Между гордостью и счастьем
Шрифт:
— Идемте в дом. Не знаю, как вы, а я чертовски проголодался. Нужно будет только разместить вас, и потом сразу же примемся за ужин.
Они обошли дом по периметру. Уже порядком стемнело, и поэтому бассейн был виден лишь благодаря зеленоватой подсветке.
— Ах, какая прелесть! — воскликнула Лисса. — Вы купаетесь здесь ночью?
— Это никогда не приходило мне в голову. Я привык купаться с утра. В крайнем случае, днем.
Холден открыл дверь, и они вошли в холл с высоким потолком.
— Здесь можно оставить обувь. В этом шкафчике — сменные тапки. Специально для гостей.
— Как в гостинице, — заметила Лисса, которая первой извлекла пару плоских белых пушистых тапочек из встроенного шкафа.
Марибелл молча переобулась и выжидательно смотрела на Холдена.
— Идемте наверх, — кивнул он.
По дороге к широкой лестнице с грубыми дубовыми ступенями он кивал направо и налево, знакомя гостей с домом:
— Там туалет… Душ на первом этаже тоже имеется. Здесь столовая. Направо — гардеробная. Марибелл, я положу там ваши вещи.
— Предпочитаю, чтобы мои вещи находились со мной в одной комнате. Или мне не положена отдельная комната?
— Положена. Как вам будет удобнее. Здесь библиотека. За библиотекой — кабинет. Там редко появляется кто-то, кроме меня. Если я работаю там, то меня лучше не беспокоить.
— А вот я плохо переношу одиночество, — прозвенела Лисса.
— Дело не в том, что я мизантроп и нелюдимый персонаж, — улыбнулся Холден. — Если я пишу, и уже как следует включился в процесс, меня лучше не прерывать. Иначе я собьюсь. Нужное настроение потом сложно будет вернуть.
«Он же сам, сам просил не говорить больше о работе…»
Они поднялись на второй этаж.
— А вот я, — сердито произнесла Марибелл, — могу бросить работу на любом месте. А потом, когда вновь к ней возвращаюсь, то с удовольствием принимаюсь за любой элемент. Наверное, это потому, что я люблю свою работу?
— Наверное, это потому, что ваша дизайнерская деятельность требует совсем других навыков и склонностей, — сухо произнес Холден. — Вот ваша спальня, Марибелл. Лисса, идемте, я покажу вам вашу комнату. Она в конце коридора.
Марибелл в досаде застыла перед дверью комнаты, на которую небрежным жестом указал ей Холден. До ее ушей доносился удаляющийся голос Холдена, который рассказывал Лиссе:
— Здесь общая ванная. Там есть джакузи. Им все пользуются по очереди, если есть настроение.
— А где ваша спальня? — кокетливо спросила Лисса.
— В начале коридора, за спальней брата. Кстати, что-то его не видно. Надо бы проведать его.
Марибелл толкнула дверь своей спальни и вошла внутрь.
Комната ей понравилась: немного вытянутая, глядящая окном во двор на своей короткой стороне. Здесь все было светлым: светлые занавески, светлые орхидеи на трельяже, светлый стеллаж с книгами и журналами, бежевое покрывало на низкой кровати. Пара легких уютных кресел завершали ансамбль.
Марибелл поискала глазами шкаф. Он оказался встроенным почти рядом с входной дверью, справа от нее. Следующей дверью оказался вход в ванную комнату. Там не имелось джакузи, зато была симпатичная душевая кабинка и широкая полочка с зеркалом над раковиной.
И нигде не было ни пылинки. Такое ощущение, что дом убирали специально перед приездом Холдена.
Ну конечно, он же должен был предупредить домоправительницу, что приезжает на несколько дней.
Марибелл кое-как разложила свежекупленные ею с Холденом вещи по полкам шкафа. Потом причесалась, вымыла руки и внимательно посмотрелась в зеркало.
Собственное отражение ей не понравилось. Она выглядела усталой, раздосадованной, более того — сбитой с толку. Она не понимала, что за игру ведет Холден.
Зачем он, черт побери, взял ее с собой, если она ему не интересна? Теперь еще наблюдать, как он вьется вокруг этой незваной гостьи из Шотландии, Лиссой? Потрясающая легкомысленность. Шататься по дорогам Шотландии и Англии в одиночку, без защиты, без охраны и без оружия. Марибелл, конечно, несколько преувеличивала тут, но…
Сама она никогда не отважилась бы на то, чтобы садиться в машину к незнакомым людям, искать попутчиков прямо на дороге. Чего доброго, и ночевать под открытым небом, если уж так складывались обстоятельства.
Зависеть от всего — от настроения попутчиков, от любого каприза погоды, от воли случая… Нет, такое не по Марибелл.
Эта самая Лисса потрясающе легкомысленна. Так недолго стать и жертвой насилия какого-нибудь неадекватного или даже пьяного водителя. С такой-то внешностью… Несмотря на свою антипатию к Лиссе, Марибелл не могла не признать, что та довольно симпатична.
Интересно, что вообще в голове у этой белокурой шотландки? Чем она занимается по жизни?
Марибелл немного подумала о том, стоит ли принять душ с дороги. Но ее одолела лень. «Потом, — решила она, — и приму душ, и переоденусь… А пока — Холден, кажется, обещал нам всем ужин».
С этой мыслью она повернула ручку двери и вышла из комнаты в коридор.
— Эй, вы кто? Что вы тут делаете? — раздался удивленный возглас за ее спиной.
Марибелл повернулась на голос.
Его обладателем оказался молодой, двадцати трех или двадцати четырех лет парень со светлыми вьющимися волосами, карими глазами и прекрасным, словно у ожившей древнегреческой статуи, телосложением. К тому же эта «статуя» была еще и загорелой, что добавляло бы ей очков в глазах самого строгого ценителя красоты.
Марибелл могла так подробно разглядеть телосложение парня, потому что он был в гавайских шортах. Больше из одежды на нем ничего не было. Даже шлепанцев… Он был босиком.
Марибелл, которая было смутилась, быстро оправилась от первоначального смущения:
— Меня зовут Марибелл. А вы, должно быть, Уоррен?
— А, — почесал в затылке парень. — Должно быть, вы приехали сюда с моим братом. Я уже видел его здесь, в коридоре. Он пошел вниз с этой блондинкой, Лиссой.
— Как пошел? — в недоумении подняла брови Марибелл. — Без меня? Я хочу сказать… Мы все собирались ужинать.
— Я провожу вас в столовую. Идемте.
Парень развернулся и потопал вниз по лестнице. Марибелл старалась не слишком пристально смотреть на светлые завитки волос Уоррена, на его мускулистые плечи и ладно скроенный торс. Все остальное, впрочем, тоже было на уровне.
— Вот сюда, — сказал парень, распахивая двери.
Через плечо Уоррена Марибелл увидела длинный стол с двумя рядами стульев по обеим сторонам от него, высокий камин грубоватой каменной кладки, и сидящих за этим столом людей.