Чтение онлайн

Со своей стороны Константин не доволен этими успешными военными экспедициями и по-прежнему пребывает в ярости в отношении узурпатора. Этот философ-замухрышка, чтобы добиться такого высокого положения, не колеблясь, предал его ради какой-то горстки легионеров! Император не собирается оставлять это посягательство на его власть без внимания, он готов перегрызть горло выскочке. Его императорская армия выходит навстречу императорской армии Юлиана… Император против императора! Но противостояния не случается: по дороге Константин своевременно отдает свою душу и свой скипетр Небесному Отцу.

Став полноправным императором всех земель, бесспорным и почитаемым, Юлиан издает «Эдикт о терпимости». Документ нравится далеко не всем… На свет опять появляется старая философия: император разрешает все религии и отменяет все меры, предпринятые против язычников, иудеев и христианских диссидентов. Тем не менее довольно быстро он заявляет о своей приверженности язычеству. На самом деле он абсолютно не доверяет христианам: более того, чтобы их унизить, он запрещает им изучать классическую поэзию под предлогом того, что она восхваляет богов, которых они отвергают. Однако преследовать адептов Христа он отказывается.

– Я хочу, чтобы христиане сами увидели свои ошибки, я не хочу их к этому принуждать.

В итоге император переезжает в Антиохию (Antioche, современная Антакья) для подготовки экспедиции в Персию. Весной 363 года он возглавляет огромное войско. С ним он победно доходит до столицы Персии города Ктесифона (Ct'esiphon). Но довольно быстро войска вынуждены повернуть назад. Во время отступления, 26 июня, Юлиан получает смертельное ранение. Вскоре он умирает в возрасте тридцати одного года так далеко от любимой Лютеции.

В Галлии со сменой императора проблемы никуда не исчезают. Алеманны угрожают еще с большей силой. Валентиниан вместе со своим соправителем, братом Валентом, вскоре почувствовал себя в шкуре Юлиана. В то время как Валент играл роль императора в Константинополе, Валентиниан в 365 году едет устраиваться в городе паризиев и располагается в резиденции Лютеции. Место ему прекрасно знакомо: он служил под командованием Юлиана и довольно часто его посещал. Таким образом, он выглядит преемником погибшего императора. Поэтому Лютеция все еще претендует на звание столицы западной империи. В течение двух лет Валентиниан размещает в городе свой главный штаб, однако наведывается туда эпизодически, так как его присутствие постоянно требуется в других местах…

Будучи «усыновленным» парижанином, он не подает поводов для беспокойства. Из своей резиденции на острове Сите он издает императорские указы, где всегда упоминается Лютеция. И затем на улицах города он с помпой встречает генерала Иовиана (Flavius Valerius Jovinus), наголову разбившего германские племена. Облаченный в красную тогу, на белом коне Валентиниан направляется навстречу офицеру-победителю, въехавшему в Париж верхом. Мужчины спешиваются и обнимаются. Кто мог хоть на мгновение усомниться в эту торжественную минуту, что Париж стал центром мира?

Валентиниан думает, что сделал достаточно, чтобы сымитировать Юлиана. Но с точки зрения паризиев, соимператор – лишь бледная копия их бывшего правителя. Он подражает поведению и пристрастиям своего предшественника, но не выказывает ни тонкости чувств, ни подъема мысли, а еще меньше он в состоянии показать искреннюю привязанность к городу…

Правда и то, что он уезжает из города так часто, как только позволительно властителю. Он живет некоторое время в Реймсе, там требуется подавить восстание, затем возвращается в Лютецию, но через несколько месяцев опять едет в Реймс, затем снова в Лютецию, через короткое время он отправляется в Амьен, где, по сведениям, орудуют саксонские пираты. Он, безусловно, вновь возвращается в Лютецию, но сразу же заболевает, а едва поправившись, намерен перебраться в город Трир на берегу Мозеля. Этот большой город, без сомнения, намного проще превратить в столицу.

Именно в тот момент, когда император приезжает в Трир, Мартин останавливается в Париже. На дворе начало зимы 385 года… Мартин уже не тот молодой солдат, который разрезал свой плащ на подступах к Амьену, но умудренный годами и опытом человек: он стал епископом в Туре и живет в им же основанном монастыре Мармутье, где приняты строгие правила послушания, умерщвление плоти, пребывание в бедности и постоянной молитве.

В принявшей христианство Галлии Мартин, друг бедных, становится значительной личностью. Он входит в Париж в окружении большой толпы, которая превозносит его, поэтому кажется, что вера Христова сама по себе проникает в город.

Епископ идет по римской дороге на север, и верующие стекаются со всего города, чтобы прикоснуться к его робе. Но прелат не видит толпы, его взгляд прикован к несчастному прокаженному, прислонившемуся к стене у северных ворот города, лицо его обезображено, руки изрезаны, а ноги дрожат… Толпа, затаив дыхание, наблюдает за тем, как Мартин подходит к больному. Он склоняется над ним, по-братски целует в желтоватую щеку, накладывает руки на голову несчастного и благословляет… На следующее утро прокаженный входит в церковь, и каждый может увидеть сотворенное чудо: его лицо, еще вчера ужасно изуродованное, сегодня гладкое и чистое. Теперь все знают, что Мартин способен исцелять. Пока он идет по улице, он разрывает полы своей одежды, чтобы сделать из нее бинты и повязки для компрессов, чувствуя в себе силы дать отпор демонам и болезням, и каждый в этом уверен.

Мартин больше не вернется в Париж, но ради признания чудесного исцеления на месте, где это произошло, будет построен небольшой храм. Исполненное по обету невысокое здание не было затронуто пожаром, уничтожившим практически весь город в 585 году… Паризии моментально признали этот факт очередным чудом, а то, что храм сделан из камня, никого особо не волновало! Святого Мартина почитали на протяжении нескольких веков. География современного города хранит воспоминания о святом… Римская дорога на север, где он исцелил прокаженного, теперь носит его имя – улица Сен-Мартен (rue Saint-Martin).

Станция «Лувр – Риволи» нарядилась и чувствует себя важной: она изображает из себя дворец. Однако делает она это не посредством древней крепости и уж тем более не посредством роскошной королевской резиденции, а благодаря музею, который представляет здесь живописные и каменные красоты, созданные человеком на протяжении веков. В 1968 году Андре Мальро, министр культуры в правительстве генерала де Голля, выступил с весьма экстравагантной идеей – спустить искусство и историю в кулуары метрополитена. Пока наверху летали булыжники, под землей стены Первой линии выкладывали бургундским камнем и выкраивали в них ниши для размещения там копий шедевров. Оригиналы выставлены в музее наверху. Ассирийские барельефы, египетские фараоны, нимфы эпохи Ренессанса дружно встречают радостных и ошеломленных посетителей метро. Изумление их еще более оправдано сегодня, так как в настоящее время это не самая удобная станция для выхода, если вы настроились посетить музей!

За сорок лет все изменилось. Стеклянная пирамида, возникшая по желанию Франсуа Миттерана, изменила вход в Лувр (Louvre). Сейчас, чтобы попасть в музейную очередь и купить билет, лучше выходить на станции «Пале-Рояль» («Palais-Royal»)…

Следуя по моему маршруту, я бы мог выйти на любой из этих станций, не важно на какой! Потому что ищу я отнюдь не сегодняшний сверкающий музей. На самом деле я хочу побродить по этим краям и помечтать о том, чего уже не существует – ни одного следа, только несколько воспоминаний…