Чтение онлайн

— Это невероятно!

— Тем не менее дело обстоит именно так. Слава богу, что здесь нет детей. Во всяком случае, вы должны благодарить судьбу, Оливия, что у вас нет детей.

Он почувствовал вдруг, что вся она словно окаменела.

— Простите, я, кажется, что-то не то сказал.

Он провел Хилари в холл, где они сели.

— Ради бога, простите меня. Я очень огорчил вас, Оливия?

— Нет, ничего. Это не ваша вина. У меня был ребенок. Он умер…

— У вас был ребенок? — удивился Питерс. — А я думал, что вы вышли замуж за Беттертона только полгода назад.

Оливия покраснела. Затем быстро проговорила:

— Да, это все верно. Но я была замужем раньше. Я развелась с первым мужем.

— Понимаю… Ужасно, что мы здесь ничего не знаем друг о друге, и говорим порою не то, что думаем. Ведь я совсем ничего не знаю о вас, Оливия.

— Так же, как и я о вас, — грустно улыбнулась Хилари. — Где и как вы росли…

— Я вырос в «строгой научной атмосфере», — усмехнулся Энди. — Вскармливали меня чуть ли не из пробирки. Наука и только наука. Никто больше ни о чем не думал и не говорил. Однако с уверенностью могу сказать, что в нашей семье вундеркиндом был не я.

— Девочка. Сестра. Вот у нее были необыкновенные способности. Она могла бы стать второй Кюри. Она могла бы совершить много выдающихся открытий.

— Что же с ней случилось?..

Ответ Энди был краток:

— Ее убили.

Хилари решила, что Энди обвинял здесь последнюю войну.

— Вы очень любили сестру? — спросила она участливо.

— Больше, чем кого-либо на свете.

Неожиданно Питерс прервал разговор и поднялся.

— Хватит с нас и тех неприятностей, что есть сейчас. Взгляните лучше на нашего норвежского приятеля. Кажется, будто его вытесали из дерева. А его полный изящества поклон! Наверное, Торквил проглотил аршин.

— Он очень высокий и худой…

— Он не так высок, как вам кажется. Моего роста, не больше.

— Рост — вещь обманчивая!

— Да, это как описание внешности в паспорте. Вот, к примеру, Эрикссон. Рост шесть футов, волосы светлые, голубые глаза, лицо продолговатое, манеры деревянные, нос средний, рот обычный. Даже если к этому добавить то, чего нет в паспорте, например: речь правильная, говорит медленно, слова подбирает тщательно, — вы все равно не получите представления о том, как на самом деле выглядит Торквил… Что случилось?

— Нет, ничего.

Хилари, слушая Питерса, и через холл и зал внимательно вглядываясь в Эрикссона, вдруг подумала: да ведь это же приметы Бориса Глидера! Слово в слово то, что она слышала от Джессепа. Может, именно поэтому она всегда чувствовала себя плохо в его присутствии.

— Но, я полагаю, что он все же Эрикссон? Он не может быть кем-то другим?

Питерс с удивлением посмотрел на собеседницу.

— Кем-то другим? Кем же? Что вы имеете в виду, Оливия?

— Я думаю.., мне кажется.., я хотела спросить.., мог бы он приехать сюда под именем Торквила Эрикссона?

— Думаю, что нет. Это было бы невозможно — Эрикссон очень известен в научном мире.

— Но ведь никто из здешних не встречался с ним раньше.

— Вы думаете, что Эрикссон ведет, так сказать, двойную жизнь. — Питерс покачал головою. — Нет, это маловероятно.

— Конечно, — вдруг согласилась Хилари, — на это не похоже. Да нет, вряд ли Эрикссон — это Глидер, подумала она. Но какие причины были у Оливии Беттертон так настойчиво твердить об опасности, грозящей Томасу со стороны Бориса Глидера? Может, она откуда-нибудь узнала, что тот направляется в Организацию? А разве не мог человек, приехавший в Лондон под именем Бориса Глидера, быть на самом деле Торквилом Эрикссоном? Ведь описания внешности абсолютно совпадают. И как только он приехал сюда, то сразу же обратил все свое внимание на Беттертона…

У Хилари была какая-то внутренняя уверенность, что Эрикссон — очень опасный человек. Трудно было понять, что скрывалось за сонным взглядом его бесцветных глаз.

Хилари вздрогнула. Ей опять стало страшно.

— Оливия, в чем дело? Что такое, наконец?

— Ничего. Смотрите. Заместитель Директора собирается сделать какое-то объявление.

Доктор Нельсон, взобравшись на сцену, подошел к микрофону.

— Друзья и коллеги! Завтра вам всем предлагается остаться в Запасном крыле. Просьба собраться в одиннадцать утра, будет произведена перекличка. Чрезвычайное положение продлится всего лишь до двадцати четырех часов. Очень сожалею, что у вас возникнут некоторые неудобства. С подробностями можете ознакомиться, они уже вывешены.

Улыбаясь, он ушел. Опять заиграла музыка.

— А теперь мне надо снова пригласить Дженнсон, — со вздохом проговорил Питерс. — Она с таким нетерпением поглядывает в мою сторону. Надо узнать, что это за штука — «Запасное крыло».

Перекличка происходила в большом лектории. Потом всех построили в длинную колонну и повели по одному из коридоров. Хилари шла рядом с Питерсом, она знала, что у него был крошечный компас, так что можно было установить, в каком направлении их уводили.

В конце коридора оказалась небольшая дверь. Перед ней пришлось немного задержаться, так как она была заперта.

Питерс вынул из кармана портсигар, но в ту же секунду послышался властный окрик Ван Хейдема:

— Не курить! Вас ведь предупреждали!

— О, простите сэр.

Дверь вскоре открыли, и колонна снова двинулась вперед.

— Как овцы, — возмущенно прошептала Хилари.

— Комнаты для дам направо, — предупредительно провозгласила мисс Дженнсон.

Мужчин повели куда-то в левую часть крыла.

— Здесь все очень просто, — опять раздался голос мисс Дженнсон, — но, тем не менее, есть все необходимое. В вашем распоряжении ванная комната. Через эту дверь и дальше по коридору можно пройти в общую гостиную.

Гостиная — просторный зал, в котором опять все собрались вместе, — напоминала зал ожидания в небольшом аэропорту. Здесь был бар с напитками и стояли столы с приготовленными закусками. В другом конце гостиной Хилари увидела ряд полок, забитых книгами.

День прошел спокойно. На небольшом портативном экране было показано два кинофильма.

Искусственное освещение возмещало отсутствие окон. К вечеру зажглись другие лампы, от которых исходил мягкий свет.

— Умно придумано! — одобрил Питерс. — Все делается с целью свести до минимума ощущение того, что мы замурованы заживо.

«Как мы здесь беспомощны, — подумала Хилари. — Где-то совсем недалеко находятся люди, приехавшие из внешнего мира. А связаться с ними и, тем более, рассчитывать на их помощь невозможно. Все предусмотрено с жестокой тщательностью».

От неожиданного прикосновения чьей-то руки Хилари вздрогнула. Резко обернувшись, она увидела, что рядом с ней стоит высокий темнокожий слуга.

— Прошу вас, мадам. Вам нужно идти, — шепотом проговорил он.

— Идти? Куда идти?

— Прошу вас, следуйте за мной.