Чтение онлайн

Он некоторое время принимал решение.

— Вы сказали, у вас есть психолог.

Она посмотрела на него свирепым взглядом.

— Если вы дадите мне имя, я могу позвонить за вас.

— Мне не нужен психолог. Я хочу, чтобы кто-то взглянул на мою квартиру.

— Если ваш доктор не здесь, я…

— Я имела в виду вас, — закричала она. — Вы проверите мою квартиру? Пожалуйста.

Он посмотрел на свои часы.

— У меня сейчас есть немного времени. Я могу отвести вас к кое-кому. Если вы не…

— Нет.

Карли встала, стащила свое пальто со стула.

— Мне не нужно видеться ни с кем.

Это была ошибка. Большая гребаная ошибка. Она схватила сумку.

— Я знаю некоторых людей в больнице. Я пойду с вами.

— В больнице?

Он шагнул по направлению к ней.

— Там есть психиатрическое отделение, Карли. Вам нужна помощь.

Она отшагнула назад.

— Не прикасайтесь ко мне.

Он поднял руки, его тон стал осторожным и успокаивающим.

— Не трону. Все в порядке, Карли.

Боже, он подумал, что она слетела с катушек. Она прижимала свою сумку в груди как щит, выглядела так, будто слетела с катушек.

— Это не то, что вы думаете. Я не спала. Я устала, а не сошла с ума.

— Карли.

Когда он двинулся к ней, она отпрянула и чуть не упала, рванув к двери.

Был ранний вечер, когда Карли проснулась замерзшей и заторможенной. Сейчас апатия ощущалась лишь призраком боли в костях. Она вернулась в квартиру, приняла первую таблетку снотворного за шесть месяцев и уснула мертвым сном на диване. Сейчас она сонно смотрела на свою новую мебель, французские двери, вид из окна. Она ненавидела это все. Ненавидела лофт, длинный коридор, кирпичные стены и кухню из нержавеющей стали. Ненавидела то, как воспринимала это сейчас. Ненавидела, что все это теперь испорчено.

Из квартиры Нейта раздавались звуки. Карли снова посмотрела на свои руки и задумалась, что скажет ему. Он знал о тех вещах, которые другие не понимали, о боли, горе и сожалении. О желании чувствовать и не ощущать, как быть сумасшедшим и все еще в здравом уме.

 Снаружи полдень плавно перемещался в вечер, от поступающей тьмы ее кожа покалывала от дурного предчувствия. Она не могла оставаться здесь снова, с царапинами на своих руках и, не имеющей понятия, откуда они появились. Может, ей нужна защита. Может, ей стоит отправиться в больницу. Может, было нужно узнать, что скажет ей Нейт. Карли взяла упаковку крекеров. Нейт открыл дверь, рассматривая их с весельем в глазах.

— Ты ищешь сыр, чтобы съесть с этим? — спросил он.

— Я подумала, что мы можем объединить ресурсы.

Он открыл дверь шире. Она почувствовала запах супа и его дезодоранта, когда проходила мимо, она потерла руки, стоя у кухонной столешницы. Он достал винные бокалы.

— Почему бы нам сначала не поговорить? — спросила она.

 Они сели у окна. Карли положила локти на колени, и держала в руках концы рукавов. Она приказала себе постараться лучше в этот раз.

— У меня кошмары. Чертовы ужасные кошмары. Они мучают меня годами, с тех пор как умерли мои друзья. Когда я приехала сюда, мне начал снится мужчина в моей квартире, в лофте. Вот почему приезжала полиция, я думала, что это было реальным. Это то, что ты слышал по другую сторону стены – я просыпалась напуганной, бежала к двери, думала, что кто-то там есть. Прошлой ночью, он был на мне, шептал. Я пыталась бороться с ним. Когда я проснулась и смогла успокоиться, обнаружила это.

Она закатала свои рукава, показывая ему свои руки. Он посмотрел на них, в его взгляде появилась удивление, будто он не был уверен, что ему стоит сказать. Она приоткрыла верхнюю часть рубашки, показывая борозду на своей груди.

— Это царапины, — сказала она. — Я не знаю, как они появились там. Каждый раз, когда я засыпаю, мои двери закрыты и все вещи на своих местах. Там только я, напуганная, полусонная и убежденная, что кто-то есть в моей квартире, кто-то есть на моей кровати.

Она провела ладонью по царапинам на своем предплечье.

— Я не помню, как сделала это, и под моими ногтями нет никакой кожи, — она подняла на него взгляд. — Не думаю, что я сделала это с собой. Я боюсь того, что это говорит обо мне, если это сделала я, но, если это была не я, то это был мужчина из моего сна, а это не имеет смысла.

Нейт втянул воздух, будто не мог решить, что и думать.

— Ничего не говори пока, — сказала она ему. — Прямо сейчас мне нужно, чтобы ты просто выслушал.

Он отклонился в кресле, словно устраивался в нем на продолжительное время.

— Хорошо.

— Шесть месяцев назад, я выпила кучу снотворных таблеток, — произнесла она, желая иметь выпивку в руках.

Она вернулась мыслями к ночи в каньоне, упрощая детали. Это заняло время. Это была длинная болезненная история.

Когда она закончила, подошла к окнам. Сейчас была ночь, соседи внизу купались в свете тихого вечера, огни гавани мерцали в отдалении, как искры надежды. Нейт не перебивал ее, не вмешивался и сейчас.

— Люди судят потому, что они видят, — сказала Карли, поворачиваясь вокруг. — Я причинила боль людям и себе. Меня мучает тревога, я просыпаюсь в крике, иногда впадаю в полный эмоциональный раздрай. Я приехала сюда, чтобы начать сначала, там, где никто ничего обо мне не знает, где я смогла бы понять для себя, кто я есть.

Она снова оттянула свой рукав и вытянула руку вперед.

— Я смотрю на это и не понимаю. Я показала их сегодня копу, и он предложил отвезти меня в психиатрическое отделение.

Она почувствовала это снова – унижение, сомнения.

Девушка села на кофейный столик, колени к коленям с Нейтом.

— Если я причиняю вред себе, то не знаю, как делаю это. Если кто-то еще вредит мне, я не знаю, как. В любом случае это чертовски страшно.

Нейт долго не говорил. Может, ждал, когда она закончит. Может, решал, как разрешить эту ситуацию. О чем бы он ни думал, это заставило ее нервничать. Он наклонился вперед, и взял обе ее руки в свои.

— Ты не сумасшедшая, — сказал он.

— Ты не видел меня, когда я просыпаюсь от этих снов. Когда я испугана, чувствую себя сумасшедшей.

— Испуг может выглядеть безумием. Я знаю.

Его голос был твердым, но именно его глаза ослабили тугой узел нервов внутри нее. Она подумала о нем в океане ночью, зовущего женщину, которую он любил и пытающегося спасти свою команду.

— Я боюсь, Нейт.

 Он передвинулся на край своего кресла, расставив колени по обе стороны от ее ног.

— Я не знаю, что происходит, Карли, но ты не будешь спать в своей квартире сегодня ночью.

 Карли не знала, думал ли он, была ли девушка угрозой для себя или же что она была в опасности. Это не имело значения. Он выслушал ее историю и не бросился делать выводы.

— Завтра тебе стоит сменить замки, — сообщил он ей. — Я могу сделать это, если ты хочешь.

— Ты думаешь кто-то пробирается внутрь?

— Я думаю, что не стоит исключать такой возможности.

— Стоит ли мне также себе и руки связать?