Чтение онлайн

— Когда у вас его заказали?

— Я же говорю, месяца два назад. Это был мужчина, не старый, но и не молодой…

— Средних лет, — подсказала Дайлин.

— Да, точнее не скажешь. Одет был… обычно, не богато, но и не нищий. Не высокий и не низкий, скорее, как ваш товарищ.

— Цвет волос?

— Ну… каштановые. Тёмные такие. И бородка, небольшая. Тоже каштановая.

— Может ещё как-нибудь он выглядел? По-особенному?

— Нет, самый обычный покупатель. Наконечники только странные. Раньше такими военные пользовались, а потом и перестали применять. На охоту не годится, для убийства человека… тоже не годится. Разве что пробивать броню…

Или стрелять с дистанции, где стрела теряет мощность, и потому очень важно пробитие.

— Он ещё к вам приходил, этот человек? — спросил уже Кондрат. — Может вы видели его или он спрашивал, где можно что-нибудь приобрести?

— Нет, как пришёл, так и ушёл, — пожал гном плечами.

Как пришёл, так и ушёл…

Вообще, существовало географическое профилирование, однако здесь разброс будет очень большим. Но с другой стороны, они просто неправильно задают вопрос. Почему человек обратился именно сюда, а не в какую-то другую кузницу? Почему именно здесь он заказал, а не в другом месте?

— Ты хоть раз слышала об этом районе? — спросил Кондрат, когда они возвращались.

— Нет, ни разу, а что?

— Долго живёшь в столице?

— Да всю жизнь, наверное, — и Дайлин поняла. — Думаешь, что он примерно местный, раз знал, куда обратиться?

— Да, по крайней мере, именно этот район ему знаком.

Значит область сокращается. Недостаточно, чтобы точно вычислить место, где живёт преступник, однако всё равно лучше, чем ничего. И вернувшись обратно в специальную службу, Кондрат тут же достал карту и обвёл район карандашом.

— Именно здесь где-то должен жить наш убийца, — произнёс он. — Как раз сюда входят все четыре убийства и места работы этих людей.

— Какой-то большой круг получается… — пробормотала Дайлин.

— Однако сюда входит и старый город, и суд, и центральный отдел стражей правопорядка, и ратуша. Другими словами…

— Он живёт в восточной части города, — кивнула она.

— Именно.

— Думаешь, он лично сталкивался с ними?

— Не знаю, — покачал головой Кондрат. — Но мы что-то упускаем. Понятно, что он убивает людей, потому что они так или иначе связаны с властью. Но почему именно этих? Почему именно конкретных судью, директора, сыщика и чиновника.

— Нет, мне кажется, он выбирал конкретных людей. И дело не в личностных качествах, а именно в том, что они что-то делали на профессиональном уровне.

Дайлин задумчиво почесала подбородок.

— Кроме взяток ничего в голову не приходит.

— Судья не брал взяток, — заметил Кондрат.

— Это ты так думаешь. Все берут взятки, — отмахнулась Дайлин.

— И что получаем? Чиновник брал взятки, судья брал взятки, директор и сыщик тоже? Нет, ерунда какая-то, ему придётся перестрелять весь город тогда. Уровень взяточничества, конечно, понизится, однако проблема останется.

Они молча разглядывали расстеленную карту, после чего Дайлин наконец произнесла:

— Мы гадаем уже.

— Это наша работа, — ответил Кондрат. — Можно сказать, что в какой-то мере мы гадалки.

Дайлин улыбнулась шутке, хотя Кондрат и сохранял полную невозмутимость.

— В любом случае, у нас есть подвижки. Он проживает где-то на востоке и именно там убивает, а не по всей столице.

— Это понятно, но зачем? — задал вопрос Кондрат.

— Может ему не нравится нынешняя власть?

— Не нравится нынешняя власть, и решил убивать её представителей? — нахмурился Кондрат. Потом подумал и добавил. — А почему ему не нравится нынешняя власть?

— Взятки?

— Ты сама говорила, что они все берут взятки и их всех надо стрелять в таком случае. Конкретно этих почему он ненавидел? Какое-то дело с родственником? Или может… они как-то перешли дорогу его семье?

— Я проверяла это, но никаких совпадений. Нет ни одной фамилии, которая бы промелькнула во всех четырёх убийствах.

— Или просто мы неправильно ищем… — пробормотал Кондрат. — Знаешь, давай-ка заглянем к директору того училища. Посмотрим, что у него там есть.

— У него были уже дома, разве нет? Обыскали всё вдоль и поперёк.

— А мы пойдём не к нему домой. Мы пойдём к нему на работу, — ответил Кондрат.

Первым был убит сыщик, следом судья, чиновник и под конец директор училища. Было правило, что если ты хочешь раскрыть дело, начни с самого начала. Однако не в этом случае. Самым свежим следом было убийство директора, и Кондрат собирался начать именно с него, пока след окончательно не остыл.

До этого только у одного человека было обыскано рабочее место — у сыщика. До того, как началась вереница смертей, все подумали, что его смерть была связана именно что с его прямым обязанностями. Однако за ним последовали другие убийства, и остальные рабочие места других жертв уже не осматривались, сконцентрировавшись на квартирах убитых в надежде найти какие-либо улики и подсказки. Но как твердили доклады, ничего там не нашли.

Строительное училище нельзя было назвать статусным. Там обучали на плотников, каменщиков, плиточников, кровельщиков и много других необходимых профессий, без которых город бы не выжил, но в глазах людей казались престижными. Да и располагался он тоже далеко не на самых главных улицах, представляя собой кирпичное строение, которое можно было спутать с каким-нибудь цехом или складом.

Рабочий кабинет директора располагался прямо на первом этаже в конце одного из коридоров. Одна из преподавательниц провела их к нему и открыла дверь, позволяя войти внутрь.

— Он был таким хорошим человеком, — причитала она. — Наши ученики любили его и уважали. Он всегда откликался на их просьбы и входил в положение.

— Не преподаватель, а золото… ­— пробормотал Кондрат, оглядываясь.

— Именно-именно! — за чистую монету приняла его слова женщина.

— У него были какие-то враги? — спросила Дайлин. — Может у него были ссоры с учениками или какие-то недоброжелатели, которые ему в последнее время угрожали?

— Нет, я… я очень сомневаюсь в этом. Казалось, у него не может быть врагов. Он находил общий язык даже с самым трудным человеком. Мог замотивировать, мог сплотить людей ради единой цели. Даже наши самые трудные ученики благодаря ему вставали на правильный путь.

Так послушаешь, и святой человек, который даже Сатану бы убедил креститься. Да и кабинет был достаточно скромным: по центру стол, за ним старый деревянный стул и окно, а вдоль стен шкафы, полностью заваленные книгами, бумагой и папками.