Чтение онлайн

Тут вдруг Герка снова вспыхнул до самых кончиков ушей.

– Ой, Ксень, ты прости пожалуйста, я же тебе спасибо за всё ещё ни разу не сказал… Что ты меня… Так неожиданно… Ну, это… Высушила… Только ты в школе правда никому не расскажешь?

Девочка рассмеялась.

– Вот глупенький, зачем же мне рассказывать?

Ещё через пятнадцать минут дети устроились с ногами на диване перед телеком и болтали обо всём на свете. Вконец освоившийся Герка похвастался грядущей покупкой велосипеда, а Ксенька тут же пообещала, как только всё на улице высохнет, показать в лесу самые красивые места. Герка рассказал про свою старую школу, про маленький дворик и про друга Пашку, к которому теперь даже в гости не сходить. А Ксеня рассказала, что они с мамой в этом доме – старожилы, и живут уже больше полугода, поэтому она и лес успела осенью облазить, и всех жильцов знает, кто когда приехал. Потом Ксеня с Геркой играли у девочки в комнате – и на компе, и просто так. А потом часы пробили семь, и Герка начал торопливо собираться домой. Ксенька со знанием дела прощупала его вещи.

– Форма ещё немного сырая – сказала она. – Слушай, до твоего подъезда всё равно недалеко идти, не успеешь простудиться – давай ты просто накинешь куртку сверху, и пойдёшь так. А вещи мы в сумку положим. А то пока будешь переодеваться, мама твоя с ума сойдёт от беспокойства. Не бойся, никто не увидит, на улице темно уже.

Герка подумал и согласился. Вместе с Ксеней они сложили вещи в сумку и прошли к Геркиному подъезду. Набрали номер квартиры, из домофона раздался взволнованный мамин голос:

– Алло, кто это?

– Это я, мам! – торопливо сказал Герка. Домофон приветливо бибикнул, открылась дверь. Дети зашли в лифт и поднялись на десятый этаж. На пороге уже стояла мама. Мальчик и девочка быстро забежали в коридор.

– Герочка, солнышко, что случилось? Обед не съеден, мобильник не отвечает, ты не приходил домой со школы… Я уже собиралась звонить в полицию… Где ты был?

Вместо Герки ответила Ксеня:

– Вы, пожалуйста, только не волнуйтесь. Гера не виноват, он нечаянно подскользнулся, упал, весь вымок и потерял ключи от квартиры. А мобильник у него сломался. Но я все вещи постирала, только выгладить не успела, и форма ещё не просохла до конца. А Геру я в сухое переодела, и обедом накормила. И уроки мы уже тоже сделали. Вы же теперь не будете его ругать, правда?

Мама помогла Герке снять курточку и сапоги, немножко удивлённо посмотрела на сына. Потом улыбнулась Ксене:

– Нет, конечно же не буду. И спасибо тебе огромное за помощь. А ты, Гера, беги в свою комнату, снимай чужие вещи – надо, чтобы девочка их забрала домой. Ты, девочка, далеко живёшь?

И тут Герка сказал:

– Мама, это не девочка, это Ксюша, она очень хорошая. Настоящий друг. Она из соседнего подъезда, на втором этаже, и в лесу все-все самые красивые места знает. И ещё… Ты позвони, пожалуйста, учительнице – попроси, чтобы меня перевели из третьего «А» в третий «Б», ладно?

Мама пожала плечами:

– Позвонить-то мне нетрудно. Но Ирине Аркадьевне будет обидно, что ты хочешь уйти из её класса. И почему именно в третий «Б»? Хотя… – тут она задумчиво посмотрела на Ксеню – кажется, начинаю догадываться. Однако не надоело ли тебе, Герочка, прыгать туда-сюда? То из города в город, то теперь вот из класса в класс, ведь сплошное «из пункта А в пункт Б» получается!

– Ну и что, что в пункт «Б»! – упрямо заявил сын. – Папа говорит, что рыба ищет, где глубже, а человек – где лучше. А лучше – это где у человека друзья, вот!

Как-то раз, зайдя на тропический остров Это-Гдето, матросы с парохода «Михалыч» в благодарность за гостеприимство подарили местному вождю портативный радиоприёмник. Звали вождя Комуто-Вуходамо, что, между прочим, в переводе с этогдетского языка означает «добрый и справедливый». Племя, жившее на острове Это-Гдето, было совершенно дикое, нецивилизованное (даже хуже, чем 6 класс «В»), и из музыкальных инструментов было знакомо только с бубнами и барабаном – так что подарок белых матросов всем очень понравился. Целых два дня Комуто-Вуходамо безмятежно наслаждался прекрасной музыкой, однако на третий день у него приключился вот какой разговор с любимой женой. Жену вождя, кстати, звали Матраса-Толстомяса, что в переводе с этогдетского языка означает «стройная, как пальма». Итак, прекрасным ранним утром супруга нежным голоском спросила своего мужа:

– Вуходамчик, дорогуша, эта музыкальная коробка белых звучит просто божественно! Но я не понимаю – она такая маленькая, в десять раз меньше самого маленького барабана, а музыка в ней всё никак не заканчивается! Откуда же она берётся?

Комуто-Вуходамо лениво потянулся, почесал за ухом и ответил:

– Не знаю, дорогая. Я про такое как-то не задумывался… Главное – играет, а как и почему – да какая разница? Давай лучше завтракать, а?

Однако Матраса-Толстомяса была женщиной ужасно любопытной и немножко капризной. Поэтому слегка топнула ногой и сказала:

– Что значит «не задумывался»? Ты у меня вождь племени или кто? Раз вождь – значит обязан во всём разбираться! А я твоя жена – и хочу знать, откуда берётся музыка в волшебной коробке! Немедленно выясни – или перестану кормить, понял?

Угроза была серьёзная. Никто в племени не умел готовить лучше Матрасы-Толстомясы кокосовые пирожки, пельмени с ананасами и банановые макароны. Комуто-Вуходамо нежно взял супругу за руки и сказал:

– Драгоценная моя! Ради банановых макарон… то есть, извини, ради нашей любви я готов на всё!

Снял со стены копьё и каменный топор, и отправился на другой конец деревни.

На другом конце деревни в хижине – не такой большой и просторной, как у вождя, но тоже вполне себе – жил великий колдун, которого звали Умато-Палато. Колдун умел считать до двадцати (что вызывало у всего племени священный трепет), знал, что после зимы всегда приходит весна, а ещё неплохо заговаривал зубы и делал целебные мази.

Умато-Палато сидел на крыльце и играл сам с собой в «камень, ножницы, бумага» на щелбаны. Увидев грузную фигуру вождя с копьём наперевес, он торопливо поднялся и в знак приветствия потеребил себя за кольцо в носу:

– Приветствую тебя, великий Комуто-Вуходамо! Какая нужда привела тебя на порог хижины скромного учёного в столь ранний час?

– Нужды племени, о многомудрый Умато-Палато! Мою жену… кхм… в смысле, моих храбрых воинов одолело такое любопытство, что они даже потеряли аппетит и перестали попадать в цель копьём! Непорядок, однако! А всё из-за волшебной музыкальной коробки белых людей! Откуда в неказистой коробочке берется музыка, какой не сыграть даже на самом разрисованном бубне из моей хижины? Найди ответ, колдун – и я подарю тебе целую корзину коралловых бус, а ещё устрою незабываемый пир с песнями и танцами!

Колдун задумался. Угодить самому вождю – большая честь и выгода; угождать вождю Комуто-Вуходамо не брезговали даже белые люди, которые обычно кичливы как попугаи. Однако вождь потому и был вождем, что свой авторитет поддерживал неукоснительно и за неисполнение взятых обязательств карал строго – при мысли о возможных последствиях Умато-Палато стало даже немного не по себе.

– Ну что же ты? – поторопил колдуна Комуто-Вуходамо. – Или корзины бус тебе мало? Что ж, тогда, помнится мне, есть у тебя способный ученик, юный Гуляло-Гдепопало. Может, мне стоит поручить решение ему, а?