не мог этого сделать.

Тенебрис фыркнул, его теплое дыхание обдало меня холодом. «В тебе столько конфликтов, дитя земли. Ты должна найти мир внутри себя, иначе тебе никогда не обрести его вне себя».

Черт. «Я должна все исправить». Я начала подниматься, и Тен с досадой толкнул меня в бок.

«Нет нужды уходить, Райкер уже почти здесь». Листья захрустели под его копытами, когда он сделал шаг назад, и Стрела издала приветственный щебет, прежде чем звук торопливых шагов достиг моих ушей. Вскоре к шагам присоединилось тяжелое дыхание, и сквозь заросли пробилась фигура в плаще. Он остановился, откинув капюшон, и пряди темных волос, выбившиеся из хвоста, обрамляли его встревоженное лицо. Райкер вздохнул, когда его взгляд остановился на мне, и медленно приблизился. Тен поприветствовал его. О чем они говорили, когда я не могла слышать? Я прикусила губу, чувство вины терзало меня.