Чтение онлайн

— Мистер Брилль? Не хотите… присоединиться на ужин ко мне? — тихо спросила она, будто боялась его лишний раз разозлить.

Он слегка удивлённо посмотрел на девушку, после чего будто проснулся и просто кивнул. Мадам Жьёзен сопроводила его в столовую за небольшой стол, где уже было приготовлено для двоих. Стулья располагались на разных концах, будто для двух противоборствующих сторон.

Ужин был хорошим, не богатым, как в некоторых домах, однако и скромным его было точно не назвать. Сначала вино, от которого он отказался, предпочтя обычную воду, следом закуски, потом рыба, мясо на углях, сыр, два вида, десерт в виде суфле и на конец ему предложили дижестив.

— Прошу прощения? — не понял он.

Девушка, сидящая напротив него, тихо произнесла.

— Это крепкие напитки, мистер Брилль. Или кофе.

— Мне кофе, пожалуйста.

Так что его нельзя было назвать скудным. Кондрат сдался уже на рыбе, а вот девушка съела всё, буквально опустошила свою тарелки и взяла бы ещё, если бы служанка её не остановила. Сразу возникал вопрос, куда идут излишки, ведь их оставалось заметно так. На утро? Или выбрасывают?

— Твоё имя в документах указано как Зей. Зей Жьёзен, верно? — поинтересовался он, когда ему подали кофе.

— Да, всё так, — тихо ответила она, бросая на него опасливые взгляды исподлобья, будто неровен час, как он бросится на неё с кулаками. — А вы Кондрат Брилль.

— Да, всё верно. Я могу задать вопрос? Почему?

— Ч-что почему? — напряглась она.

— Почему ты согласилась на эту авантюру? Со свадьбой на мне? Тебя не смущает, что мне уже пятьдесят один, и скоро исполнится пятьдесят два, а ты… ты вообще мне в дочери годишься?

— Ну… мне так сказали сделать, — ответила Зей неуверенно. — Вы против брака со мной?

— А ты сама не против? Я же слишком стар для тебя.

— Ну… у меня… выбора мало, — тихо ответила она. ­— Для меня вы шанс выйти обратно в люди.

— Откуда?

— Я бы не хотела об этом говорить.

— Но тебе придётся, — с нажимом ледяным голосом произнёс Кондрат, и девушка вздрогнула. Вздрогнула так, будто её постоянно били. — Чем тебя заставили выйти за меня замуж?

— Моя… семья провинилась перед империей. Мои родители понесли наказание, а я… я осталась в определённом долгу перед империей…

— Какой долг?

— Они пошли на сделку, сдали подельников, а взамен меня не лишили титула и не тронули. Однако забрали всё, что могли забрать и обязали подчиняться.

— Обязали подчиняться? — нахмурился Кондрат. — В каком плане?

— Я… зависима от них, мистер Брилль. Что мне скажут, то я и сделаю. За это к моему роду… — она со вздохом окинула взглядом столовую, — ко мне отнеслись с определённым снисхождением.

— Не забрали всё.

— Да.

— И в чём провинились твои родители?

— Они занимались контрабандой, — смущённо произнесла девушка.

— Не так страшно для сурового наказания.

— Наркотиков, — ещё тише добавила она.

Ладно, он забирает свои слова обратно. Вопрос, зачем они вообще ввязались в это, стоит отдельно, однако Кондрат мог представить причины, уже часто с подобным сталкивался. Род, совсем не знатный и совсем захудалый, почти что забытый, но хочет жить хорошо, пытается любыми способами заработать денег и подняться. Кто-нибудь предложил этот интересный вариант, и они согласились.

И попались.

— Ты в этом участвовала? — спросил Кондрат, буквально вгрызаясь в девушку взглядом.

— Я? Нет конечно! — она попыталась, чтобы это звучало возмущённо, однако под взглядом Кондрата выглядело как испуганный писк человека, которого загнали в угол.

— Почему?

­— Почему? — растерянно и испуганно спросила она. — Ну… я была ещё слишком мала, а мои родители никогда бы не втянули меня в это. Они любили меня, — теперь Зей уже была готова расплакаться.

Кондрат ещё несколько секунд смотрел на неё, после чего вздохнул. Выглядела она искренне. Искренне и напугано.

Хотя методы у специальной службы интересные. Кондрат прекрасно догадывался, что стало с родителями этой девушки за наркотики, если они были в особо крупных размерах, а другое им вряд ли бы предложили. Видимо, девушке тоже что-то грозило, о чём она сама сказала, но родители всех сдали, и её оставили под присмотром специальной службы, которая использовала её, когда возникла нужда.

Когда ему потребовалась жена.

Отличный и циничный план, ничего не скажешь. Как человеку, ему это было противно. Как нейтральному зрителю он был готов по достоинству оценить их хватку и способность использовать любые возможности для своих целей, хотя это уже было перебором. Когда спецслужбы начинают перегибать палку, страна быстро скатывается в тиранию.

— Значит тебе тоже что-то грозило? — уточнил Кондрат.

— У меня бы отобрали всё и выбросили на улицу, — пожала она плечами, понурив голову. — Кем бы я стала?

— Понятно… — вздохнул он и отодвинул пустую чашку.

Уже встал из-за стола, когда девушка его спросила:

­— Вы подпишите эти документы?

— Ты сама этого хочешь? Жениться на старике?

— А у меня есть какой-то другой выбор? — жалобно посмотрела Зей на него.

— Послать их, лишиться всего оставшегося и зажить свободной жизнь, — предложил Кондрат вариант, но она лишь покачала головой.

— Я ничего не умею от слова совсем. Стану заплутавшей блудливой девушкой.

— И так ли совсем ничего не умеешь? Документооборот? Хоть что-то?

— Шить? — предложила девушка.

— Станешь швеёй на фабрике.

Её этот вариант явно не вдохновил. Девушка считала, что для неё всё будет кончено. Да, есть такой тип людей, которые о привыкли к своему образу жизнь, что едва тот рушится, и они буквально тонут. А некоторые просто не умеют приспосабливаться.

К тому же Кондрат понимал, что его привезли сюда не просто так. Ему придётся подписать этот контракт, хочет он или нет. В противном случае… а что в противном случае? Скорее всего, какие-то санкции, а может и заподозрят в нём содомита, к которым здесь, мягко говоря, враждебное отношение. Короче, или так, или…

Он вернулся в зал и со вздохом вернулся к документам. Пробежался по ним глазами и заметил строку с фамилией, где девушка официально перенимала его фамилию, однако оставляла право отдать фамилию рода наследнику, который появится в их семье. Или же Кондрат мог принять её фамилию, если поставит ещё одну роспись.

Хотя здесь был нюанс — если он принимал фамилию рода, то становился баронетом, аристократом с титулом. А вот если просто женился, то ничего не перенимал. Но Кондрат решил не прощаться с тем, что было частью него, и поставил лишь одну роспись напротив согласия на заключение брака.