Чтение онлайн

– Я постараюсь. Сейчас мне надо на рецепцию…

– Иди-иди!

Я устала от длинного разговора. И когда гибкая фигурка тайки растаяла в фиолетовом вечере, я решила немного размять ноги. За домиком вверх на гору вела едва заметная тропинка. Я пошла по ней, заглядываясь, как далеко внизу в черной воронке ущелья огоньки отелей призывно подмигивают теплоходам. И вдруг за очередным изгибом тропы мне открылась поляна с цветами, в центре которой изумленным глазом синел бассейн – он, казалось, сам удивлялся, как его занесло в эту безлюдную глушь. Прямо за ним несколько прилепившихся к скале домов хищно выставили вперед вставные челюсти террас.

«Интересно, кто здесь может жить? – подумала я, оглядывая глухое место. – От моря далеко, днем небось невыносимая жара…»

Между тем в двух домиках горел свет.

Я подошла поближе. Но окна были плотно занавешены.

Противный холодок, несмотря на жару, пробрал меня изнутри.

Я вернулась на дорожку. Вдруг что-то легонько толкнуло меня в спину. Я обернулась. И поняла: это был чей-то взгляд. Не знаю, как вы, а я всегда чувствую, если кто-то уставится мне в затылок. Как будто камешком чиркнет. В одном из освещенных домов действительно колыхнулась занавеска. Я даже не успела понять – мужчина смотрел, женщина? – как еще одно открытие обдало холодком. Почему-то мне показалось, что этот взгляд мне знаком. Занавеска резко задернулась, тень за ней исчезла.

Пора было отсюда сматываться…

…День клонился к вечеру, и главная улица Ламаи была забита разноголосой толпой. Мы шли на тайский бокс.

Сегодня утром, когда мы еще спали как убитые – ой, к чему это я! – мне позвонила Лана.

– Я нашла брата Тао. Он поможет с ней встретиться. Вам надо прийти на соревнования по боксу сегодня вечером.

– На соревнования-то зачем?

– Он боксер.

– Что, Тао тоже там будет?

– Нет, она прячется. От нехорошего человека.

– Ты уже говорила. Как мы брата-то узнаем?

– Я вам его покажу. Мы встретимся без десяти восемь у кассы, посмотрим бокс, потом зайдем его поздравить. И он скажет, где Тао будет вас ждать.

– А через тебя он не может это передать?

– Нет, он хочет на вас посмотреть.

– Зачем?!

– Чтобы узнать, не послал ли вас нехороший человек.

– О господи! Как же он это узнает?

– По лицу. Он разбирается в людях.

Я подумала, что у Машки есть шанс найти тайского брата по вере в свою исключительную проницательность…

Арена для профессионального бокса располагалась на окраине, хотя туристический бокс – ну это когда участники в шлемах красиво друг друга бьют и эффектно падают в нокаут – проходил в самом центре Ламаи.

– Туристический бокс отличается от боев профи, как фарфоровое яблоко от настоящего: выглядит похоже, а вкуса нет, – говорил вчера Виталий, который все же дождался нас после массажа. Мы обрисовали ему свои злоключения, опустив все, что касалось Тао. И он разделил наше возмущение качеством местного банного сервиса. Честно говоря, мне не хотелось верить, что такой симпатичный мужчина мог пошло закрыть нас в сауне.

Впрочем, на всякий случай я все же разведала вчера его фамилию на рецепции и тут же ввела в интернет. Результат меня обескуражил. Виталиев Андриановых была туча – один даже руководил в Москве Федерацией тайского бокса. Я сделала охотничью стойку, но с карточки на меня смотрел конкретный боец с упрямым взглядом – наш Виталий супротив этого чемпиона был явно хлипковат. Тогда я зашла на Фейсбук.

Но мне не повезло – с сайтов его однофамильцев мне улыбались незнакомые мужики, а на нескольких не было фотки.

Тогда я зашла на свою страничку. Я уже слегка скучала без Юркиных посланий: этот вдруг объявившийся товарищ по вузу каждый день забрасывал меня шутливыми записками, неловко кокетничал, и у нас даже наметилось некоторое родство душ – ну, например, мы оба любили Пелевина, Налича и копченые помидоры. Правда, удостовериться лично в степени нашего единения все не получалось. Как только мы договаривались о встрече, у Юрки немедленно нарисовывались то совещание, то командировка. Так что я пришла к выводу: у командировки и совещания одно имя – жена. Сколько скучнейших офисных работников и нудных мужей превратились с помощью социальных сетей в пылких виртуальных Ромео!

Теперь Юрка меня потерял. Перед отъездом мы с Машкой договорились никому из знакомых о нашем вояже не рассказывать – в целях конспирации. Прочитав вздохи Юрки о том, что я, наверное, его бросила, потому что он не умеет развеселить девушку, я решила приоткрыть завесу тайны. И быстро набила послание – мол, уехала в жаркие страны на море, как вернусь, напишу.

Юрка сидел на сайте и тут же ответил: до возвращения, говорит, не доживу, пиши сейчас – где ты и что ты. А главное – с кем? Как будто у него есть какое-то право это спрашивать! Я все же решила не лезть в бутылку и честно написать про подругу. Юрка запросил в подтверждение выставить фотку. Ну это уж дудки! Машку в купальнике как выставишь – все мужики немедленно перебегают к ней в друзья. Правда, долго не выдерживают и просятся обратно: у Машки язык – как бритва. Им она всегда норовит укоротить ухажерам самое дорогое. Самомнение.

Поэтому я благоразумно не заметила просьбы и ласково пообещала Юрке написать ему завтра – рассказать о своих впечатлениях о боксерском матче. Знать бы тогда, какие впечатления предстоит пережить!

Най с утра понял, что день будет препаршивым. Он чистил зубы перед зеркалом. И вдруг заметил, как обезьяна на его плече злобно оскалилась, будто увидела заклятого врага. Он дернул рукой – и оскал сменился на гримасу ужаса. Это был уж совсем дурной знак. Най даже отпрянул от зеркала и уставился на свое плечо. Но обезьяна уже застыла в привычном прыжке, отведя от него взгляд.

Эту магическую татуировку Наю сделал лучший мастер в Таиланде. Вообще-то бойцы записывались к нему в очередь чуть не за два года. И то если за тебя попросит твой Учитель. За Ная Учитель попросил. И еще попросила одна бывшая соседка – большая мастерица по части магии. Най улыбнулся, вспомнив, как однажды мальчишкой пробрался в ее дом и спрятался в корзине, чтобы подсмотреть, как она колдует. Знал ведь, что деревенские маги насквозь все видят. Но понадеялся, что его, такого маленького и худого, даже Ми не разглядит. И сам же себя выдал!

В доме лекарей – большом и каменном, редкость в их деревне, – ему сразу ударил в нос густой запах травы (она сушилась на веревках под крышей), сандалового дерева и еще чего-то сладко-пряного. А как залез в корзину – и вовсе стало нечем дышать: в ней когда-то лежали острые специи, несколько мешочков еще осталось на дне. Из них просыпались сухие красные ягодки. Най знал все съедобное, что росло в округе. Собственно, часто его обед, а то и ужин состоял из того, что удастся сорвать. А еще ему нравилось смотреть, как готовит мать, и специи с травами он различал не хуже нее: какая для рыбы, какая для мяса, какая для супа. Но таких ягод никогда не видел.