Чтение онлайн

Возможно, когда-то это было стратегическим решением, расположить город здесь, однако те времена давно канули в лету. Теперь это было сердце империи, центр торговых и политических отношений, важная часть политического мира, и весь город будто стремился напомнить о том, насколько он важен и величественен.

Каждый дом был своеобразным произведением искусства. Со стен на широкие улицы взирали горгулья и высеченные лица. Колонны в виде людей поддерживали карнизы зданий. Там, где не было статуй, была лепнина удивительной красоты. Там, где не было лепнины, было аккуратная массивная кладка, которая создавала впечатление прочности и непоколебимости.

С одной из сторон город рассекал бурная река, берущая начало прямо из озера, которое располагалось прямо на территории замка. Через неё перекидывались массивные мосты, вдоль неё шли красивые улицы.

Весь город строился вокруг одного единственного места — замка на вершине холма. И все дороги словно лучи сходились именно в центре. Поэтому все улицы так или иначе медленно поднимались вверх. Здесь было на что посмотреть — от широченных улицы, до маленьких улочек, от аллей до парков. Хотя бедные районы тоже здесь были и не сильно радовали глаз.

Когда поезд прибыл на вокзал, они остались в купе. Единственное, Феликс попросил старшего проводника вызвать людей из специальной службы расследований.

— Чтобы не таскаться с ним по всему городу, — пояснил он. — А то мало ли, жертв не сосчитаем, если что-то произойдёт.

— Как скажешь, — пожал плечами Кондрат.

Вскоре за чемоданом приехали. Люди в чёрных плащах вошли в купе и осторожно унесли его, не проронив ни слова. Только Феликс что-то обсуждал в коридоре несколько минут с одним из них, после чего попрощался.

— Ну вот и всё, — выдохнул он, вернувшись в купе. — Мы всё сделали.

Только в голоса у него не чувствовалось радости.

— И что дальше? — спросил Кондрат, когда они все ушли.

— Надо будет вернуться обратно в Колдберг и всё объяснить и показать. А дальше куча бумажной волокиты, — пробормотал Феликс. — Чувствую, я не выберусь из кабинета ещё месяц.

— Значит я свободен?

— Ну… да, ты свободен. Позже тебе отправят письмо и сообщат результатах, но я уже могу тебя поздравить, — улыбнулся он. — Хотя не знаю, рад ты ли сам или нет.

Кондрат и сам не знал. Он чувствовал удовлетворение от того, что они раскрыли это странное дело и в то же время его слегка мучал тот факт, что артефакт перешёл из рук в руки. А насчёт того, что его уже почти приняли… здесь он вообще ничего не чувствовал. С одной стороны, он возвращался к работе, которой жил и которую хорошо знал, причём в уважительной службе. А с другой… работа, работа никогда не меняется.

— Кондрат, чуть не забыл, — окликнул его Феликс, когда он собирался уходить. — Два момента. Первый — вернись в Колдберг и предупреди нашу общую знакомую. Чтобы духу там её не было. И второе — забывал спросить, зачем тебе было в библиотеку?

— Хотел узнать, как выглядят кансекайцы.

— А-а-а… ну да, точно…

Кондрат мог однозначно сказать, что если Вайрин подавал какие-то надежды стать хорошим сыщиком, то вот Феликс, учитывая его возраст, был уже безнадёжен.

Кондрат не хотелось возвращаться обратно в Колдберг. Дело было не в каких-то плохих воспоминаниях или ещё чём-то — просто здесь было холодно. Когда в остальном нормальном мире было лето грело солнце, зеленела трава и пели птицы, здесь дул холодный ветер, пронизывая до самых костей, и шёл снег. Если ад существовал, то его девятый круг выглядел бы именно так.

Но дело надо было завершить. До того, как сюда заявится сыщики, требовалось предупредить ведьму и попросить перенести тело Рая в дом, чтобы всё выглядело так, будто его убили здесь. По крайней мере, именно на этом варианте они остановились, чтобы указать в отчётах. Конечно, была сложность в том, что вместе с ним ближайшим поездом поехали и сыщики из специальной службы, однако он не был настолько глуп, чтобы пересекаться с ними в поезде, проведя всё время в третьем классе. А на выходе из станции не мешкал и тут же направился к дому.

Он беспокоился, что придётся подходить к дому, однако едва Кондрат оказался около ворот, как через мгновение его перенесло прямо в коридоры опустевшего поместья, где до сих пор царил холод.

Перед ним стояла ведьма Пату с собственной персоной посреди покрытых льдом коридоров.

— Не больно-то ты торопился, — заметила она с ноткой недовольства в голосе.

— Нет времени, — торопливо произнёс он. — Сыщики уже в городе и направляются сюда. Надо перенести тело Рая сюда до того, как они…

Лёгкий хлопок швырнул в лицо ворох снежинок, а ещё через мгновение ещё один взрыв снежинок и перед ним стояла ведьма, держа за шиворот уже окоченевшее тело Рая. Кондрату было неприятно наблюдать за тем, как она относится к покойному, однако сейчас было не до нравоучений.

— На третий этаж, где тело графа… — только и успел произнести Кондрат, как та сразу быстро телепортировалась туда и обратно, оставляя за собой снег.

И как раз в этот момент послышался скрип промёрзших петель двери.

— Ну и холодина тут, с ума сойти…

— Я уже ненавижу этот город…

Послышались голоса и шаги. Сыщики службы расследования даром времени не теряли. И Кондрат уже собирался броситься прятаться, как внезапно перед ним появилась ведьма и…

Странное чувство телепортации, когда резко падает давление, исчезает из лёгких весь воздух, а тело теряет границы, после чего всё резко возвращается в норму.

Кондрат стоял в том самом зале среди замёрзших фигур, которые однажды были «спасены» ведьмой. Они появились прямо перед лежащей Нутико, которая так и не пришла в себя. Вспомнив, как долго она пролежала на льду, Кондрат бросился проверять её состояние, но ведьма спокойно произнесла:

— Не беспокойся, я бы не позволила этому бедному и храброму дитя замёрзнуть здесь. Она просто спит.

И тем не менее Кондрат проверил пульс. Ведьма наблюдала за ним и не вмешивалась.

— Она не сможет ходить, да?

— Ты уже спрашивал меня об этом. Увы, она не сможет ходить более. Однако это не значит, что для неё эта жизнь закончена. Просто она теперь будет другой.

Легко это говорить, когда не ты инвалид на обе ноги, но Кондрат не стал развивать эту тему, и перевёл взгляд на замёрзших людей, коих здесь было в избытке.