Чтение онлайн

– Деньги в России, когда пригонишь машину. Сергей расплатится. Если в пути что-то не так, звони по номеру, который у тебя в сумке на газете записан. Телефон не пали, если что. Я улетаю самолетом и буду недоступен. Если что, говорить будешь с надежным человеком. Все говори. А мне через украинскую таможню нельзя. А то бы я сам…

– Ладно, Вань. Все понятно, – свернул дискуссию Васильев. – Скажи лучше, где пожрать по пути подешевле можно? А то у меня бабла-то с собой нет.

– Да около дороги везде недешево. Любой мотель… Особо не задерживайся, – крикнул Иван в спину Николаю, который уже собрался уходить. – Не забывай, времени у тебя в обрез, и, если вопросов нет, собирайся, и… в путь, – поспешая за товарищем, проговорил Иван.

Васильев так и сделал. Попрощавшись с итальянцами чуть ли не единственным запомнившимся ему со школьной скамьи английским словосочетанием «гуд бай», он сел в машину, разложил на специальном миниатюрном столике свои скромные пожитки и завел двигатель.

Иван стоял рядом с раскрытым окошком автомобиля и наблюдал. Когда все приготовления были завершены и Николай развернул машину, молодые люди встретились взглядами, и Иван вдруг почувствовал некоторое свое преимущество перед Васильевым. Несмотря на то что Коля сидел в шикарном авто, выглядел он несчастным. То ли от того, что его мучила зависть к солидным делам других людей, то ли по своему, известному только ему одному поводу.

Дорога, как полотно эскалатора, когда смотришь на него со стороны, стоя на недвижимой платформе, стремительно уходила под капот, крышка которого возвышалась далеко впереди. Машина снаружи действительно производила впечатление необъятного, мощного и вместе с тем элегантного творения автомобильной промышленности.

Васильев дважды останавливался около придорожных забегаловок, производя видом своего автомобиля фурор среди завсегдатаев подобных заведений, которые по большей части были дальнобойщиками. Пару раз Васильев даже сумел наступить на горло своей песне и не стал знакомиться с аппетитными девушками, которые в изобилии встречаются здесь.

Несмотря на все соблазны пути, автомобиль прибыл к российско-украинской границе в срок.

Перед пропускным пунктом выстроилась небольшая очередь, но Николай посчитал ниже своего достоинства ожидать в хвосте. Осмотревшись, он сел за руль и пошел в объезд скопившихся перед таможней автомобилей. Солидный внешний вид его машины давал ему известные преимущества. Он беспрепятственно достиг пропускного пункта.

Сложив в карманы все, что ему могло понадобиться в кулуарах таможенной службы, он вышел из машины и на глазах у многочисленных водителей гордо проследовал в здание таможни.

Отыскав нужного ему человека, Николай дождался, пока тот освободится, и предъявил документы. Таможенник безучастно изучил бумаги и посмотрел на парня.

– Ну и? Что я должен делать? – невозмутимо глядя прямо в глаза молодому человеку, спросил он.

– То есть как? – удивился Николай.

– А что, вы хотите, чтобы я пропустил эту машину? – В голосе таможенника звучало негодование. – Как вы себе это представляете с такими бумагами?

– Я за Виктора Михайловского, – вставил Николай, вспомнив напутствие товарища.

– Кого-кого? А что это за шишка такая? Кто такой?

– То есть как? – вновь повторил Васильев. Он почувствовал, что начинает понемногу заводиться. – Вы не знаете, кто такой Михайловский? Такого не может быть.

– Ну, вот что… Ты, видимо, забыл, где ты, парень. Тут я хозяин.

Васильев сглотнул скопившуюся во рту слюну.

– Ты машину видел? Документы видел? – раздуваясь от злости, не своим голосом прошипел он.

– Тихо! Молчать! – взревел таможенник, но Николай уже не слушал его.

– Ну, я тебе покажу, как ты не знаешь, гнида!..

В груди у Николая стала подниматься неконтролируемая волна гнева. Он сжал кулаки, и все, что беспорядочно роилось у него в голове и просилось на язык, в следующий момент непременно излилось бы у него в яростный поток словоизвержения, если бы Николай не вспомнил, что в кармане у него, рядом с правой рукой, лежит полученный от Ивана короткоствольный пистолет.

Он отступил на шаг в тот самый момент, когда рекомендованный и Сергеем, и чуть позже Иваном проверенный таможенник угрожающе двинулся в его сторону.

– Че ты сказал, щенок?! – гаркнул он во все горло, и его маленькие глазки при этом налились кровью.

Не помня себя от бешенства и досады на ситуацию в целом, Васильев выхватил из кармана пистолет и прицелился в голову таможенника.

– Стоять! – Эхо его окрика отразилось от стен.

Краем глаза Николай заметил, как на его действия среагировало еще двое мужчин, находившихся в это время в помещении. Вот только реакция у них была разной. Можно даже сказать, диаметрально противоположной. Располагавшийся справа от него грузный таможенник с густой кудрявой шевелюрой, увидев огнестрельное оружие, мгновенно ретировался за стол и там осел, прикрыв голову руками. Его коллега, мужчина преклонных лет с роскошными висячими усами, слегка подернутыми благородной сединой, напротив, решил проявить невиданное геройство. Воспользовавшись тем, что внимание Николая было направлено на вступившего с ним в словесный конфликт таможенника, усатый, как тигр, метнулся в его сторону. Расчет был простым и незатейливым. Сбить нахала с ног, подмять под себя, а затем уже спокойно отобрать у него оружие. На практике, как выяснилось, все оказалось гораздо сложнее, чем в теории. Действия Васильева были быстрее его собственной мысли. Заметив движение, он развернулся и выстрелил. Пуля со свистом рассекла воздух и ударила усатого в грудь. Героический поступок обернулся для последнего полным фиаско. Он словно наткнулся на незримую преграду, шумно выпустил воздух изо рта и рухнул на пол лицом вниз. Рука Николая дрогнула, когда он осознал происшедшее.

– Ты!.. Да как же?… – Проверенный человек Сергея нервно сглотнул.

Спесь мигом слетела с него, но он все еще по инерции сделал пару шагов вперед. Николай снова направил на него ствол. В глазах у парня помутилось, к горлу подкатывал предательский тошнотворный ком, но он нашел в себе силы крикнуть еще раз:

– Я сказал, стоять!

Таможенник остановился. Взвыла сирена сработавшей сигнализации. Кто ее включил, Васильева не интересовало. Но он отлично знал, какими последствиями может обернуться для него то, что он только что сделал. Дернувшись вперед, он резко ударил таможенника рукояткой пистолета в скулу, а свободной рукой выдернул у него из пальцев документы на «Кадиллак». После этого он, уже не оглядываясь, бросился прочь из комнаты. Не более десяти секунд понадобилось на то, чтобы пересечь Т-образный коридор, еще пара секунд на то, чтобы вырваться на улицу, где все еще оглушенный сиреной Николай рванул на себя дверцу шикарного автомобиля, за рулем которого каких-то пять минут назад он чувствовал себя уверенно и вольготно. Взревел двигатель, и Николай бросил «Кадиллак» вперед. Слетел сбитый на скорости шлагбаум, передний бампер царапнул по корпусу неспешно идущей впереди машины. Вслед Николаю полетели отборные ругательства, но уже буквально через секунду их перекрыл звук автоматной очереди. Васильев инстинктивно пригнул голову. Лопнуло заднее стекло. Коротко глянув в зеркало заднего вида и заметив, как из здания украинской таможни на дорогу высыпало человек шесть в камуфляже, Николай перевел взгляд вперед. Там его ожидало новое испытание. Российская таможня, где, естественно, не могло остаться без внимания то, что произошло у «соседей». Николай надеялся, что успеет, но этого не произошло. Российские пограничники сработали оперативно. Бойцы в шлемах и пуленепробиваемых жилетах возникли по левую и правую сторону от основной дороги так неожиданно, словно материализовались из воздуха. Не было никаких окриков, не было никаких предупредительных выстрелов в воздух. По «Кадиллаку» немедленно был открыт огонь на поражение.

– Вот дерьмо! – слетело с уст Николая.

Он резко бросил руль вправо, почти физически ощущая, как пули, посыпавшиеся на корпус автомобиля, превращают его хромированную блестящую поверхность в решето. «Кадиллак» лихо подбросило на придорожной канаве, но Васильев, будучи неплохим гонщиком, смог удержать управление. Машина рванула к лесу. Николай вновь покосился в зеркало заднего вида. Через канаву вслед за ним сигануло два мощных джипа с блестящими радиаторными решетками.

– Да хрен вам, уроды, – процедил Васильев, до отказа утопив педаль акселератора в пол. – С такой тачкой потягаться будет ой как не просто. – И он нервно засмеялся при этом.

Прыгая на ухабах, «Кадиллак» устремился по бездорожью в отрыв. Джипы заметно отстали, но погоню не прекращали. Вновь за спиной застрекотали автоматные очереди, но на этот раз Николай с удовлетворением отметил, что пули неприятеля не достигают цели. Бросив бесполезный пистолет на соседнее сиденье и не снижая скорости автомобиля, перегонщик сорвал с пояса мобильник и, не глядя, набрал на панели номер телефона Сергея. Ответа не последовало. Николай снова выругался, сделал сброс и набрал новый номер. На этот раз Ивана. Тоже тишина. Николай бросил мобильник и до боли сдавил пальцами баранку. «Кадиллак» швыряло из стороны в сторону, но водитель уверенно гнал его вперед. В зеркало заднего вида смотреть уже не имело никакого смысла. Характерный гул заставил Васильева повернуть голову вправо и посмотреть вверх. Вертолет! С этим уже ни одна тачка в мире не потягается…