Между гордостью и счастьем
Шрифт:
Они взяли по салату, по солидной порции пломбира, заказали кувшин клюквенного морса. Мэгги, правда, этим не ограничилась. Она попросила еще и картофельный пирог.
Джулс с недоумевающим видом подняла брови:
— Как можно столько есть в такую жару?
— Я все равно не набираю вес, — парировала Мэгги.
— Да уж конечно. Такую прозрачную секретаршу, как ты, еще поискать во всем городе. О, наконец-то, нам несут наш клюквенный морс. Не забыть попросить еще льда.
И тут мобильный телефон Марибелл зазвонил.
Он лежал перед ней, рядом с вазочкой пломбира, на салфетке. Она протянула руку и взяла его. Посмотрела на экранчик, где высвечивалось имя звонящего.
— Этого не может быть, — с удивлением произнесла она.
— Что такое? — откликнулась Джулс.
Марибелл нажала кнопку ответа и поднесла аппарат к уху.
— Я слушаю, Холден.
Мэгги ткнула Джулс в бок и сделала большие глаза.
— Добрый день, — вежливо произнес знакомый голос в трубке. — Надеюсь, я не побеспокоил вас, Марибелл.
— О, нет, вы ничуть не обеспокоили меня. Я сейчас на ленче. У меня перерыв.
— Вот и прекрасно. Скажите, Марибелл, как вы смотрите на то, чтобы увидеться еще раз?
— Я…
— Вы, скажем так, не против нашей встречи?
— Нет, что вы. Я совсем не против встречи, — заверила Марибелл.
— И вы не будете возражать, если эта встреча состоится в ближайшее время?
— Думаю, что нет.
— Вот и прекрасно. Я еще позвоню вам, Марибелл. До встречи.
С этими словами Холден повесил трубку.
Марибелл замерла в недоумении.
— Что такое? — нетерпеливо повторила Мэгги.
— Это звонил Холден. Он спросил, не возражаю ли я, если мы встретимся еще раз. Сказал, что встреча произойдет в ближайшее время. Но не стал договариваться о встрече, а просто попрощался и повесил трубку.
— Странно…
— Действительно, странно.
— Вот и я думаю… Что-то здесь не так. Уж больно он загадочен.
— Публичная особа, известная персона, — засмеялась Мэгги.
— А вот, собственно, и он, — сказала Джулс, внимательно глядя куда-то поверх головы Марибелл.
Та резко повернулась.
Джулс была права. У Марибелл за спиной стоял Холден Гроуд.
Он широко улыбался.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
— Добрый день, — он слегка наклонил голову. — Вы позволите мне присесть здесь, рядом с вами?
— Конечно, присаживайтесь, — ответила Джулс вместо Марибелл.
Холден пододвинул к столику девушек ближайший стул, который оказался незанятым.
— Не хочу показаться бесцеремонным или навязчивым, — обратился он к Марибелл. — Я проезжал мимо. Что поделать, в центре можно встретить многих знакомых. Увидел вас, как вы сидите на этой открытой веранде. Захотел подойти и поздороваться. Но перед этим позвонил вам и убедился, что я не помешаю.
— И как это у вас так получается все замечать, — процедила сквозь зубы Марибелл.
Второй раз он появляется, и второй раз она чувствует себя обиженной. Нет, не обиженной. Она чувствует себя так, словно она — недоразумение. Пустое место.
Ну, конечно же, он и не собирался больше встречаться с ней. Телефон просил скорее для вида. Он подошел к ним только потому, что заметил ее. Он не позвонил ей и не пригласил на свидание, в кино, в клуб, в постель…
С другой стороны, попыталась успокоить себя Марибелл, ведь он ехал на машине. Мы его не видели. Мы даже не подозревали о его присутствии на этой улице и в этой части города. Он мог преспокойно проехать мимо, даже заметив меня на этой открытой летней веранде. Но он предпочел затормозить, припарковаться, предварительно позвонить мне. А затем и заявиться самому, как ни в чем не бывало… Наверное, ему все-таки приятно меня увидеть?
Между тем к столику уже подошел официант. Холден отрицательно покачал головой, когда тот протянул ему меню.
— Я хочу безалкогольный мохито, — сказал он, — двойной ристретто, сэндвич с помидорами и сыром, кокосовое пирожное.
Официант записал все, кивнул и отошел.
— Ристретто? В такую жару? — удивилась Мэгги. Ее тон был кокетливым, но распахнутые ресницы делали ее на вид совершенным ангелочком.
— Голова с утра болит, — пояснил Холден. — Вот и надеюсь, что кофе меня не убьет, но исцелит.
— Не проще ли выпить таблетку, мистер Гроуд? — низким грудным голосом спросила Джулс.
Подруги и коллеги Марибелл на глазах превращались в опытных обольстительниц… Девушка молча стиснула зубы.
Гроуд поднял брови:
— Вы меня знаете?
— Да, как видите. Вы написали много книг, и некоторые из них я прочла… А именно — четырнадцать. Прочла, надо признаться, с огромным удовольствием.
— О, да это не некоторые, — засмеялся Холден. — Вы прочли практически всё. Ведь их семнадцать. Вернее, в свет только-только вышла шестнадцатая книга. Сейчас я работаю над семнадцатой. Две трети книги уже написано.
— Холден, я вас не познакомила, — робко вставила Марибелл. — Это мои коллеги по дизайнерскому бюро… Джулс и Мэгги. Джулс — главный менеджер по работе с клиентами, а Мэгги — наш секретарь.
— Очень приятно, — Холден вежливо наклонил голову.
— И нам тоже очень, очень приятно! — Мэгги была вне себя от восторга. Еще бы, не каждый день сталкиваешься со знаменитостью… — Джулс одолжила мне вашу книгу, я уже прочла десять глав, и могу сказать, что я в восторге! Это даже поинтереснее, чем глянцевые журналы… Мне очень, очень нравится.
Джулс, опустив голову над своей вазочкой с мороженым, постаралась скрыть усмешку. Потом, взглянув на Холдена, она сказала:
— Мистер Гроуд, я уже собрала в своей домашней библиотеке все ваши книги. Не хватает только последней. Надеюсь, нам не придется слишком долго ее ждать.
Она победоносно оглядела подруг, довольная произведенным эффектом.
Еще бы. Собрала у себя все изданные книги Холдена. В отличие от Марибелл, которая, даже не слышала о таком писателе. И в отличие от Мэгги, которая, хоть и прочла полкниги теперь знакомого ей автора, но специализируется в основном на глянцевых журналах.
Джулс не сомневалась, что среди них наиболее интересного собеседника, чем она, для Холдена Гроуда нет…
— Я могу сказать, что ваши книги даже более увлекательны, чем лучшие произведения Агаты Кристи, — добавила она, чтобы довершить удар.
Марибелл криво усмехнулась. Чего она добивается? Холдена ведь не интересуют девицы современного типа, у которых на уме развлечения и легкомысленные авантюры.
Впрочем, разве Джулс такая?..
А главные менеджеры преуспевающих компаний, которые, оказывается, столь хорошо знакомы с обширным творчеством Холдена, не способны его заинтересовать?