Чтение онлайн

(1) Гиерак происходил из земли мариандинов [15] и был человеком справедливым и знаменитым. Он учредил множество святилищ Деметры и получал от нее обильные плоды. (2) Когда же тевкры [16] в назначенное время не принесли жертв Посидону, но по недосмотру их пропустили, Посидон, разгневавшись, погубил плоды их земли и наслал на них из моря страшное чудовище. [17] (3) Не будучи в силах противостоять чудовищу и выносить голод, тевкры отправили послов к Гиераку и просили отвратить от них голод, и он послал им <ячмень>, пшеницу и другое пропитание. (4) А Посидон, разгневавшись, что Гиерак лишил его божественных почестей, превратил его в птицу, которая еще и теперь называется гиерак (ястреб). Заставив его исчезнуть <из числа людей>, он изменил и его нрав: бог сделал так, что тот, кого люди <ранее> возлюбили, того <теперь> птицы возненавидели, и тот, который помешал многим людям умереть, <теперь> убивает множество птиц.

(1) Крагалей, сын Дриопа, жил в земле Дриопиде у «Геракловых вод», [20] которые, как рассказывают, Геракл заставил течь, ударив палицей по поверхности горы. (2) Этот Крагалей был уже старым и считался у местных жителей справедливым и рассудительным. Когда он пас коров, к нему явились Аполлон, Артемида и Геракл, чтобы он рассудил их [21] в споре за Амбракию, находящуюся в Эпире. (3) Аполлон говорил, что именно ему принадлежит этот город, так как его сыном был Меланей, [22] воцарившийся над дриопами, взявший войной весь Эпир и родивший детей Еврита и Амбракию, по имени которой город зовется Амбракией. И сам он оказал этому городу огромные услуги. (4) А именно Сисифиды, [23] пришедшие по его приказу, помогли амбракиотам выиграть войну, разгоревшуюся с эпиротами, а Горг, [24] брат Кипсела, подчиняясь его прорицаниям, вывел в Амбракию переселенцев [25] из Коринфа; <также> согласно его пророчеству, амбракиоты восстали против Фалека, тиранически правившего городом, и как раз в это время Фалек погубил многих из своего окружения; вообще же это он (Аполлон) прекратил в городе частые гражданские войны, вражду и мятежи, а вместо них установил благозаконие, порядок и справедливость, почему еще и теперь у амбракиотов во время праздников и на пирах прославляют Пифийца-Спасителя. (5) В свою очередь, Артемида была готова отказаться от вражды с Аполлоном, хотя считала справедливым с его согласия владеть Амбракией. Она выставляла следующую причину, чтобы владеть этим городом. Когда Фалек был в нем тираном и никто не смел от страха убить его, она на охоте показала Фалеку львенка; когда тот взял его в руки, из леса выскочила львица, набросилась на Фалека и растерзала ему грудь; амбракиоты же, избавившись от рабства, стали почитать Артемиду как свою Предводительницу [26] и, воздвигнув ей статую в виде Охотницы, поставили рядом с ней медную фигуру зверя. (6) Со своей стороны, Геракл заявлял, что Амбракия и весь Эпир — его собственность, так как им были побеждены кельты, хаоны и феспроты [27] и вообще все эпироты, которые, собравшись все вместе, пошли на него войной, замыслив отобрать у него коров Гериона. [28] Со временем же из Коринфа пришел в качестве переселенцев и остальной люд и, вытеснив ранее прибывших, основал Амбракию. (7) Коринфяне же все происходят от Геракла. [29] Выслушав это, Крагалей признал, что город принадлежит Гераклу. Тогда Аполлон в гневе прикоснулся к нему рукой и превратил Крагалея в камень там, где он стоял. Что касается амбракиотов, то они приносят жертвы Аполлону-Спасителю, но город считают собственностью Геракла и его детей, а Крагалею после праздника Геракла до сих пор приносят погребальные жертвы.

(1) У Анфея, сына Номиона, родился сын Эгипий. Жил он у самой границы Фессалии, и боги возлюбили его за благочестие, а люди — за благородство и справедливость. (2) Увидев Тимандеру, Эгипий в нее влюбился; узнав же, что она вдова и соблазнив ее дарами, стал приходить к ней в дом и совокупляться с ней. Сын Тимандры Неофрон (а он был ровесником Эгипию) тяжело это переживал и замыслил против него хитрость. (3) Дав большие дары [31] и убедив Булиду, мать Эгипия, он ввел ее в свой дом и стал спать с нею. Узнав же заранее время, когда Эгипий обычно являлся к Тимандре, Неофрон под каким-то предлогом удалил из дома свою мать, а вместо нее привел в дом мать Эгипия, чтобы-де вернуться к ней, и <таким образом> обманул обоих. (4) А Эгипий, не подозревая ничего из того, что подстроил против него Неофрон, совокупился с собственной матерью, считая ее Тимандрой. Когда же им овладел сон, Булида узнала собственного сына и, схватив мечь, хотела лишить его зрения, себя же убить. Однако по воле Аполлона Эгипий пробудился и узнав, что за преступление подстроил ему Неофрон, воззрев на небо, взмолился, [32] чтобы все <участники этого нечестия> исчезли вместе с ним. (5) Зевс превратил их в птиц, и Эгипий вместе с Неофроном стали стервятниками; называют их одинаково, но они различаются по цвету оперения и величине: Неофрон стал меньшим. Булида же превратилась в поингу, [33] и Зевс не дал ей в пищу чего-либо растущего на земле, но <предоставил выедать> глаза у рыб, или птиц, или змей, за то что она хотела лишить зрения своего сына Эгипия. Тимандру он превратил в синицу; и до сих пор эти птицы никогда не появляются вместе.

(1) Перифант был в Аттике автохтоном еще до того, как появился сын земли Кекроп. [35] Он царствовал над древними людьми, был справедливым, богатым и благочестивым, соорудил многочисленные святилища Аполлону, разбирал многочисленные тяжбы, и ни один человек его не бранил, (2) но он предводительствовал всеми по их доброй воле, и за его превосходство во <всех> делах люди перенесли <на него> почести, положенные Зевсу, и посчитали, что они принадлежат Перифанту, построили его святилища и храмы и прозвали его Зевсом-Спасителем, Всевидящим и Милостивым. (3) И Зевс в негодовании хотел весь его дом испепелить молнией, но Аполлон упросил не губить совсем Перифанта, так как тот очень усердно его почитал. Зевс уступил в этом Аполлону и, явившись в дом Перифанта и застав его с женой, схватил их и превратил Перифанта в орла. Когда же его жена стала просить, чтобы Зевс и ее превратил в птицу, родственную Перифанту, он обратил ее в орлана. (4) И он дарует Перифанту почести взамен его благочестия в отношении людей, ибо он делает его царем над всеми птицами и дает ему сторожить <свой> священный скипетр [36] и восседать рядом с его троном. Жене же Перифанта, которую Зевс превратил в орлана, предоставляет являться людям в качестве доброй приметы во всех их делах.

(1) У Автоноя, сына Меланея, и Гипподамии, [37] родились сыновья Эродий, Анф, Схеней, Аканф и дочь Акинфида, [38] которой боги даровали прекрасную внешность. (2) Были же у Автоноя многочисленные табуны лошадей, и пасли их Гипподамия, его жена, и их сыновья. (3) Так как Автоною его обширнейшие владения не приносили никаких плодов из-за пренебрежения <сельскими> трудами, а родила ему земля камыш (схен) и чертополох (аканф), то по ним он и назвал детей Аканфом, Схенеем и Аканфидой, а старшего — Эродием, ибо земля его…. [39] (4) Этот Эродий особенно возлюбил конские табуны и кормил их на лугу. Когда же Анф выгнал лошадей с луга, они, вынужденные искать пищу, понеслись и, напав на Анфа, стали пожирать его, [40] громко взывавшего к богам о защите. (5) Отец, пораженный страхом, промедлил отогнать лошадей, как и слуга сына, мать же пыталась бороться с лошадьми, но по своей телесной слабости не смогла ничего сделать, чтобы отвратить гибель <сына>. (6) И так они оплакивали умершего сына, что Зевс и Аполлон, сжалившись, превратили их всех в птиц: Автоноя — в выпь, так как он, будучи отцом Анфа, промедлил отогнать кобылиц, мать — в хохлатого жаворонка, так как она выпрямилась, [41] сражаясь с лошадьми за сына. (7) Самого же Анфа, и Эродия, и Схенея, и Аканфа, и Аканфиду, ставших птицами, велели называть тем же именем, каким <их называли> и раньше, до превращения; слугу Анфа они сделали цаплей, так же, как брата юноши, но не вполне похожей, ибо это — белая цапля, [42] размером значительно меньше черной и никогда не соединяется с анфом, подобно тому, как анф избегает лошади, так как от лошадей он претерпел величайшие бедствия. (8) И еще теперь, когда анф слышит ржание коня, он убегает, подражая вместе с тем его голосу. [43]

(1) У подножия Парнаса, вблизи Крисы, в направлении на юг лежит гора под названием Корфида, и в ней и до сих пор находится громадная пещера, в которой жило чудовище огромной величины, которое одни называли Ламией, а другие — Сибаридой. (2) Это чудовище каждый день совершало вылазки и похищало с полей людей [44] и домашний скот. И уже дельфийцы собирались запросить оракул о выселении и получить пророчество, в какую землю им следует направиться, как бог указал им на способ избавиться от несчастья: если они желают остаться <на своем месте>, пусть они выставят у входа в пещеру юношу из числа граждан. (3) И они собрались сделать так, как сказал бог. Жребий вынул Алкионей, сын Диома и Меганиры, единственный у своего отца, отличавшийся как красивой внешностью, так и <прекрасным> душевным складом. (4) И вот жрецы, увенчав Алкионея, [45] отвели его к пещере Сибариды; <в это время> Еврибат, сын Евфема из рода Аксия, молодой и знатный человек, выйдя по воле бога из земли куретов, [46] случайно повстречал ведомого <на погибель> юношу. (5) Сраженный страстью и спросив <дельфийцев>, по какой причине они шествуют, он счел, что будет чудовищным, если он не отобьет юношу силой, а позволит ему погибнуть жалкой смертью. (6) Итак, сорвав с Алкионея венки и возложив их себе на голову, велел вести себя вместо юноши. Но когда жрецы отвели его в пещеру, он вбежал туда, схватил Сибариду с ее ложа, вынес наружу и сбросил со скалы. (7) Когда он нес Сибариду, она ударилась головой о выступ Крисы, получила рану и сделалась невидимой, а из этой скалы забил источник, который местные жители называют Сибаридой. По его имени локрийцы назвали город, основанный ими в Италии, Сибарисом. [47]

(1) Зевс, совокупившись в Пиерии с Мнемосиной, породил Муз. В это время в Эмафии царствовал автохтон Пиер, и было у него девять дочерей. Они составили хор для соревнования с Музами, и на Геликоне произошло состязание [49] в мусическом искусстве. (2) И вот, когда пели дочери Пиера, все вокруг погружалось во мрак и никто не слушал их хора, а при пении Муз замирало небо, и звезды, и море, и реки, а Геликон, услаждаемый <их пением>, стал от радости расти до неба, пока это не прекратил по воле Посидона Пегас, ударив копытом в его вершину. [50] (3) За то, что <Эмафиды>, будучи смертными, вступили в спор с богинями, Музы изменили их внешность и превратили в девять птиц. [51] И еще теперь смертные называют их чомгой, вертишейкой, кенхридой, [52] зеленушкой, щеглом, уткой, зеленым дятлом и драконтидой.

(1) У Миния, сына Орхомена, были дочери Левкиппа, Арсиппа и Алкафея, и оказались они неумеренно трудолюбивыми. Они очень сильно порицали других женщин за то, что те, покинув город, предаются в горах вакхическим неистовствам, пока Дионис, приняв вид девушки, не посоветовал им не пропускать празднеств или мистерий бога. (2) Но они не захотели обратить на это внимания. Поэтому разгневанный Дионис вместо девушки стал оборачиваться то быком, то львом, то пантерой, [55] а по станинам ткацкого станка во славу его потекли нектар и молоко. [56] (3) При виде этих знамений девушек охватил страх. И тотчас, побросав жребий в сосуд, все трое стали их тянуть. Когда выпал жребий Левкиппы, она громко пообещала принести богу жертву и вместе с сестрами растерзала своего сына Гиппаса. (4) Покинув отцовский дом, они стали предаваться в горах вакхическим неистовствам, объедая плющ, вьюнок и лавр, пока Гермес, прикоснувшись к ним жезлом, не превратил их в птиц. Одна из них стала летучей мышью, другая — совой, третья — филином, и все трое стали избегать солнечного света.

(1) Пандарей жил в Эфесской земле, где сейчас у города находится выступающая скала. Деметра дала ему в дар никогда не испытывать от еды тяжести в желудке, сколь много он бы ее не проглотил. (2) У Пандарея была дочь Аэдон; на ней женился плотник Политехн, который жил в Колофоне, в Лидии, и долгое время они наслаждались совместной жизнью. Родился у них единственный сын Итис. (3) Итак, пока они почитали богов, они был счастливы. Когда же с уст у них сорвалась нечестивая речь, что они любят друг друга больше, чем Гера и Зевс, [58] Гера, разгневавшись на такие слова, нагнала на них Вражду, а та внесла раздор в их дела. Политехну надо было в короткое время кончить сиденье для возницы в колеснице, Аэдон — соткать ткань, и они договорились, что кто быстрее выполнит свою работу, тот подарит другому рабыню. (4) И когда Аэдон быстрее соткала ткань (ибо ей помогала Гера), Политехн, огорченный ее победой, пришел к Пандарею и сделал вид, будто он послан Аэдон, чтобы отвести к ней ее сестру Хелидониду. Пандарей, не заподозрив ничего плохого, дал <ему> увести ее. (5) Политехн же, заполучив девушку, надругался над ней в лесной чаще, переодел в другое платье, остриг волосы на голове и пригрозил смертью, если она скажет что-нибудь об этом Аэдон. (6) Вернувшись домой, он по уговору отдал Аэдон девушку в качестве служанки, и та стала мучить ее работой, пока Хелидонида, [59] держа в руках кувшин, не стала горько жаловаться у колодца, и Аэдон услышала ее слова. Когда же они узнали друг друга и обнялись, они стали замышлять беду для Политехна. (7) Они убили сына <Политехна>, сложили его мясо в кастрюлю и сварили; Аэдон, попросив своего соседа сказать Политехну, чтобы отведал мяса, ушла с сестрой к отцу Пандарею и открыла ему, какое она испытала несчастье. А Политехн, узнав, что угощался мясом своего сына, бросился преследовать женщин до самого их отцовского дома, где слуги Пандарея схватили его и связали неразрывными узами за то, что он хотел нанести оскорбление дому Пандарея, и, намазав его тело медом, [60] бросили в стадо. (8) Облепившие Политехна мухи стали его мучить, Аэдон же, жалея его ради прежней любви, отгоняла мух от Политехна. Когда ее увидели родители и брат, они, возненавидев, пытались ее убить. (9) Но Зевс, вместо того, чтобы дом Пандарея постигло большее зло, сжалившись, превратил всех в птиц. И одни из них, вылетив, устремились к морю, другие — в небо. Сам Пандарей стал морским орлом, мать Аэдон — алкионой, и они тотчас захотели броситься в море, но Зевс им в этом помешал. (10) Морякам эти птицы служат доброй приметой. Политехн после превращения стал зеленым дятлом, потому что Гефест дал ему топор, [61] когда он плотничал. И появление этой птицы — благо для плотника. Брат Аэдон стал удодом; появление его благоприятно и для мореплавателей, и для находящихся на суше, а еще лучше — вместе с морским орлом и алкионой. (11) Что касается Аэдон и Хелидониды, то первая из них у рек и в лесной чаще оплакивает своего сына Итиса, вторая же по воле Артемиды стала жить рядом с людьми, потому что, по принуждению расставаясь с девичеством, громче всего взывала к Артемиде.

(1) У Аполлона и Фурии, дочери Амфинома, родился сын Кикн. Он был хорош собой, а нравом — неприятен и дик, и неумеренно любил охоту. А жил он в полях между Плевроном [64] и Калидоном, и было множество влюбленных в него из-за его красоты. (2) Но Кикн из-за высокомерия не допускал к себе никого из них. Вскоре его возненавидели и покинули все вздыхатели, остался с ним один Филий, но и его он оскорблял сверх всякой меры. В это самое время в земле этолийцев появился огромный величины лев, который нападал и на них самих, и на скот. (3) Итак, Кикн велел названному выше Филию убить льва, не прибегая к оружию; тот пообещал и убил его благодаря следующей уловке. Зная, в какое время лев выйдет на свое привычное место, Филий наполнил желудок обильной снедью и вином, и когда зверь приблизился, Филий вырыгнул снедь. (4) Лев, съев с голоду эту пищу, отпел от вина, и Филий, обернув руку одеждой, которую носил, заткнул ею пасть льва. Умертвив его и взвалив на плечи, он отнес его к Кикну и получил широкую известность за удачно исполненное поручение. (5) Однако Кикн приказал ему выполнить другое задание, еще более бессмысленное. Ибо в этом краю появились стервятники такой сверхъестественной величины, что они убивали многих людей. Их-то Кикн приказал взять живыми и принести <к нему>, не применяя никаких ухищрений. (6) В то время как Филий находился в затруднении, как выполнить поручение, по воле бога орел, похитивший зайца, выпустил его полумертвого <из когтей>, прежде чем донести до гнезда. Филий разорвал зайца и лег на землю, намазавшись его кровью. Стервятники набросились на него, как на мертвое тело, а Филий, схватив двух из них за лапы и крепко удерживая, отнес Кикну. (7) Тот же дал ему третье, еще более трудное задание: он приказал вывести из стада быка, ухватив его голыми руками, и доставить к алтарю Зевса. Филий, совершенно не зная, как ему поступить, чтобы выполнить приказание, взмолился о помощи к Гераклу. И во время этой молитвы появились два быка, которые сражались за одну телку, и, бодая друг друга рогами, свалились на землю. Когда они рухнули, Филий связал одному из них ноги и так дотащил его до алтаря, но по воле Геракла пренебрег <полным исполнением> приказания Кикна. (8) Тот же решил, что ему, вопреки ожиданию, нанесено ужасное бесчестие, в отчаяньи бросился в озеро, которое называется Конопом, [65] и исчез из виду. Из-за его гибели и Фурия, его мать, бросилась в то же самое озеро. По воле Аполлона они стали в озере птицами. (9) После их исчезновения переименовали и само озеро, которое стало <называться> Лебединым; во время весенних полевых работ на нем появляется много лебедей, а рядом находится и гробница Филия. [66]

(1) У Зевса и нимфы Офреиды родился сын Мелитей, которого мать из страха перед Герой подбросила в лесу, ибо с ней сошелся Зевс. Однако по воле Зевса мальчик не погиб, но вырос, так как его кормили пчелы. [68] Фагр, сын Аполлона и нимфы Офреиды, той самой, которая родила и Мелитея, «сына леса», случайно нашел его, пася овец. (2) Удивившись росту ребенка и еще больше — <окружавшим его> пчелам, он подобрал его, отнес домой и воспитывал очень усердно, дав ему имя Мелитей, [69] так как выкормили его пчелы. Пришло на ум ему и предсказание, в котором бог когда-то велел спасти ребенка того же происхождения, которого кормят пчелы. (3) А мальчик, так как быстро возмужал, стал благородным мужем, возглавил многих из своего окружения и основал во Фтии город, назвав его Мелитой. В этой самой Мелите жил тиран, надменный насильник, которого местные жители не называют даже по имени, а чужеземцы прозвали Тартаром. [70] Если до него доходил слух о красоте какой-нибудь девушки из местных, он приводил ее к себе и насильно совокуплялся с ней еще до замужества. (4) Итак, однажды он велел слугам, привести Аспалиду, дочь Аргея, человека из числа весьма заметных. Но девушка, когда ей стало известно это приказание, повесилась еще до прихода тех, кто должен был ее увести. Пока слух о ее смерти еще не распространился, брат Аспалиды Астигит поклялся отомстить тирану раньше, чем вынет из петли тело сестры. (5) Поспешно надев на себя платье Аспалиды и спрятав вдоль левого бока меч, он скрылся с глаз, будучи похож на девушку. Войдя же в дом тирана и застав его безоружным и без охраны, убивает его. (6) Жители Мелиты увенчали Астигита венком и проводили домой, исполняя пеан, тело же тирана утопили, бросив в реку, которую с тех пор еще и теперь зовут Тартаром. Но тело Аспалиды, которое разыскивали всеми силами, чтобы торжественно похоронить, найти не смогли: оно исчезло по воле бога, а вместо него появилась деревянная статуя рядом с изображением Артемиды. (7) Местные жители называют эту статую Аспалиды Амелита Дальновержица, [71] и в честь ее каждый год девушки вешали козочку, не знавшую случки, потому что и Аспалида повесилась, будучи девушкой.