Чтение онлайн

Понятие «деятельность» весьма многозначно. И. М. Сеченов говорил о психических деятельностях, понимая их как процессы, которые совершаются по типу рефлекторных. И. П. Павлов ввел понятие о высшей нервной деятельности, В. М. Бехтерев – о соотносительной деятельности.

Но пионером выделения деятельности в особую, базовую категорию психологии выступил М. Я. Басов (1892-1931). Занимаясь экспериментальным анализом активности субъекта, Басов сосредоточился не на внешних движениях самих по себе (рефлексах), а на их внутреннем смысле и, чтобы отделить свой подход от подхода рефлексологов и бихевиористов, использовал вместо термина «поведение» термин «деятельность».

До Басова во взглядах на предмет психологии резко противостояли друг другу позиции структурализма и функционализма, для которых этим предметом являлось сознание, и бихевиористов, считавших, что им является поведение. Басов предложил другое решение. Нужно перейти в совершенно иную плоскость, подняться и над тем, что осознает субъект, и над тем, что проявляется в его внешних действиях. Не механически объединить одно и другое, а включить их в качественно новую структуру. Эту структуру он и назвал деятельностью.

Басов предложил считать деятельность особой структурой, состоящей из отдельных актов и механизмов, связи между которыми регулируются задачей. Эта структура может быть устойчивой, стабильной, когда субъект овладел каким-либо действием, сформировал навык. Но она может также каждый раз создаваться заново, когда, например, решается задача, требующая творческого подхода. В любом случае деятельность является субъектной. За всеми ее актами и механизмами стоит субъект, говоря словами Басова, «человек как деятель в среде».

Анализируя трудовую деятельность как особую форму коллективного взаимодействия его участников между собой и с природой, качественно отличающуюся от поведения животных, обусловленного условными рефлексами, Басов показал, что ее изначальным регулятором является цель, которой подчиняются и тело, и психика субъектов трудового процесса. Эта цель осознается ими в виде желаемого результата, ради которого они объединяются и тратят свою энергию.

Стало быть, именно психический образ, то, к чему стремятся люди, а не внешние стимулы, влияющие на них в данный момент, подчиняет себе отдельные действия и переживания людей.

Таким образом, специфика труда как особой формы взаимоотношений людей с предметным миром стала основным направлением разработки марксистски ориентированной психологии в советской России, что вполне соответствовало коммунистической идеологии. Вслед за М. Я. Басовым дальнейшее развитие принцип деятельностного подхода и категория деятельности получили в трудах Л. С. Выготского, С. Л. Рубинштейна, А. Н. Леонтьева и других ученых.

С иных позиций к проблеме деятельности подошел Л. С. Выготский (1896-1934) при создании теории высших психических функций на основе культурно-исторического подхода. Он говорил о системе высших психических функций как «деятельностях сознания», имеющих особую историю. Высший, присущий только человеку уровень развития этой системы (отличающийся сознательностью, смысловой организацией, произвольностью) возникает в процессе культурно-исторического развития общества и личности. Такой подход существенно расширял предметную область психологии.

Выготский развивает марксистскую идею о социальной природе человека как биологического существа и решающей роли труда в его развитии. Человек выделяется из природы и начинает над ней господствовать благодаря труду и способности изготавливать орудия труда. Но этот процесс не прошел для него бесследно. Человек начинает создавать «психологические орудия», посредством которых овладевает своими психическими процессами и формирует высшие (произвольные) психические функции. Далее выдвигается гипотеза о том, что, вероятно, в качестве таких орудий могли выступать метки, узелки на память, зарубки, знаки и т. п., которые каким-либо образом заставляли человека на что-то обратить внимание, что-то вспомнить, напоминали о чем-то и т. д. Первоначально эти знаки, команды обращены вовне, на участников трудового процесса. Но затем в процессе интериоризации постепенно происходит присвоение и перевод внешних действий во внутренний план, что является мощнейшим фактором овладения и анализа человеком своих психических состояний. На этой основе происходит формирование способности к рефлексии и развитие высших психических функций.

Развитие высших функций совершается в общении. Всякая функция возникает первоначально в процессе общения, а затем становится «собственностью» ребенка. В работе «Мышление и речь» (1934) Выготский, опираясь на обширный экспериментальный материал, проследил развитие понятий у детей. Теперь на первый план выступило значение слова, и было показано развитие значений слов в онтогенезе, изменение их структуры при переходе от одной стадии умственного развития ребенка к другой. В связи с этим обосновывалась идея, что «только то обучение является хорошим, которое забегает вперед развития», и Выготский вводит понятие «зона ближайшего развития». Под ней имелось в виду расхождение между уровнем задач, которые ребенок может решить самостоятельно и под руководством взрослого. Обучение, создавая эту зону, и ведет за собой развитие. В этом процессе сомкнуты внутренне не только мысль и слово, но также мысль и движущий ею аффект (мотив).

Другой подход к разработке предметной области психологии представлен взглядами С. Л. Рубинштейна (1889-1960), который, ориентируясь на марксизм, развивает идею, – каким образом психика и сознание в конкретной деятельности не только проявляются, но и формируются.

Басов, руководя педологическим отделением Ленинградского педагогического института им. Герцена, пригласил Рубинштейна на кафедру психологии, где он написал свой главный труд «Основы общей психологии» (1940). Главная идея этого труда – обоснование и реализация принципа единства сознания и деятельности.

Выше мы видели, что вопрос о системном и смысловом строении сознания был центральным для Выготского, а вопрос о структуре деятельности – главным для Басова. В то же время роль предметной деятельности в построении сознания оставалась вне поля зрения Выготского, а категория сознания – вне поля зрения Басова.

Связать сознание с процессом деятельности, объяснив, каким образом оно формируется в этом процессе, – таков был подход Рубинштейна к предмету и системе психологического знания.

Это изменяло направление конкретных психологических исследований, призванных теперь исходить из того, что «все психические процессы... выступают в действительности как стороны, моменты труда, игры, учения – вообще одного из видов деятельности. Реально они существуют лишь во взаимосвязи и взаимопереходах всех сторон сознания внутри конкретной деятельности, формируясь в ней и ею определяясь» [86, с. 473].

Сознание, ставя цели, проектирует активность субъекта и отражает реальность в чувственных и умственных образах. Предполагалось, что природа сознания является изначально социальной, обусловленной общественными отношениями. Поскольку же эти отношения изменяются от эпохи к эпохе, то и сознание представляет собой исторически изменчивый продукт.

По мысли Рубинштейна, «в итоге система психологии включает помимо общего учения о психике, о сознании и самосознании учение: 1) о психофизических функциях, 2) о психических процессах,

3) о психическом строении деятельности и 4) о психических свойствах личности» [86, с. 175].

Дальнейшую разработку идеи о том, что психическое развитие человека обусловлено его деятельностью, продолжил А. Н. Леонтьев (1903-1979). Развивая идеи Басова о морфологии (строении) деятельности, он предложил свою схему ее организации и преобразования на различных уровнях: в эволюции животного мира, истории человеческого общества, а также в онтогенезе (индивидуальном развитии человека) («Проблемы развития психики» (1959)).