Чтение онлайн

В третьем рейсе на его напарника напал болотный рогач. Антон выхватил нож, замер в замешательстве и, видя, что напарник хрипит и задыхается, пытаясь отодрать колючие щупальцы с длинными пальцами, полоснул рогача по страшной оскаленной морде, по злым глазам. И сразу же стал другим Антоном, не тем, что был раньше. Что-то потерял в себе, и потерял навсегда…

Раманостр покачал головой, устало вытер рукой лицо и поднялся.

— Ладно, — сказал он. — Давай-ка их посмотрим, а то пурга скоро.

Из всех киберов наиболее работоспособными оказались только двое. По крайней мере они реагировали на устные команды. Антон велел им отвезти остальных в ангар и, наблюдая, как эти двое старательно подталкивают своих собратьев и загоняют в корабль, сказал:

— Знаешь, Рам, я наверное еще раз здесь побываю…

— Не загадывай! — отрезал Раманостр. Неизвестно еще, что завтра будет. Да и сегодня тоже…

Он не договорил и вошел в отверстие люка. В его словах было что-то пророческое.

Все сидели в кают-компании и пили чай. Озябший Раманостр грел руки, обхватив пальцами чашку, осторожно отхлебывал дымящийся чай, вкусно пахнущий смородиной, сыто отдувался и добрел, словно оттаивал. Сергей и Нортон что-то оживленно обсуждали, причем больше и громче говорил Сергей, спорил, приводил выдержки из научных статей и отчаянно жестикулировал. На столе стоял прямой и круглый чайник, однообразно серый и очень унылый, раскрытая посуда с вареньем и корзинка с печеньем.

— О чем диспут? — спросил, подходя, Антон.

— Ты послушай, Антон, очень интересно, — сказал Нортон и взял печенье.

— Мы тут обсуждаем феномен «дрейфующих островов», — произнес Сергей с набитым ртом и отпил из чашки.

— Что? — не понял Антон. Сергей прожевал и повторил:

— Я говорю: мы обсуждаем феномен «дрейфующих островов». Ну разве не помнишь?

Антон помнил. Это было в то время, когда Антон учился на первом курсе Школы Пилотирования. На маленькой планете земного типа Александре какой-то геофизик нашел острова с весьма необычными свойствами. Они состояли из очень толстых пластов земли, густо заросших растительностью, которые соединялись под водой корнями непомерной длины и медленно дрейфовали вокруг давно потухшего вулкана. Было совершенно непонятно, как они образовались, для чего ходили вокруг вулкана, и на некоторое время стали загадкой номер один. На Ученом совете разгорались жаркие споры, выступавшие размахивали руками и кричали до хрипоты, потрясая школьными учебниками геофизики, их никто не слушал, но все были довольны. В одно время среди выпускников Школы были очень распространены контрольные доклады на тему «Расчет коэффициента давления и поворота фотонных ускорителей при посадке рабочего звездолета класса ВС на Большой остров архипелага Стальная Цепь планеты Александры».

Все это было хорошо, но результаты вычислений не помогали пилотам точно в указанном месте посадить корабль. Во-первых, Стальная цепь дрейфовала и постоянно качалась, а во-вторых, посадочные штанги проваливались в почву, как в мякоть, и застревали. Один звездолет, на радиоуправлении, без людей, утонул сразу же. Другой, с геофизиками, зацепился за корни и тоже утонул. Геофизики остались целы. Скоро про феномен «дрейфующих островов» забыли и отдали его на съедение туристам (почва, как известно, не выдерживала больших кораблей, но к людям была равнодушна).

— Ну и к какому выводу вы пришли? — спросил Антон.

— Я уверен, тут не без местных аборигенов, — веско сказал Сергей. — Смешали грунт с резиновой пластмассой, добавили немножечко органики, клетчатки, водяные шарики, электроника конечно, и — пожалуйста! Ученые потолкались и отстали, затем туристы. А с туристов — гигантская прибыль!

— А ты, Нортон?

— Я не знаю, честно говоря, — ответил Нортон. — На аборигенов это похоже, они — народ немного жуликоватый. Но точно сказать не могу.

— А я могу, — решительно заявил Антон и поставил чашку на стол. — Могу сказать точно, что это не аборигены. Несколько лет назад они не знали даже, что такое радио…

— Ну, милый мой! — протянул Сергей. — Это еще ничего не доказывает.

— Погоди. А насчет пришельцев?

— Нет. Ну какой им смысл начинать с нами нормальные гуманоидные отношения с этих островов?

— А может, у них другая логика?

— Нет. — Сергею было жалко бросать свою теорию, и он заупрямился.

— Хватит вам спорить, — сказал Раманостр. — Посмотрели бы лучше, что снаружи.

— Посмотри, — предложил Сергей, кокетничая. Раманостр пожал плечами и включил стереовизор. Экран ощерился острым бледным светом, и по нему забегали косматые волосатые тени. Угадывалось облако, оно клокотало, бурлило и швыряло на объектив комья снега, отчего на экране лепились и срывались белые пятна. Чуть-чуть были видны поднятые гелиопанели, круглые и вогнутые, и тускло блестели.

Потом резко все исчезло. Стереовизор выключился, погас свет, наступила темнота.

Рядом с Антоном завозился Сергей и спросил:

— Напряжение упало?

— Да нет, это не напряжение, — задумчиво произнес Нортон.

— Что тогда? Магнитная буря?

— Абсолютно невозможно, — сказал Антон. — Противолучевые экраны в стенках корабля…

Лампы вспыхнули и засветились, включился стереовизор.

— Ну! — Раманостр отчаянно зажмурил глаза.

Антон увидел на экране полосы, которые раздражающе трещали, дергались и портили изображение.

— Черт знает что такое, — неожиданно сказал он и опрометью бросился вон из кают-компании.

Остальные побежали за ним. Раманостр торопился позади всех и смотрел под ноги одним глазом, другой закрывал рукой — он немного страдал фотофобией.

Они, подталкивая друг друга, выбежали из люка. Погода встретила их злобно и агрессивно. Она с размаху хлестнула всех тяжелой снежной складкой невиданной хламиды-пурги, а потом завыла долго и надсадно. Впереди, сквозь облако, угадывалось розовое пятно. Антон побежал от пурги к пятну, он запинался, ему было страшно. Казалось, чьи-то руки хватают его за ботинки и тянут вниз, на дно снежного моря. Снег вдруг сделался вязким, трудно проходимым, как будто под покровом была не земля, а медовая жидкость, тягучая и непроницаемая, как протоплазма. Антон закричал, но его никто не услышал. На миг показалось, что исчезло все: друзья, корабль, небо, остался он один, насмерть бьющийся с хлестким ветром. Но потом ощущение пропало и он посмотрел наверх.

Там, на двадцатиметровой высоте (или около этого) висел большой клубок ярко-алого света, потрескивал электроразрядами. Поверхность его заметно пульсировала, меняя цвет с красного на розовый, и была покрыта множеством искроподобных зигзагов красного оттенка, которые со сверхъестественной скоростью бились друг о друга, извивались, исчезали и появлялись вновь, бегали по огнедышащей поверхности. Клубок напоминал неимоверно раздувшуюся актинию с быстрыми и тонкими щупальцами, он вздрагивал, и был очень похож на шаровую молнию.