Чтение онлайн

Она опешила и только сейчас поняла, что действительно блуждала по гостиной в поисках оружия. Никто на неё не бросался. Никто на неё не смотрел. Это придало ей уверенности, и Ынбeль, зацепившись за вазу и затолкав в неё пижаму, рывком кинулась обратно.

Перси сказал: «Второй этаж, предпоследняя дверь. Успей до темноты». Недобро усмехнулся и ушёл. Знал, точно знал, что Эр-Джей вспыхнет и не примет её. Толком не поведал о нраве и взрывном характере соседа. Сейчас Ынбeль понимала, что ответом была эта самая усмешка. Понимала и лопалась от гнева.

За что он с ней так?

Вооружeнная вазой, как щитом, Ынбeль не слишком гордо тряслась от страха, но уверенно настигала цель. Она побежала по тому же пути, и ей отчётливо показалось, что коридор поменялся.

Но дверь она нашла.

Распахнула и настойчиво рявкнула:

– Я не уйду.

Эр-Джей вяло свесился с кровати. Сразу же напрягся, приметив вазу и разодранную лодыжку, беззащитно крикнул:

– Не надо!

Его кровать была чуднoй конструкцией, стоящей в углу: чудовище из семи матрасов, деревянных подставок и покрывал, которое доставало практически до потолка. Из матрасных слоёв тянулись колокольчики, а изголовье, прикрученное к стене, изображало лисицу.

– Я с первого раза попадаю ниткой в иголку, – Ынбeль замахнулась и прицелилась в кудрявую мишень. – И шприцом в висок. Не бойся, не промахнусь – смерть будет быстрой.

Пускай Перси ей помощником не стал, но Верховный обещал, что обижать её не будут. А если будут – велел разбираться самой.

Этим Ынбёль и занималась, а тот, кто решит ей помешать, отхватит следующим горшком.

Эр-Джей шутку не оценил. Он неотрывно смотрел на вазу, не пытаясь её вырвать и разбить. Ынбeль приняла это за перемирие. Она медленно поставила оружие посередине комнаты и принялась ходить кругами, расталкивая кучки одежды и огибая пирамиду пластиковых тарелок. Пробиралась сквозь светильники на батарейках, лава-лампы, светящиеся звёзды, что свисали с верёвок и чуть-чуть золотили пол. Искала свой уголок.

Внезапно – не нашла.

– Где кровать?

– Перси сжёг. Все мы чувствовали, что она была проклятой. Мешала магическому фону дома…

– Одеяло мне, – приказала Ынбeль, не дослушивая. – Три одеяла. И четыре подушки.

– Где я их найду? – скривился Эр-Джей.

– А я где их найду? Ты здесь дольше живёшь, – возмутилась Ынбeль, которая уже не могла остановить себя от ядовитого бормотания. – Но если тебе вдруг проще отыскать кровать, то я буду только рада.

И пускай снаружи она была все также сурова, внутри она успокоилась. Эр-Джей сдался. Она победила! Она никогда прежде ни с кем не ругалась, а тут даже победила!

– Ты мне уже очень не нравишься, – фыркнул Эр-Джей, а Ынбёль, как ни странно, даже порадовалась. Парень покосился на шкаф и цокнул: – Там всё лежит. Сама бери, если подушки и наволочки ещё не сгнили. Я туда особо не заглядываю.

Он растeкся по изголовью кровати и кровожадно добавил:

– Внутри может кто-нибудь спать.

После гостиной Ынбёль так легко было не напугать.

– Твоя крыса? – буркнула Ынбeль, опасливо приоткрывая дверцу. – Ого. Пахнет травами.

– Что? – Эр-Джей аж подскочил от удивления. Рывком бросился к шкафу, отодвинув повеселевшую Ынбeль, и недовольство уставился на стопку чистых подушек, одеял и простыней на любой вкус. Сверху лежала пачка прищепок, заколок и лент. – Предатели. И куда они дели дикобраза?

– Дикобраза? – то ли с ужасом, то ли с восторгом переспросила Ынбeль. – Ты хотел, чтобы на меня выпрыгнул дикобраз?

– Чему улыбаешься? – сердито запылал Эр-Джей. – Я его еле затащил.

Внутренности шкафа были расцарапаны и словно немного кровили. Наверху сидели пауки, брюшки и лапы которых слегка поблeскивали. Они послушно разбежались, когда Ынбeль на них подула.

– Вот поэтому я и не держу ничего в шкафу, – брезгливо сказал Эр-Джей, вещи которого скомканными могилками валялись по всей комнате. – Джебедайя чуть с ума не сошёл, когда я притащил распылитель и решил потравить этих тварей.

Ынбeль слушала в пол уха, вытаскивая мягкие детали своего будущего логова. Запах разносился чудесный. Благородный, травяной. К ногам неожиданно вылетел конверт. Ынбeль увидела, как блеснули глаза Эр-Джея, но успела схватить его раньше и, победно хихикая и отбегая назад, развернула. Зачитала послание: «Выбила у Эша предсказание, потому что знаю натуру Эр-Джея, и украла у Джеба его любимые растения. Ты любишь шалаши, я знаю. И Эш знает. И Перси. И вообще весь дом, я каждому разболтала. Спокойной ночи!» Внутри конверта лежал лазурный леденец на палочке.

– Лекси постаралась, – сердито выдохнул Эр-Джей. – Всегда она так. Бесит.

– Выйди, – попросила Ынбeль, благодарно прижимая конверт к груди, – мне нужно переодеться.

– Мне теперь каждый раз нужно будет выходить? – огрызнулся он.

– Да.

– А если ты закроешься? – упорно допытывался Эр-Джей.

– Ты что-нибудь придумаешь.

– У нас не запираются.

– Учту.

– Ночью я тебя задушу, если ты так сделаешь.

– По рукам, – Ынбeль помахала ему и захлопнула дверь. Подумав, запираться всё же не стала, но решила встать поближе к двери. Вытащила пижаму из вазы и придирчиво её осмотрела: ни кнопок, ни лезвий, ни лягушек. – Славно.

Она быстро влезла в хлопковую ткань, отряхнулась, открыла дверь (хмурый Эр-Джей тёмной тучей забрался на свою кровать) и снова полезла в шкаф. Присела, стала перебирать всё, что хранилось внутри. Нашла раздавленный бумажный самолётик, три кольца, верёвки, зубчик от расчeски, ловец снов, большие наушники и плеер. Восхищeнно подняла последнюю находку высоко над головой и очарованно протянула:

– Он ничейный?

– Впервые его вижу. Ты чего, – озадаченно отозвался Эр-Джей, наблюдавший за Ынбeль, как за зверьком, – плеер никогда в руках не держала?

Ынбeль не ответила. С радостью надела большие наушники, как помутневшую корону, села на нижнюю полку шкафа, прижалась к стенке и стала нажимать на кнопки, переключая музыку. Эр-Джей видел в ней умалишённую. Особенно когда она, тихо всхлипнув, покраснела. Вот-вот заплачет.

– Ну и соседка мне досталась, – услышала Ынбeль сквозь наушники. – Эй! Ты! Шалаш лучше делать около окна. Карниз крепкий, к нему и привязывай всё. Чего пялишься? Слушай человека, у которого было детство. Только делай так, чтобы ничего не свалилось, а то твой шалаш пол проломит. И не мешай мне спать.

Ынбeль отсалютовала и, смаргивая слёзы, принялась за дело. Лекси перестаралась с подарками: в наволочках были другие, слегка мокрые наволочки, а из позабытых в пододеяльниках носков можно было сплести гирлянду. Ынбeль не меньше часа выбирала заколки, ленты и прищепки из горы украшений. Затем тщательно сравнивала верёвки и взвешивала цвета. Остановилась на оранжевом, красном и жёлтом. Одеяла пришлось подвязывать ещё и резинками, тайком вытащенными из спортивных штанов Эр-Джея. Ынбeль увлечённо копалась в шкатулке с талисманами, когда старенький плеер разрядился.