Чтение онлайн

– Хорошо, я все поняла, - сердито ответила я.

А что еще мне оставалось делать?

– Об остальном у нас еще будет время поговорить. Пойдем.

Мы зашли в дом через гаражную дверь и сразу же спустились вниз по ступенькам. Вход в подвал охранялся двумя оборотнями, а тяжелая железная дверь имела кодовый замок. Внутри оказалось еще две двери с кодовыми замками - одна вела налево, другая - направо. Мы зашли в левую дверь, где яркий свет ламп, висевших на потолке, заполнял коридор, который уходил вглубь. По обеим сторонам серых стен стояли железные двери. Остановившись у одной из них, Серафим открыл ее и пригласил меня войти.

В небольшой комнате находился Роберт обвязанный цепью, которая крепилась к стене. Только цепи удерживали его безвольно висящее тело в вертикальном положении. Я подошла к нему и увидела, что там, где цепь соприкасалось с голым телом, были сильные ожоги, а кое-где полностью разъело кожу, продолжая разъедать плоть. Возле Роберта я заметила нечто, похожее на белое туманное облачко, которое быстро растворилось. И тут же я ощутила холодок на коже - что-то легким ветром скользнуло вокруг меня и снова исчезло. Скорее всего, это была жена Серафима, но спрашивать у него я не стала, не до нее сейчас было.

– Роберт в сознании?
– спросила я.

– Да.

– А что с ним такое?

– Я отнял у него всю энергию и силу, сейчас он очень слаб. Единственное, что его заботит, это борьба с монотонной болью, к которой он не привык.

– Но Роберт ведь не чувствует боли.

– Почему же, чувствует. Только его болевой порог очень высок и короток.

– И что это значит?

– Он чувствует лишь самую сильную боль, ну а после, его тело быстро отключается от нее, и он уже не чувствует ничего. Сейчас Охотник слаб, поэтому более чувствителен к боли. Твой сын имеет уникальную способность. Похоже, она была у него развита и до того, как ты его обратила, но возможно не так явственно. А какой вампир не мечтает жить без этого неприятного чувства, верно?

– Да, в этом ему повезло.

– Сейчас ты можешь свободно получить от него то, что тебе нужно. Он не сможет сопротивляться.

Серафим был прав, так что же я медлила...

Я взяла в ладони лицо Роберта. Его взгляд был отрешенным, и смотрел он куда-то мимо меня. Мне не составило труда проникнуть в сознание Охотника, и так же легко найти нужные воспоминания. Но неожиданно Роберт дернулся, испугав меня до ужаса. Я отскочила от него как ужаленная.

– Не бойся, он надежно связан.

Пришлось поверить. Я вновь подошла к Роберту и повторила попытку. И вновь мне пришлось смотреть, как убивали мою сестру. Но на этот раз, я смогла увидеть того человека, который стрелял в нее. Вернее ту - это было девушка с короткой стрижкой из светлых волос, невысокая, но крепкого телосложения. Наконец-то!

Наконец-то я смогу отомстить за Ташу. А я обязательно это сделаю, когда найду эту девчонку. У меня вдруг жутко зачесались зубы.

Я отошла от Роберта. Больше не придется гоняться за ним, он больше мне не нужен. Я почувствовала невероятное облегчение, ведь наконец-то узнала то, что хотела. Осталось самое легкое. Внутри все трепетало от предвкушения мести, а в голове уже продумывался план моих следующих шагов. Нужно позвать Лео и вместе с ним обыскать все Убежища в городе... Мне нудно поговорить с Юлианом...

– Не хочется тебя огорчать, Маргарина, но ты никуда не пойдешь. К тому же, скоро светает, а с этого дня ты будешь спать здесь.

Я возмущенно уставилась на Серафима:

– Я пока свободна. У тебя еще нет власти надо мной.

– Ошибаешься. Я Глава города, а значит, все вампиры здесь находятся в моей власти.

– И ты можешь мне запретить?

– Могу запретить, могу заставить, хотя искренне не хочу этого делать. Поэтому пока еще прошу меня послушать. Я не заставляю тебя забыть о своей мести, а лишь отложить. Позже мы вместе все решим. Обещаю тебе в этом помочь. А пока, умерь свою прыть.

Не смотря на то, что Серафим такой скрытый и пугающий, он был добр и рассудителен. Эта мысль позволила мне немного расслабиться. Может, не такой уж он и страшный.

А может мне это лишь показалось, потому что когда Серафим подошел совсем близко и навис надо мной как ледяная глыба, я уже перестала так думать.

– Я был снисходителен к тебе лишь потому, что понимаю, как тяжело тебе сейчас приходится, и потому, что хочу помочь Юлиану. Больше я не потерплю твоей вольности.

Серафим помогал Юлиану, помогал и мне. Сначала он ничего открыто не запрещал, а лишь просил меня послушать его. Хотя мог запереть, и никто бы ничего не сказал. Не было сомнений в том, что он позволил мне делать то, что я хотела. Еще я не забыла тот сон, в котором Серафим чересчур смело прикасался ко мне. А сейчас был как строгий папочка - где-то добрый, снисходительный, но при этом холодный и строгий.

– Я тебя не понимаю. Ты помогаешь мне только из-за Юлиана? А как же тот сон, где ты...

Неожиданно его ладонь накрыла мой рот, а в серых глазах промелькнули какие-то эмоции.

"Не нужно говорить об этом, тем более вслух" - прошелестели его слова у меня в голове.

"И почему же?" - поинтересовалась я.

Ответом была тишина. Серафим просто смотрел мне в лицо. Пауза слишком затянулась, словно он не знал, что ответить. Между нами пролетел слабый ветерок, холодя кожу.

– Я отвечу на твои вопросы. Возможно завтра.

– Это из-за жены?
– спросила я, как только он убрал руку.
– Ты не хочешь, чтобы она услышала, чем ты занимаешься, когда...

Я упала на колени, почувствовав резкую боль в груди, будто сердце сдавили тесками. Серафим равнодушно смотрел на меня, только вот, его глаза совсем потемнели. Похоже, я его рассердила, позволив себе лишнее.

– Я сказал - завтра. И если ты что-то не понимаешь, это не должно давать тебе повод дерзить мне.

Боль прошла так же резко, как и появилась. Серафим протянул мне руку, чтобы помочь встать. Я приняла его помощь и поднялась с колен. Он тут же выпустил мою руку и направился к двери:

– Пойдем, я покажу твою комнату.

Вот это и есть безграничная власть - как он захочет, так и будет, и только попробуй перечить, даже в мелочах. Я могла сколько угодно злиться на него, но слушать придется, если я не хотела быть наказанной. Одно наказание меня ждало впереди - месяц изоляции и голодовки, и мне не нравилось уже то, как это звучит.

Мы вышли из этой части подвала и зашли в соседнюю, правую дверь. Тут нам пришлось спуститься еще ниже по широкой мраморной лестнице. А когда прошли очередную дверь, я изумилась увиденному - здесь подвал совсем не выглядел подвалом, он выглядел, как еще один этаж дома со множеством комнат. Ноги утопали в мягком красном ковре. Лабиринты коридоров освещал тусклый свет от позолоченных ламп в виде искусственных факелов. Кое-где на стенах вырисовывался резной орнамент. На камне были высечены вампиры, люди, цветы и узоры, и разные животные.