Чтение онлайн

— Зачем явился?

— Тебя искал, — промямлил Чижов и попытался подняться. Голова кружилась, комната перед глазами качалась.

— Зачем?

— Тебя все ищут. Они хотят вас убить.

— Зачем ты явился?!

Чижов все же уперся руками и привстал. Он лежал на сыром матрасе в одной из комнат рухнувшего дома. В окно лился рыжий закатный свет. Чуть поодаль на обломках сидел мальчишка. Обычное детское лицо, светлые волосы. Сколько ему лет, около пяти? Ничего необычного, простой ребенок. Иначе и быть не могло. Мальчик и Анечка одеты были странно, в темные защитные комбинезоны. Чиж таких раньше никогда не видел.

— Что здесь происходит…

— Ты понимаешь, что я должна была тебя убить? — закричала Анечка. — Чего ради ты вообще приперся?

— Я хотел помочь. Они найдут вас, они…

— Это уже не важно, — перебила она. — За нами придут. Нас заберут.

— Кто придет? — спросил Чиж, но ему не ответили.

Он посмотрел на злое лицо Анечки, вновь перевел взгляд на ребенка.

— Вы убили человека.

— Он сам напросился. Пришел пьяный, полез на меня. Мы защищались.

— Но они…

— Это не важно.

Анечка встала и отошла. Чиж осторожно поднялся с матраса. Нападать на него явно больше не собирались, но и бесполезный дробовик куда-то пропал. Подумалось, что если теперь явятся люди Охотина, защищаться будет нечем.

— Ты хотела знать, зачем я пришел? Я хотел спросить. Хотел узнать, для чего ты все это сотворила.

— Для чего? — огрызнулась Анечка. — Да ты хоть знаешь, что происходит? Знаешь, что со мной было? Ты пришлый, ты всегда где-то далеко, тебе наплевать, что творится у нас на самом деле. Они ведь щедрые, они всегда знают, кому и чем заплатить. А я ложилась под каждого, на кого мне показывали пальцем. Так долго, что жить уже не хотелось. Я сбежала, ушла далеко в развалины. Думала, сдохну той же ночью, а потом появился он. Первый, кто не смотрел на меня, как на вещь. И он попросил лишь об одной услуге — как я могла ему отказать?

— Кто он? — тихо спросил Чиж.

Анечка не слышала его.

— Он сказал, что все будет иначе, если я соглашусь. Они проникнут к нам, станут наблюдать изнутри, будут знать, что делать. Все изменится, когда их потомки появятся среди нас.

Чиж с ужасом взглянул на мальчишку. Встретились взглядами — пусто. Ни тени, ни намека.

— Ведь это так просто. У всех на виду, но никем не замечено.

— Кто? — повторил Чиж. — Что им нужно?

— Им нужны мы. Я, мой сын, все остальные, — улыбнулась Анечка. — Они не любят день, им неприятен свет. Но скоро стемнеет, и тогда…

Она подошла к окну, выглянула наружу.

Чиж не успел понять, что произошло. Раздался короткий сухой щелчок. Время замедлилось, растянулось, как смола. Долгие мгновения Чиж наблюдал, как Анечка отшатывается в комнату, голова ее почему-то запрокинулась. Во все стороны полетели осколки, брызги, красные искры в красном свете заходящего солнца.

Так же невыносимо медленно Чиж вскочил с места, мир завертелся от головокружения. Он схватил на руки мальчишку, метнулся и привалился к стене. С силой вжал лицо ребенка в плечо.

— Мама!

Он оказался невероятно сильным для своих лет. Брыкался, как разъяренный зверь, укусил Чижа в искусственную руку. Чиж не обращал внимания. Он оцепенело смотрел на упавшее тело Анечки. От лица женщины не осталось ничего, лишь бурое месиво, да сочащаяся кровь.

— Тихо, тихо… — прошептал он.

Мальчишка свирепо мотнул головой, вырвался и отчаянно завизжал, обернувшись к матери.

— Мама!

Чиж схватил его в последний момент. По подоконнику чиркнула еще одна пуля, взорвалась фонтаном бетонного крошева на другом конце комнаты.

— Мама! Мама!

Мальчишка повторял одно и то же, как заводная игрушка. Чиж снова взял его на руки, двинулся вдоль стены к дверному проему. Его трясло в лихорадке, мысли заполошно вертелись, будто набирающая скорость пестрая карусель.

Он выскользнул в перевернутый боком коридор, совсем не понимая, куда теперь бежать. Ребенок обвис, как ворох тряпья. Но и кричать перестал, а значит, у них был еще хоть один шанс уйти незамеченными. Чиж долго блуждал среди обломков, прежде, чем нашел ход наружу. То и дело казалось, что где-то спрятаны еще ловушки, но теперь попадание в них приравнивалось к смерти. Их не ждали у выхода. Пригибаясь, чтоб не было видно с берега, Чиж перехватил мальчишку поудобнее, рысью заспешил в заросли.

Не раздалось ни шороха, но Чиж почувствовал, как что-то укололо его в ногу. Оступился, но припустил быстрее. Ребенок вздрогнул, вскинул голову. Чиж шмыгнул за какой-то разлапистый куст, опустил мальчика на землю.

— Что с вами, дядя? — спросит тот тихим, срывающимся на плач голосом.

— Ничего. Устал очень.

Чиж не знал, что делать. Если ребенка должны забрать, то где и когда? И куда теперь бежать, где прятаться? Назойливая, зудящая боль мешала сосредоточиться. Он попытался обернуться, но лишь завалился в траву. Ноги не слушались, будто чужие. Приподнял голову и заметил тонкий блестящий дротик, торчащий из бедра.

— Мальчик, а ты умеешь быстро бегать?

— Умею, — растерянно ответил ребенок и громко шмыгнул покрасневшим носом. — Зачем вы спрашиваете? Что с мамой?

— Все потом, — сказал Чижов, чувствуя, как язык начинает заплетаться. — Ты должен бежать. Покажи мне, как быстро ты бегаешь. Ну, давай. Раз, два…

— Три! — весело крикнул кто-то из-за кустов.

В землянке было холодно, по низу тянуло ледяным сквозняком. Отсветы тускло горящей керосиновой лампы лежали на грубо обтесанных досках стен.

— А это что за ушлепок?

Мальчик сидел на полу, поджав колени к груди и придавливая к животу правую руку, обернутую каким-то грязным тряпьем. Мужик постоял рядом, осторожно ткнул носком ботинка. Никакой реакции. Мальчик пялился перед собой пустыми глазами.

— Да так, мут очередной, — ответил второй.

— А не скажешь.

Второй открыл какой-то ящик, выставил на стол банку, до краев наполненную чем-то прозрачным, желтоватым. В банке плавала рука, но мужик понял это не сразу. Пальцы покрывала мелкая темная чешуя, вместо ногтей были изрядной длины когти.

— Профессор за такое как следует отвалит.

— А чего не целиком?

— Целиком он ему нахрен не сдался. Кормить нечем, хранить — негде. Я сказал, что малой не от рождения такой, да и вообще, еще до всего родился. Не поверил, сука.

Второй пожал плечами. Ну да, и такое случалось. Был нормальный человек, а потом возьми и начни, к примеру, у него шерсть расти. Последние годы и не такое творится.

— А остальное куда?

— Продам кому-нибудь. Он же теперь типа нормальный.