Чтение онлайн

– Зайдем что ли, шляхтич?

Казимир пожал плечами, издалека рассматривая рукотворные ворота.

– И зайти опасно, и не зайти опасно, - пробормотал он, колеблясь.

Действия Сколопендры редко расходились с сумасбродными мыслями, то и дело вспыхивавшими в голове. Не успел Казимир отдышаться, как его уже волокли за руку ко входу, нимало не заботясь о нежелании шляхтича входить в пещеру. Далеко от поверхности, окруженная многометровой толщей земли и скал, дриада чувствовала себя не хуже чем на открытых просторах, с присущей ей самоуверенностью решив, во что бы то ни стало, отыскать выход.

Перехватив пальцами по ускользающей из руки кисти Казимира, Каля на ходу обернулась.

– Опасно сидеть и думать, - проговорила она, сшибая разросшийся клубок грибов, свисавший со стены. Каменные врата надвинулись. Над вырубленной дугой входа тянулась длинная, изукрашенная завитушками надпись.

Сколопендра остановилась.

– Похоже на аримейский, - присмотревшись, предположил Казимир. Между словами не было ни одного разрыва: буквы, закругляясь, образовывали начальный штрих следующей буквы, слова сливались в непрерывную вязь.
– Буквы закруглены в другую сторону, но в аримейском есть разрывы между словами. Нет, не могу прочесть.

– И не надо.

Казимир обернулся.

– Знамо дело, чего понапишут, - ухмыльнулась Сколопендра, - тут, комес, никакого разнообразию. Как оно водится. Стоит найти такую дверку без петель глубоко в скале, в лесу жертвенник заросший, или у купца вдруг выгодно выменять ящик с печатью - тут как тут Страшные Пророчества И Ужасные Предостережения.

Казимир невольно улыбнулся. Сколопендра, сосредоточенно поскоблив ногтем слюдяной изразец, вгляделась в темный проход.

– Попомни мое слово, - Каля повернула голову, зачем-то вслушиваясь в еще не потревоженную тишину в пещере, - хотели бы оградиться от нежданных гостей, высекли б "Входи не раздумывая!". Поток желающих сунуться куда не надо сразу бы иссяк. Человек, - дриада потянула клинок из ножен, - существо извращенное. Чем больше запрещаешь, тем упорней прёт.

***

Выставив перед собой клинок, Казимир первым вошел в пещеру. Кравшаяся следом Сколопендра удивленно присвистнула.

– И никакой опасности, - обронила она, указывай комесу вперед.
– Стражник уже никого не остановит.

У дальней стены пещеры сидел закованный в броню рыцарь.

На широком каменном столе лежал длинный меч в потускневших ножнах. Толстые белые свечи в железном подсвечнике оплавились и покрылись пылью, рядом валялся затянутый паутиной кувшин. Там же, рядом с рыцарем Казимир увидел покрытый паутиной золотой шлем. На его верхушке красовалась рука с раскрытой ладонью.

Поманив к себе Калю, шляхтич подступился ближе, разглядывая сидевшего за столом рыцаря. Покрытая кольчужным капюшоном голова покоилась на ладони, локоть прочно упирался в столешницу; словно рыцарь присел отдохнуть, да так и уснул. Длинный белый плащ спадал с плеч, укрывая колени и часть пола под ногами. Рассеченный красной полосой щит с закругленным концом лежал поодаль, словно выскользнув из ослабевшей руки. Пластины брони должно быть когда-то блестели, так что можно было увидеть собственное отражение. Теперь же металл потускнел, покрылся темным налетом.

Каля нагнулась, разглядывая рыцаря. Казимир прошелся по пещере, осматривая каждый укрытый тенью угол, но кроме пыли и пауков ничего не нашел. Ни черепков от посуды, ни ржавого оружия, ни обрывков кольчуги. Словно рыцарь пришел в чем был, наперед зная, что не видеть ему больше ни неба, ни человека.

– Доспех справный, - оглядев латы, обронил комес.
– Должно быть, знатный был при жизни, и богатый. Одна насечка стоит доброму оружейнику нескольких дней кропотливой работы.

– Молодой был. Немногим старше тебя, шляхтич.

Казимир украдкой метнул в разбойницу быстрый взгляд. Присев перед рыцарем, Каля рассматривала бледное лицо, окаймленное небольшой, аккуратной бородкой. Глубокие морщины пролегли у бескровных губ, словно и в смерти рыцарю не давала покоя давняя печаль. Волосы были заправлены под кольчужную сетку, только несколько прядей, черных и гладких, как смола, выбились на бледный лоб.

– Пойдем, Калина, - позвал Казимир.

Сколопендра с сожалением оглянулась на пустую пещеру, посмотрела на рыцаря. Бледное едва не до восковой белизны веко чуть дрогнуло. Сколопендра застыла, напряженная как стрела.

– Иди сюда!
– Махнула она рукой комесу.
– Я что-то видела!

С минуту оба пристально изучали безымянного рыцаря.

– Холодный, - приложив два пальца к щеке стража, сказал Казимир. Нагнувшись, шляхтич приложил ухо к ледяному доспеху.
– И сердце не бьется. Показалось тебе, Калина.

Сколопендра выглядела разочарованной. Брови печально изогнулись, губы дрогнули.

– Я видела, - повторила она.

Казимир вздохнул, ласково проводя ладонью по мокрой косе разбойницы. Каля вздрогнула. Зеленые глаза её распахнулись, вытянутый, чуть дрожащий палец нацелился на рыцаря.

– Вот! Только что снова дрогнуло!

Сбросив с плеча руку комеса, Сколопендра размашисто шагнула к столу. Склонилась над ним и, лизнув палец, сунула его под нос рыцарю.

– Он не мертвый!
– Торжествующе воскликнула она.
– Иди, сам глянь, коли не веришь. Дышит он! Как есть дышит! А что сердца не слышно, так ты на его латы глянь - небось, на двоих человек достанет металла! Эй, - уже не сдерживаясь, потрясла за плечо спящего стража разбойница, - милсдарь рыцарь, очнитесь! Просыпайся, твоя благородность! Вставай! Путники к тебе завернули! Не слышишь ты, что ле? Милсдарь?

Чего только не делали Казимир и Сколопендра, пытаясь пробудить рыцаря. И кричали, и трясли за плечо. Каля даже принялась растирать ему виски, но быстро поняла тщетность всех ухищрений. На все уловки, на уговоры и убеждения, рыцарь оставался нем и неподвижен. Холодный, как и камни, окружившие его со всех сторон.