Чтение онлайн

– Ты в порядке?
– шепотом спросил он, погладив меня по лицу.

– Нет.

Он ничего не ответил, продолжая поглаживать кожу. Шум вокруг усиливался, снова заиграла музыка. Открыв глаза, я увидела, что мы с Юлианом сидим на диване в дальнем углу. И все, словно на светском приеме, разошлись по залу, стоя отдельными кучками или сидя на диванах и креслах, и беззаботно о чем-то болтая. И почти каждый украдкой бросал на нас подозрительные и недобрые взгляды.

Я отстранилась от Юлиана, чтобы видеть его лицо. Он был очень встревожен, и не только из-за меня.

– Что-то не так?
– спросила я.

– Не уверен.

Он все сильнее хмурился. Я решила спросить конкретнее:

– Обряд прошел правильно? Как и должен был?

– Нет.

– Ну и что не так?
– Юлиан смотрел мне в глаза, будто не знал, как сказать мне правду.
– Что не так?
– уже потребовала я.

Юлиан опустил глаза и о чем-то задумался.

– Юлиан...

Он встал, усадив меня на диван:

– Извини, мне нужно поговорить с Серафимом.

Мне совсем не нравилось его беспокойство, причина которого, к тому же, не была известна. Я обхватила его за шею, но Юлиана разжал мои руки и молча ушел, оставив в одиночестве. Наконец, я прислушалась к себе, что же изменилось? Я была взволнованна, но не так, как несколько минут назад, совсем не так. Тело остыло, только ощущалась неприятная тяжесть и скованность. Как ни крути, а с неизбежным пришлось смериться.

Мой взгляд упал на маленькую фигурку в общей массе вампиров - ко мне подлетела Валери и бросилась обнимать:

– О, дорогая моя, мне так жаль.

От ее присутствия стало лучше.

– Валери, скажи мне, что случилось? Почему Обряд прошел не так, как надо?

Она села рядом со мной и взяла за руку.

– Серафим не спросил твоего согласия, и он не должен был брать тебя силой, по крайне мере не так, как он это сделал.

У меня по спине пробежал холодок.

– Объясни.

– В любом Обряде совершаются определенные действия, которые соблюдаются не просто так. Серафим должен был спросить, согласна ли ты вступить в его Семью - это необходимое условие, чтобы ты не могла кого-то потом упрекнуть, что тебя заставили. Только по тебе было и так заметно, что ты не согласна. И в этом случае, он не должен был тебя брать силой.

– А что он должен был делать? У меня же не было выбора?
– я его не защищала, просто, так на самом деле было.

Она погладила меня по руке, будто пытаясь успокоить.

– Я не знаю, что он должен был бы делать.
– Валери криво улыбнулась.
– Тот, кто не желает вступать в чью-то Семью, может выбрать смерть, либо заточение. Но ни то, ни другое, конечно же, никому не хочется - Старейшие ясно дали понять, что не должно быть ни одного свободного вампира, и никому не оставили выбора. Но здесь, все дело в Серафиме. Ни на одном Обряде он так себя не вел.

– Так, это как?

– Как будто ему не терпеться тобой обладать, - наклонившись ко мне, прошептала она.
– Он всегда сдержан и никогда никому не показывает своих чувств. А сейчас... все знают, что он к тебе неравнодушен, причем так сильно, что не смог себя сдержать. И я не знаю, насколько это хорошо, и насколько плохо. Его жена уже всем показала, как она ревнует.

Я даже не знала, что и думать. Слова Валери меня не удивили, скорее, испугали - что же будет со мной дальше и что меня еще ждет?

Объяснение

Нашу беседу с Валери нарушила Агата. Она подошла, взвинченная и напуганная, и сказала мне следовать за ней. По дороге я пыталась завести разговор, но она все время отворачивалась, показывая, что не желает даже смотреть в мою сторону. Мы быстро поднялись на второй этаж, где она открыла дверь в одну из комнат и пригласила меня внутрь.

В комнате, похожей на кабинет с множеством книжных полок, за письменным столом сидел Серафим, а напротив него - Юлиан. Он поднялся и подошел ко мне, только вот повел себя очень скромно и сдержанно. Он даже спрятал руки за спину, и как мне показалось, чтобы только не прикоснуться ко мне.

"В чем дело?" - взволнованно спросила я его.

"Марго, позже"

– Я подожду тебя внизу, - уже вслух произнес Юлиан и вышел из комнаты.

Сердце колыхнулось, и мне захотелось броситься за ним, и я даже развернулась к двери, но голос Серафима будто приковал к месту:

– Марго, присядь. Нам нужно поговорить.

Я повернулась к нему и встретила тот же отрешенный и холодный взгляд.

– Присядь, - повторил он, показывая на место, где только что сидел Юлиан.

Я пошла к креслу, только садиться не стала, а прошла мимо него и остановилась перед окном, спиной к Серафиму. Я была уверенна, что странное поведение Юлиана вызвано не его собственным решением. Меня мучили куча вопросов, и было сложно определиться, с какого начать, поэтому я просто ждала, пока что-то скажет Серафим. А он молчал, и только за спиной я услышала, как Серафим поднялся и чем-то зашуршал.

– Марго, посмотри, пожалуйста, сюда.

Я повернулась на голос. Серафим стоял возле стола и держал в руках портрет девушки... и какого же было мое удивление увидеть в этой девушке себя...

Первое, о чем я подумала, так это - зачем ему мой портрет?

– Это портрет моей жены, - безмятежно сказал он, заставляя меня открыть рот от удивления.
– Вы похожи, как сестры.

Я подошла ближе, разглядывая девушку, так похожую на меня - те же черные волнистые волосы, голубые глаза, почти как у меня, только немного раскосые; форма лица чуть шире, нос немногим отличался от моего, а губы чуть уже, тронутые легкой улыбкой. Она была из прошлого, из совершенно далекого времени, но, тем не менее, сходство со мной было очевидным.

– И кто нарисовал этот портрет?

– Это мое творение. Раньше я часто рисовал ее портрет... чтобы не забывать.
– Он опустил картину на пол, прислонив к ножке стола.

Странно, почему мне никто не сказал раньше, что я похожа на его жену?

Серафим подошел к своему креслу, но садиться не стал. А только положил руку на его спинку и посмотрел на улицу сквозь широкое окно:

– Последний портрет я нарисовал двести лет назад, и он оказался неудачным, как и несколько предыдущих. Уже и не помню, сколько их было, но почти все я сжег, оставив лишь самые лучшие. И обычно, я никому их не показываю.
– Он замолчал, и мне показалась, что это всего лишь пауза, поэтому перебивать не стала.
– В ней текла смешанная кровь, в том числе татарская и русская, и в те времена нам приходилось нелегко. С такой внешность ее все считали ведьмой. Нас отовсюду гнали, но нам все было нипочем, мы любили друг друга, мы были счастливы и вместе преодолевали все трудности... И продолжаем это делать до сих пор.