Чтение онлайн

Ненавижу искажения.

Ещё на подъезде к воротам деревеньки я услышал взволнованные крики и громкий шум. Понятное дело, что все вратники взволнованы — карета со знаками хозяйского рода! Тут либо сами аристократы примчались, либо кто-то чуть менее важный, вроде той же Олли.

Для личных слуг такие почести хоть и не считаются чем-то обыденным, но и за рамки стандартов не выходят. Ведь такие слуги часто выступают правой рукой аристократа, а это огромное влияние среди тех же простолюдинов.

Карета с сопровождением остановилась прямиком перед воротами, заставив понервничать стоящих на страже людей. Один из них, мужчина под сорок, с пышными усищами, начал быстро подходить к двери нашего транспорта.

Не дожидаясь, когда Люмьер объявит всю нужную информацию, Олли открывает дверь кареты и высовывается наружу.

— Дядя Зигр! — крикнула девушка подходящему стражу, что тут же замер как вкопанный. — Давно не виделись!

— Оленька! — тут же радостно воскликнул мужик, бодрым шагом подходя к нам. — Сколько лет не виделись! Ты так выросла, золотце! Оболтусы! — а это он уже зычным командирским тоном закричал в сторону ворот. — Открывайте ворота! И пошлите кого-нибудь к Норгернам! Дочки их вернулись!

Я даже не удивился такой реакции. Что ещё ожидать от деревеньки, в которой все знают друг друга в лицо?

Стоило нам проехать внутрь, как через окно можно было увидеть под двадцать наблюдателей, что не отрывали от нашего "конвоя" глаз. Дети на улице, старики на скамьях, работяги, идущие по своим делам. Всех удивляло наше присутствие.

— Неуютно… — пробубнила Анна, что давно уже проснулась и успела отогнать смущения от позы, в которой спала. — Такое чувство, что люди следят за каждым моим движением…

— Привыкай, — приобнял её за плечо Анхель, от чего девушка тут же превратилась в помидорку. — Однажды ты будешь сиять в этом внимании.

Мне только и оставалось, что мысленно присвистнуть от его тонкого предложения. Лишь одни люди в нашей стране могут заставлять остальных слушать каждое их слово и запоминать любой жест и поступок.

Аристократы.

И вот, мы остановились возле неприметного домика, ничем не отличающегося от всех остальных. Лишь семьёй, что его населяла.

После накинутой на нас магессой маскировки, мы начали выходить из экипажа.

***

Полчаса спустя

Раньше я считал себя хорошим оратором. Даже превосходным! Никто не мог наплести мне лапшу на уши или же навесить как на грузовую лошадь свои убеждения.

Я всегда был стойким ко всем сладким речам и страшным угрозам. Всегда встречал их с издёвкой на устах и с ней же прощался.

Но, как говорил бог войны Цзинь: «На каждую хитрую морду найдётся свой кулак!»

— Кушай, внучок, кушай. А то ишь какой худой, одна кожа да кости! — лелейным голосом проговорила сидящая рядом тиранша.

Регала Норгерн. Седоволосая женщина преклонных лет. Бабушка Олли и Анны. А ещё серый кардинал в юбке.

Эта старушка, стоило нам только войти в дом, тут же начала нас окучивать. За какую-то минуту разговора она смогла нас всех настолько обработать, что мы не успели заметить, как уже сидели за столом с ложкой в руках и овощным рагу перед нами. А потом убедила и жареного мясца поесть, затем её только подоспевших из печи пирожков, с закатанным ещё год назад вареньем… а там и супы начали поспевать…

Даже Люмьер не избежал этого участи, начиная понемногу превращаться в шар. Про сестёр вообще молчу — два вылитых колобка. Выдержали всего три порции. Слабаки.

— Мам, ну не мучай ты гостей! — хохотнул сидящий с нами низкорослый и широкоплечий мужичок, с улыбкой смотря на нас всех. — Да и дочек моих тоже! Они же сейчас все лопнут!

Когорт Норгерн, отец сестёр. Если бы не отсутствие бороды, то при первой встречи посчитал бы его гномом. Ан нет, обычный низкорослый человек с огромными лапищами, каштановыми волосами, завязанными в конский хвост и широкой доброй улыбкой, что передалась златокудрой.

— Да ты сам посмотри на них! Они же не наелись ещё! — эмоционально взмахнула в нашу с братом сторону старушка. — Вон, как жадно набросились на мои блины! Аж за ушами трещит! Ну хоть кто-то ценит мой труд!

А мы? А Агарес слушает да ест. И Анхель не отстаёт. Асаф готовит просто невероятно вкусно, даже у богов не бывают такие изысканные пиршества! Но многоуважаемая Регала превосходит всех вместе взятых. Никогда я ещё с таким аппетитом не набрасывался на вроде обычный суп и столь же обыденный кусок буханки. Но, чёрт возьми этого Дьявола, чтоб ему ангелы дифирамбы пели, в каком же экстазе находятся мои вкусовые рецепторы! Или как там говорила Петра?

— У меня, кстати, ещё есть чем можно угостить дорогих гостей… — начала с улыбкой подыматься с места бабуля, готовясь вновь накрыть нас гастрономической бомбёжкой.

Да за эту женщину, будь она хотя бы на тридцать лет моложе, все огры готовы были бы друг другу зубы выбить! Да сам Орг'Ос посчитал бы своим долгом сразиться за её сердце!

— Успокойтесь, маменька, — остудила пыл свекрови зашедшая в гостиную красавица.

Ассера Норгерн. Несмотря на сорокалетний возраст, женщина выглядела просто сногсшибательно. Стройное тело, а-ля песочные часы, объёмная грудь, кристально чистые изумрудные глаза, завораживающая улыбка и длинные золотые волосы, собранные в толстую косу. Если бы я не знал кто она, то посчитал бы её беглой аристократкой. Ну, или же искателем. Но нет, обычная деревенская женщина, что счастлива в браке и безумно любит своих прекрасных дочерей, что взяли от мамы самое лучшее.

— Лучше предложите свои шедевры гвардейцам у кареты. Думаю, они не будут против перекусить. Разрешите им сделать небольшой перерыв?

И вопросительно посмотрела в сторону Люмьера, что как бы официально ответственен за нашу "экспедицию". А тот в свою очередь незаметно стрельнул в меня глазами, ожидая ответа. Я, недолго думая, незаметно кивнул. Ладно, пусть порадуются. Потом разнесут весть о яствах среди своих и может даже подтолкнут их лучше заниматься. Мол, только самых сильных берут на такие пирушки!

Эх, мечты…

— Конечно, можете передать мой приказ.

— Замечательно! — хлопнула женщина в ладоши. — Маменька…

А той уже и след простыл.

— Покойтесь с миром, солдатики! — громко хохотнул Когорт.

— Пап! — тыкнула его под ребро Олли, что было стыдно перед нами за поведение отца.

— Ну, им правда хана, — решил поддержать мужчину братец, умяв последнюю сладость на столе. — Не каждый выдержит такого удара по желудку.

— Эт вы ещё, пацаны, не видели её на праздниках! Такой абзац, словами не опишешь! А ведь обещала, что на свадьбу дочерей такое устроит…