Чтение онлайн

Она потёрла руку, подумав об инъекциях – она никогда не ощущала боль от них. Подожди, один из акронимов, INO обозначал ингаляцию. Она вдыхала эту хрень?

Она подумала об ингаляторах при астме и пластиковых трубках в носу. О газовых баллонах и аквалангистах, о кислородной палатке и…

– Бл*ть.

Она встала, и отошла подальше.

– Хватит. Ты видела достаточно.

Она снова приняла душ, отскребая свою кожу, раздумывая, стоит ли пойти к врачу, чтобы сделать анализ крови, о долгосрочных эффектах от смеси наркотиков и об акронимах, которые не могла расшифровать. Она подумала также о коробке сокровищ над квартирой Элизабет.

Посещал ли он Элизабет в ту ночь, когда она умерла? Если он дал ей седативные и опиаты, это не просто напугало пожилую женщину. Это было убийство.

Карли не думала, что уснет, и не была уверена, что хочет, но где-то после трех, свернувшись в одеяло Нейта на диване, ее веки закрылись.

Все же, это была не совсем дрема, больше напоминало глубокое физическое молчание ее разума, продолжающего работать. Она все еще размышляла о времени и труде, необходимом, чтобы создать тайник, который выглядел бы как кусок древесины. С отделениями для хранения информации, которые не оставят никаких электронных следов. Повторяя процесс снова и снова. Забираясь внутрь и наружу со стен склада, потворствуя своему хобби долгое время.

Затем, переключаясь между мыслями и снами, Карли увидела свет фонаря, прыгающего по стенам и фотографии Элизабет, себя, обнаженной, улыбающейся, когда сверкнула камера.

В ее голове вновь пронеслись разговоры с полицией, в которых она передавала им груды карточек, объясняла, как она нашла их на потолке. В некоторых вариациях, Дин Квентин или Энн Лонг просматривали изображения с Карли, распростертой на кровати; в других, они говорили ей, что она повредила доказательство и уничтожила отпечатки пальцев. Каждый раз, она хотела выхватить их обратно, униженная, испытывающая стыд, сомнения.

Брук продолжала пробираться в мысли Карли, стояла на верху ее лестницы, но всегда падала Карли.

Кристина была там тоже, пыталась покинуть супермаркет с пакетом овсяных хлопьев, рассказывала о кошмарах и сумятице в голове.

И Талия с ее мелкими темными кудрями и линялыми джинсами, укладывающая свою виолончель в трехдверный хэтчбек и въезжающая в дерево.

* * *

К семи утра Карли добралась до порта, ее энергия искрилась бушующим, целенаправленным побуждением. Ее растянутая лодыжка болела, но ее это не волновало. Она была на ярком солнечном свете, наполняла легкие свежим воздухом, разминая боли в мышцах и суставах после ползания в том темном, полном теней месте.

Она не пойдет в полицию с теми доказательствами, что нашла. Она не станет сидеть с Дином Квентином или Энн Лонг, или другим чертовым копом, и смотреть, как они просматривают эти унизительные фотографии или объяснять, как она их нашла. Она не знала пока, что собирается делать, но этого не случится. Она чувствовала это своим первым принятым решением. Оно было крепким и непоколебимым. Возможно, это была единственная вещь, которой девушка была сегодня довольна.

Волны ударялись о волнорез, но у нее было терпение, чтобы понаблюдать за ними. Внутри нее что-то бурлило – решение или может быть, просто жестокий, рвущий горло крик. Что бы это ни было, оно нуждалось в пространстве и энергии, и она устремилась вперед, возобновляя шаг.

Карли хотела поговорить с врачом. Она хотела знать, за сколько можно продать ее квартиру. Она не станет возвращаться на потолок. Еще больше решений. Шаги по направлению к умозаключению.

– Не пользуешься нашей мебелью сегодня?
– спросил Рубен, принося ее завтрак.

Карли стояла под обогревателем, ее взгляд не смещался с контейнерного судна, плывущего в открытое море. Она заказывала яйца, тост и крепкий кофе – что-то чтобы подпитать ее, как бы не повернулся день.

– Я не могу позволить себе такого умиротворения, - поведала она ему.

– Много забот?

– Много мыслей в голове.

– Тогда лучше с ними разобраться.

– Да. Это нужно сделать сегодня.

Потому что все закончится сегодня. Она приехала сюда не для того, чтобы смотреть, как причиняют боль ее друзьям и убивают их, чтобы ей задавали вопросы и сомневаться, ожидать ли следующего ужасного события. Она не будет жить так снова. Единственно решение сейчас – как это закончить.

На складе Карли вышла из лифта на третьем этаже и постучала в дверь Брук.

– Я хотела сказать спасибо за прошлую ночь, - сказала ей Карли.

– Я была рада. Как поспала?

– Всю ночь. А ты? Как ты спала?

– Я? Прекрасно.

– Ладно. Хорошо.

Карли теребила манжеты своей кофты, желая предупредить ее.

– Хочешь войти?
– спросила Брук.

Тем не менее, дело было не только в Брук. В Элизабет, может в Талии тоже.

– Нет.

Карли должна быть уверенной, прежде чем вскроет эту рану.

– Нет, мне надо идти.

– Хорошо, - Брук кивнула, слегка нахмурившись.
– Что происходит?

– Ничего. Занятие.

– Ох. Ты кажешься такой…

– Какой?

– Как будто ты на миссии. Я подумала, что у тебя может быть презентация или собеседование или...
– она пожала плечами.
– Я хочу пожелать тебе удачи.

– Нам стоит пожелать удачи друг другу. Черт знает зачем. Мы заслуживаем ее, верно?

– Да, почему бы и нет. Удачи нам.

Карли притянула ее в объятия, почувствовала удивление Брук от крепости ее хватки, увидела вопрос, застывший в ее глазах, когда Карли помахала и ушла.

Направившись в коридор, она выбрала третью дверь от угла. Женщину с коллекцией обуви. Карли сидела над ее гардеробной и заглянула в ее жизнь. Мужчина в черном мог сделать больше, чем это. Карли могла постучать, объяснить, что есть некто, проникающий в ее лофт, накачивающий ее наркотиками и делающий фотографии, но она должна узнать больше, прежде чем обрушит на женщину такие шокирующие новости.

Карли отсчитала четыре двери вдоль ряда Кристины, а затем постучала.

– Я гадала, как у тебя дела.

Кристина была в тапочках, в ее руке была чашка чая, когда она открыла дверь.

– Я подумала, что приду и покажу.

Карли станцевала небольшую жигу, доказывая, что ее лодыжка восстанавливается, разводя руками, будто это был магический фокус.

– Ты хочешь танцевать здесь за кофе?

Она хотела заколотить все вентиляционные отверстия Кристины.

– Хотела бы, но мне пора на занятие. Просто я потеряла книгу. Я думаю, что оставила ее в вашей библиотеке на днях. Вы не будете возражать, если я проверю?