Место встречи назначает пуля
Шрифт:
Иван в знак солидарности тоже позволил себе короткое восторженное восклицание, понятное только русскому. Несмотря на то что несколькими днями раньше он уже рассматривал такой же автомобиль, готовя его для перегона в Россию с Михайловским, при виде безупречно выполненной, шикарной машины он не удержался от красноречивой оценки.
Васильев сел на водительское сиденье и откинулся на спинку так, чтобы видеть себя в зеркале заднего вида. Сверкающая поверхность отразила его маленькую на фоне общего внутреннего объема автомобиля фигуру. Человек в этом храме металла, дерева, пластических масс, стекла и кожи вовсе пропадал. Строгое решение дизайна салона автомобиля, затемненные стекла машины создавали особую атмосферу и ощущение абсолютной изолированности от внешнего мира. Здесь, внутри, можно было создать свой обособленный мирок, в котором есть все, что нужно для комфортного и самодостаточного существования.
Николай дотронулся до приборной панели, выполненной из красного дерева. Каждое движение он смаковал. Итальянцы, несмотря на то что до отлета их самолета оставались считаные часы, не стали торопить молодого человека. Представление явно доставляло им удовольствие.
Николай повернулся к Ивану и прищелкнул пальцами. Тот понял своего собрата с полуслова и, открыв барсетку, вынул оттуда связку ключей с объемным брелком и маленьким мониторчиком. Подойдя к машине, Иван поднял руку и осторожно подал Николаю ключи.
Тот тут же вставил подходящий ключ в замок зажигания и повернул его. Двигатель мгновенно откликнулся ровным, размеренным гулом, который едва улавливался в салоне автомашины. Водитель нащупал под правой рукой маленькую, вытянутую в длину кнопку с двумя направленными в разные стороны стрелками на концах, и оконное стекло плавно поползло вниз, впустив в салон яркий дневной свет и запахи окружающего мира.
Несмотря на то что Николай Васильев уже около пятнадцати лет занимался автомобилями, сначала в детско-юношеской спортивной автошколе как гонщик, затем как старший мастер в мастерской по ремонту иномарок, автомобиль вызвал в нем бесспорное уважение. Кроме мальчишеского восхищения совершенными формами авто, в которые были отлиты груды грубого металла, Николай мог оценить машину с профессиональной точки зрения. Он в своей жизни не видел более безукоризненно выполненного автомобиля.
Перегонщик осмотрелся вокруг, но, кроме Ивана и двух компаньонов Джелкумяна, которые не могли составить достойную зрительскую аудиторию, никого вблизи гаража не было.
Николай слегка нажал на педаль газа. Огромная гора металла незаметно тронулась. Не издав ни единого звука, джип поплыл по дороге, ведущей от гаража в поле. Николай еще чуть-чуть поддал газа, и трава за окошком стала мелькать значительно быстрее. Васильев слегка нажал на тормоз, и из-под колес врассыпную разлетелись мелкие камни, ударяющиеся по днищу автомобиля глухим стуком.
Водитель нажал тормоз еще раз, и машина полностью остановилась. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Далеко позади маячили три фигуры. Иван и его итальянские компаньоны активно махали Николаю рукой, призывая вернуться к гаражу. А он и не заметил, что уехал довольно далеко. Развернул машину и покатил навстречу ожидающим отправки автомобиля в Россию людям.
– Ну, пора. У тебя не остается времени. По дороге освоишься. Да? – сказал Иван.
Несмотря на то что в интонациях Ивана слышались нотки подобострастия перед авторитетом его молодости, этот человек уже был достаточно опытен в делах и научен собственными ошибками, чтобы откровенно проявлять раболепие.
– Да… – протянул Николай. – Офигенная тачка. Кому же такую везете? Небось президенту. Или авторитету какому, на крайняк?
Ивана вопрос Васильева не порадовал. Скрывать информацию было неловко, но и сказать он не мог. Он замялся и стал мысленно искать уклончивый ответ.
– Есть один… – неуверенно откликнулся он после паузы.
– Не хочешь, не говори. Чего ты киксуешь! Какие проблемы между своими? Что, далась она мне, что ли!
Иван неловко улыбнулся и поспешил перевести разговор на другую тему.
– Давай отойдем. Поговорим о деле, – предложил он, показывая рукой в сторону ворот гаража.
Сделав знак итальянцам, Иван увел Николая в сторону и стал разъяснять необходимые подробности.
– Вот русская карта. – Он сунул Николаю свернутый в четыре раза лист глянцевой бумаги. – Бортовые компьютеры, навигация и все приборы русифицированы. Карта в компе. Пока разберешься, как пользоваться, пригодится бумажка, – добавил, показывая приборы. – Да… Здесь документы. На, держи…
Иван отдал водителю свою барсетку.
– Здесь есть все, что тебе нужно. Документы на машину, на перегон… Короче, ты понял… Никому особо их не показывай без крайней нужды. Это для таможни. Торопись, но чтоб тебя не словили по дороге. Будь осторожен. Машина эта стоит, как наша с тобой жизнь, помноженная на миллион. Если что, считай, нам крандец. Лучше сам себя порежь, чтобы сразу и быстро…
Иван боковым зрением пытался уловить реакцию собеседника. Николай безучастно смотрел вперед, глаза его ничего не выражали. Иван сдавленно улыбнулся. Непроницаемое лицо Николая осталось неподвижно. Тогда Иван повернул в его сторону голову и внимательно посмотрел на собеседника, чтобы убедиться, что тот все слышал.
Ни один мускул на лице Николая не дрогнул. Он холодно смотрел перед собой, отчего Ивану стало немного не по себе. Мысленно он даже усомнился в том, правильно ли он сделал, что позвал Васильева.
«Надо было перекантовать самому как-нибудь. Деньги, в конце концов, все решают. Надо было отказаться от гонорара, заплатить на таможне – и все. Целей был бы. За жизнь не пришлось бы опасаться. А теперь… Черт!..»
Иван и сам удивился своему внутреннему монологу и попытался прогнать мысли прочь, но на языке так и крутилось «жизнь, жизнь… отдать жизнь…».
Внезапный звук щелчка вернул Ивана на землю. Николай щелкал у него перед лицом пальцами, как бы заставляя его открыть глаза. И только тут Иван вспомнил, что гонорара все равно за эту машину не предвидится. Все деньги, которые у него были, он пустил на приобретение автомобиля и прочие связанные с этим расходы.
– Да ладно, кореш, не обижайся, – сказал он. – У меня все равно бабла не прибавится от этой тачки. Дело – труба с этой машиной. За долги отдаем… Но ты все равно там аккуратней с ней.
– А че так? – поинтересовался Николай.
– Да так… – коротко ответил Иван. – Слушай, тебе отъезжать уже надо. Давай… Все остальное, как договаривались. На таможне… Запомни, ты за Михайловского Витю. Там его все знают, но обратиться лучше… Ты помнишь, к кому. Да, сядешь в машину, достань оружие в барсетке. Короткоствол, но все равно… Спокойнее. На всякий, как говорится, пожарный.
Николай по-свойски пихнул Ивана в бок.
– Ладно, кончай базарить. Я все помню. Мне бабки когда заплатят, а? Сейчас или когда приеду? – спросил молодой человек.