Чтение онлайн

– Я знаю, что у вас никого нет. Вы до ночи пропадаете на работе, – мои глаза округляются. – Вы удивлены, что я знаю о вашей подработке? – судорожно мотаю головой, не в силах сдвинуться с места от шока. – Так что не вижу никаких препятствий. Вам нужны деньги, а мне ваше соблазнительное тело. Это будет взаимовыгодное сотрудничество.

Ощущение, что я загнана в угол, не дает сделать нормальный вдох.

Вижу, как мужчина встает и идет ко мне. Вжимаюсь в стену, когда он подходит ко мне слишком близко, нависнув надо мной своей тушей. В нос бьет неприятный запах пота и чего-то еще. Зажмуриваю глаза и сжимаю руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу ладоней.

Он касается моей щеки тыльной стороной ладони, и от его прикосновений к горлу подступает тошнота.

– Такая нежная кожа…прямо как шелк… – раздается хриплый шепот у моего уха, и по спине пробегает холод. – Сколько уже чертовых месяцев я желаю ласкать каждый ее сантиметр, – ведет рукой к шее и проводит по зоне декольте скрытой под блузкой, заставляя начать паниковать.

Но, к счастью, он убирает руку и отходит от меня, отчего судорожно выдыхаю.

– У вас есть время до понедельника, чтобы дать мне ответ, мисс Блэквуд. А сейчас вы свободны, – тон голоса снова становится деловым и бесстрастным.

Но колотящихся ногах выбегаю из помещения. Закрываю рот рукой от рвущихся наружу всхлипов, скрываясь за дверью своего кабинета. Оказавшись у рабочего стола, облокачиваюсь одной рукой о крышку и даю волю слезам.

Кошмарней свою жизнь я просто представить не могла. Меня буквально склоняют к интиму за деньги, как самую последнюю шлюху. Вынуждают стать перед выбором, и какое бы решение я ни приняла оно все равно будет не в мою пользу. Я либо окажусь на улице и еще больше погрязну в долгах, или стану игрушкой в постели с извращенцем.

***

Выходные проходят словно в аду. Я даже не нахожу сил, чтобы поехать к дочке, соврав о скосившей меня простуде. Меньше всего хочется, чтобы мое настроение передалось ей. Она всегда очень тонко чувствует меня и улавливает, если я чем-то расстроена.

Единственное, что я делаю, это сдерживаю данное слово. Отправляю к родителям курьера с купленной куклой, которую обещала привести Бэтти. Я всегда сдерживаю обещания перед своей малышкой, больше всего боясь разочаровать ее.

Я рыдаю все два дня и почти не сплю ночами. А если мне удается заснуть, мне снится противное лицо судьи Ричардсона с жирным блеском на обвисших щеках. Каждый раз он тянет ко мне руки с пальцами словно сосисками, сжимая их на моей шее, отчего я начинаю задыхаться. Я просыпаюсь от собственного крика и ужаса, поселившегося внутри.

В понедельник я приезжаю на работу, напоминая ходячего зомби. Я почти ничего не вижу перед глазами. Даже не сразу слышу, как мистер Дэвис за стойкой охраны, здоровается со мной.

– С тобой все хорошо, голубка? – окидывает меня встревоженным взглядом.

– Простите, мистер Дэвис. Просто были тяжелые выходные.

– Что-то с твоей дочуркой?

– Нет-нет. Слава богу с ней все хорошо.

– Тебя кто-то обидел? Может, я могу чем-то помочь?

– Со мной уже все в порядке, – натягиваю улыбку, сама не веря в то, что говорю.

– Не стесняйся сказать мне, если тебе нужна помощь.

– Хорошо. Спасибо. Мне нельзя опаздывать.

– Судья Ричардсон совсем тебя загонял, – сдвигает седые брови на переносице, посмотрев на меня с сочувствием.

Ничего не отвечаю, а просто обреченно шагаю к лифтам. Сегодня все решится и мне будет лучше сохранять спокойствие.

Вхожу в свой кабинет и замираю по центру небольшого помещения, в последнее время напоминающее клетку. Слышу за дверью тяжелые шаги и спустя секунду та открывается. Поворачиваюсь и встречаюсь с карим взглядом, отражающим нетерпение.

– Вы приняли решение, мисс Блэквуд?

– Да.

– Надеюсь, оно правильное и всем будет от него хорошо, – потемневший взгляд упирается в зону моего декольте.

– Я решила, что хочу уволиться, – выпаливаю на одном дыхании.

– Чтооо? – открывает рот.

– Вы прекрасно слышали, что я сказала, мистер Ричардсон, – едва сдерживаю рвущийся наружу гнев.

– Ты совсем глупая? – скалит желтые зубы.

– Я больше ни дня не желаю работать здесь и никогда в жизни не лягу с вами в постель даже под угрозой смерти.

– Да куда ты пойдешь? Кому ты будешь нужна? Думаешь, так легко найти хорошую работу, да еще и матери-одиночке?

– Мне плевать. Лишь бы подальше от вас.

– Я мог бы содержать тебя. Погасить все твои долги. Ты не знаешь от чего отказываешься.

– Мне от вас ничего не нужно. Я хочу уволиться.

– Это твое окончательное решение?

– Да.

– Что ж. Хорошо. Ты свой выбор сделала. Тогда собирай свои вещи и проваливай прямо сейчас. И больше никаких подработок здесь тоже у тебя не будет. Я давал тебе шанс, но ты решила показать свое упрямство. Тебя рассчитают сегодня в течение дня, – разворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.

Собираю свои вещи в коробку, не забыв в последний момент забрать со стола рамку с фото, где я держу на руках смеющуюся дочку. Фотография была сделана на ее двухлетие, которое мы отмечали в узком кругу на заднем дворе родительского дома. Тогда она была еще совсем маленькой и, кажется, это было уже так давно. Нас сфотографировала Беатрис, и на фото мы кажемся такими счастливыми. Но только мне известно, чего мне только стоило улыбаться в тот день. Как и во многие дни моей сегодняшней жизни.

А после того как я оказалась без работы в куче долгов, мне хочется кричать о несправедливости этого мира.

Стараясь не разреветься, спускаюсь на лифте вниз и прохожу через турникет, так сильно прижимая коробку к груди, будто в ней находится то, что спасет меня. Молча кладу свой пропуск на стойку и прохожу через турникет.

– Голубка? – сбоку раздается голос мистер Дэвиса, и я перевожу взгляд на него. – Что произошло? – окидывает меня глазами, полными тревоги.

– Я уволилась, мистер Дэвис.

– Что? Как? Почему?

– Простите меня…я лучше пойду, – спешу к выходу, чувствуя, что нахожусь на грани истерики.

Выхожу на улицу и останавливаюсь, сделав глубокий вдох. Из груди вырывается всхлип, но я проглатываю подступающий ком.

Внезапно раздается оглушительный раскат грома, и я поднимаю голову к небу. В следующую секунду на город обрушивается проливной дождь, а я так и остаюсь стоять посреди пешеходной дороги, промокая до нитки. Это просто ничто по сравнению с тем, что меня сейчас может ждать. Если в ближайшее время я не найду хоть какую-нибудь работу, я окончательно пропала.