Чтение онлайн

Как читатель помнит, в девушке, убитой возле парадной двери здания, опознали Сюзен Брайджерс.

Второй неизвестный, открывший в вестибюле огонь по полиции из охотничьего ружья, оказался временно остановившимся в «Блю дрим» клерком из центрального банка Сакраменто — неким Джонатаном Цеззи.

Агрессивность обоих — Брайджерса и Цеззи — до сих пор оставалась тайной.

Составить сценарий происшедшего не смог ни один из профессионалов-криминалистов, дело сразу предвещало затянуться.

В два часа дня сразу два сообщения с бортов вертолетов, прочесывавших окрестности, окончательно вывели из равновесия криминальную верхушку: на повороте на ранчо Маунтен (принадлежащее чете Брайджерсов) найден сорвавшийся в пропасть спортивный «форд» старого образца с изуродованным (от падения) и обгоревшим (от взрыва) владельцем — Майклом Доджем, сотрудником медицинского института Сан-Франциско.

Другой бортпилот спешил сообщить о некой вилле, в которой он наткнулся на три трупа. Их имена также упоминались в прессе: Сидней Коллинз найден в библиотеке связанным по рукам и ногам; разрыв сердца; владелец виллы. Ричард Гард — огнестрельные раны в области живота, автоматический выстрел в упор, очень похоже на самоубийство; близкий друг Сиднея Коллинза. Стив Роу — множество огнестрельных ран в грудной клетке, глубокий шрам на шее в области сонной артерии; близкий друг Сиднея Коллинза. Все трое — студенты колледжа Мэри-Локхнетт.

Все, что смогли доказать эксперты Сентджема, так это только таинственную нить, связывающую все три происшествия.

Насколько вы помните, загадки на этом не кончились: шестьдесят процентов персонала экспертной комиссии на утро следующего дня расквартировалось по больницам Сан-Франциско и Лос-Анджелеса с сильным психическим расстройством центральной нервной системы. В чем заключались эти расстройства, не узнали самые расторопные пресс-мены и тележурналисты — родственники внезапно заболевших, как правило, высокопоставленные особы, оставили все это в тайне, дабы не компрометировать солидных деловых людей.

Кроме того, репортаж бортпилота Мака Голсуорта из одинокой виллы оказался по непостижимым причинам последним репортажем в ere жизни. Останки «стрекозы № 6» были обнаружены в пятидесяти километрах от Сакраменто. Падение в пропасть вертолета — еще одна тайна, взбудоражившая многие умы криминального мира.

Прошло семь месяцев с тех пор, когда каждая газета Соединенных Штатов каждую неделю со своих страниц выдвигала все новые и новые гипотезы, посвященные загадке века. Время делало свое дело, страсти утихали на глазах, предоставив все тайны перу писателей-фантасмагористов.

И вот сегодня 16 апреля 1994 года. Я предлагаю вашему вниманию рассказ профессора химии Уолта Мак Тенори, который является зачинщиком «процесса уходящего века», как, вероятно, назовут вскоре процесс все средства массовой информации.

— Я состоял в экспертной комиссии, проводившей тщательную экспертизу по наведшему на всех ужас делу, всего лишь частным консультантом. Обследуя сорвавшийся в пропасть «форд», я, в отличие от других ученых, обратил внимание на останки багажа владельца с находящейся в них канистрой (по внешнему виду — под бензин). Вскоре я убедился, что канистра оборудована для хранения отнюдь не жидкостей, а… газов!

Заинтересовавшись этой подробностью, я взял канистру для дальнейших исследований в свою лабораторию.

Провозившись с ней довольно длинный промежуток времени, я сумел вывести формулу газа, находившегося сосуде в момент аварии. Работа была адская, потому что самого газа как такового в канистре не было, гипотеза основывалась на ингредиентах вещества стенок сосуда. Таким образом прошло три месяца, прежде чем я сдвинулся с места…

Постоянное напоминание инспектора Гарри Бэрроу о том, что все три дела: «Блю дрим», Майкла Доджа и одинокой виллы — повязаны одной логической цепочкой, заста вили меня сделать подобные экспертизы в отеле и на вилле. В обоих случаях обнаружилось присутствие неизвестного науке газа, и я понял, что на верном пути.

Далее должно быть понятно, что я захотел получить газ лабораторным путем. Я его получил — бесцветный, без какого-либо запаха, немного тяжелее воздуха. Еще месяц ушел на изучение его свойств — результаты были сногсшибательными. Не в силах остановиться, я предпринял частное расследование. Попытаюсь расставить все точки над «и».

28 августа прошлого года в кабинет президента синдиката «Офул миднайт» Билла Сеттера вошел без приглашения известный всем нам Майкл Додж. Я думаю, не стоит представлять «Офул миднайт», специализирующийся на издании романов ужасов, имеющий филиалы в Голливуде и в Силиконовой долине, занимающий главенствующее место в мире по выпуску сувениров-кошмаров и прочей загробной атрибутики.

Майкл предложил президенту интереснейший по содержанию и оригинальности контракт, исходя из которого, при доминирующем участии Доджа в прибыли, «Офул миднайт» в самом ближайшем будущем сократит денежные ассигнования на рекламу, а в перспективе вообще откажется от них за полной ненужностью.

Я не знаю условии их беседы. Весьма возможно, что рационализатор взял расписку с Билла Сеттера о полном ее инкогнито. Нахождение этого документа разрешило бы последние сомнения, и известные только мне лица Сентджема уже работают в этом направлении.

Суть предлагаемого контракта заключалась в следующем: Майкл Додж, немолодой уже ученый, работающий в медицинском институте Сан-Франциско над обезболивающими препаратами, совершенно случайно, лабораторным путем, получил газообразное наркотическое вещество. Соблюдая необходимую предосторожность, не забывая и о профессиональной тайне, Майкл, так же как впоследствии и я, открыл поразительные способности наркотика действовать на психику человека, вызывая у него безотчетный страх и кошмарные галлюцинации. Это состояние, по теоретическим разработкам алхимика, должно было переходить у человека, получившего определенную дозу наркотика, в своеобразный экстаз ужаса, а впоследствии, с наступлением так называемого «синдрома похмелья», в острую потребность «похмелиться» — либо получить еще одну дозу, либо хоть как-то компенсировать отсутствие блаженства ужаса: почитать роман ужасов, посмотреть триллер и т. д. и т. п.

Я уже упоминал, что газ бесцветен, не имеет запаха и лишь немного, но все же тяжелее воздуха, что привело Доджа к мысли делать на нем большие деньги.

Не утруждая себя провести пробный эксперимент, новоявленный бизнесмен, опираясь только на свои теоретические разработки и силу своего гения, обратился по адресу «Офул миднайт».

Несложно догадаться, каким бы образом синдикат мог при помощи наркотика наращивать мощности выпуска своей продукции. Я допускаю такой вариант: «Офул миднайт» через фирму-посредника совершенно инкогнито открывает фирму по выпуску обыкновенных одноразовых газовых зажигалок, но с нажатием на клапан которых вместе с обычным газом из тщательно замаскированного резервуара под напором выходил бы и наркотик. Таким образом, всем курильщикам Америки грозила опасность стать (внимание, ввожу сверхновый термин) ТЕРРИБЛМЕНАМИ, людьми, сознание которых помешалось бы на ужасах. Вывод один: «Офул миднайт» в рекламе бы не нуждался: терриблмены, не зная, каким образом снова вызвать экстаз ужаса, раскупили бы все издания в черных обложках с черепами, все компакт-диски с фильмами ужасов, захотели бы и дома создать подобающую загробную обстановку, раскупив картины, сувениры, скульптуры, изображающие демонов, вампиров, оборотней и прочую чертовщину, выпускаемую все той, же «Офул миднайт». Естественно, Майкл Додж снимал бы весьма жирные пенки с навара синдиката. Недорогостоящее производство газа позволяло сразу же приступить к делу.

28 августа прошлого года Майкл Додж стал нелегальным сотрудником «Офул миднайт».

В то время, когда Билл Сеттер лихорадочно искал брокера, отвечающего всем требованиям контракта, Майкл готовился к обширным испытаниям, которые бы дали объективные показатели. Его план состоял из двух пунктов: исследование воздействия наркотика на группу людей и на одиночку. Вскоре в его поле деятельности обрисовался и необходимый для этого «испытательный полигон»: затерянный в скалах отель «Блю дрим» и вилла, расположенная неподалеку от Блэквуда, в которой, по данным Доджа, отдыхает один человек. 15 сентября Майкл Додж выпускает газ в кафе отеля «Блю дрим» и в столовом зале виллы (каким образом ему удалось сделать второе, можно только догадываться).