Чтение онлайн

Подхожу к окну. За стеклом город живёт своей жизнью: машины проезжают мимо, люди куда-то спешат, фонари освещают дорогу. А я стою здесь, в своей квартире, пытаясь собрать себя по кусочкам.

Малыш внутри меня снова шевелится, и я улыбаюсь. Он напоминает мне о том, что у меня есть цель, ради которой стоит двигаться дальше. Ради него я должна быть сильной.

Вдруг раздаётся тихий стук в дверь.

Подхожу к двери, не понимая, кто может быть в такой час. Сердце начинает биться быстрее. Я осторожно приоткрываю дверь и вижу перед собой Алевтину. Она стоит на пороге, выглядит немного растерянной, но всё же уверенной в своём решении быть здесь.

— Привет, Валя, — говорит она тихо, опуская глаза. — Ты не против? Я… я хотела поговорить.

Я молчу, не зная, что ответить. Последнее, чего я ожидала сегодня вечером, — это увидеть её. Но что-то в её тоне заставляет меня открыть дверь шире и жестом пригласить её войти.

— Проходи, — говорю я спокойно, хотя внутри всё переворачивается. Не спрашиваю, откуда она узнала домашний адрес моих родителей, наверное, Ванечка рассказал.

Алевтина заходит в квартиру и нерешительно оглядывается.

Она выглядит немного смущённой, словно не знает, с чего начать. Я закрываю дверь и прохожу в зал, жестом указывая ей на диван.

— Садись. Хочешь чаю? — спрашиваю я, стараясь сохранить нейтральный тон.

— Нет, спасибо, — отвечает она, садясь на край дивана. Её руки нервно теребят ремень её сумки. — Валя… Я узнала, что вы с Ваней расстались. И мне… мне очень жаль. Я хочу извиниться перед тобой. Извини, что вела себя как настоящая сука. На самом деле между мной и Ваней давно ничего нет. Всё закончилось ещё до тебя. Просто… Просто меня больно ударил поступок Иван. Он женился на тебе, а я… Я тогда была такой растерянной.

— Зачем ты мне всё это говоришь? Тебя Ваня подослал ко мне?

— Нет, Ваня меня не подсылал. Я сама решила прийти. Я просто… я должна была это сказать.

— Сказать что? Что ты раскаиваешься? Что тебе жаль? — мой голос звучит холодно, почти отстранённо. — Ты думаешь, это что-то изменит? Ты думаешь, я забуду всё, что было и вернусь к Ване? Нет. Этого не будет. Я по горло сыта вашими итальянскими страстями.

Алевтина опускает глаза, её руки продолжают нервно теребить ремень сумки. Она выглядит ранимой, почти уязвимой, но я не могу позволить себе смягчиться. Слишком много боли осталось внутри.

— Я понимаю, что тебе тяжело, — говорит она тихо. — И я не прошу, чтобы ты возвращалась к мужу. Просто хочу, чтобы ты знала: я никогда не хотела разрушить твою жизнь. Всё это… всё это вышло из-под контроля. Мне очень жаль.

— Из-под контроля? — горько усмехаюсь я. — Ты говоришь так, будто это было случайностью. Но ты прекрасно знала, что делала. Ты знала, как твои слова и поступки влияют на Ваню. И всё равно продолжала.

Она молчит, её лицо становится бледнее. Я вижу, как она сжимает губы, будто пытается сдержать слёзы.

— Ты права, — наконец произносит она. Её голос дрожит, но она продолжает говорить. — Я вела себя эгоистично. Я думала только о себе и о своих чувствах. Но я никогда не хотела причинить тебе боль. Честно.

Я смотрю на Алевтину, и внутри меня всё кипит. Её слова звучат искренне, но я не могу просто так принять их. Слишком много боли, слишком много обид, и всё это — из-за неё.

— Знаешь, Алевтина, — стараюсь сохранить спокойствие, хотя голос всё равно дрожит от эмоций. — Мне не нужны твои извинения. Они ничего не изменят. Ты уже сделала то, что сделала. И теперь я должна жить с этим.

Она поднимает на меня глаза, полные раскаяния. Но я не могу смягчиться. Я слишком устала от всего этого.

— Я понимаю, — тихо отвечает она. — Но я хотела… хотя бы попытаться. Я не могу просто сидеть и делать вид, что ничего не случилось.

— А ты думаешь, мне легко? Думаешь, я могу просто взять и забыть? — мой голос становится громче, и я сама чувствую, как в нём звучит гнев. — Ты разрушила мой брак. Ты сделала так, что я каждый день чувствовала себя ненужной. И теперь ты приходишь сюда и говоришь: «Мне жаль»? Это ничего не исправит!

Алевтина опускает голову, её плечи слегка подрагивают. Кажется, она действительно раскаивается. Но мне от этого не легче.

— Валя… я знаю, что слова ничего не изменят. Но если бы я могла всё исправить… — её голос срывается, и она замолкает.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, стараясь успокоиться. Малыш внутри меня шевелится, напоминая о том, что сейчас главное — это он.

— Слушай, — говорю я немного мягче. — Если ты действительно хочешь помочь, просто оставь меня в покое. Дай мне время и пространство разобраться в своей жизни. Я не хочу больше ни тебя, ни Ваню видеть рядом с собой.

Она кивает, её лицо становится серьёзным.

— Хорошо. Я понимаю.

Она поднимается с дивана и направляется к двери. На пороге Аля останавливается и оборачивается ко мне.

— Валя… спасибо, что выслушала. И… прости меня за всё.

Я ничего не отвечаю. Просто смотрю, как она уходит, закрывая за собой дверь.

Когда я остаюсь одна, в квартире снова становится тихо. Я опускаюсь на диван и кладу руку на живот.

— Всё будет хорошо, малыш, — шепчу я себе под нос. — Мы справимся. Мы сильные.

Слёзы начинают катиться по щекам, но на этот раз я их не сдерживаю. Пусть текут. Это мои слёзы очищения. Моё начало новой жизни.

— Видит Бог, Ксюха, я искренне пришла извиниться, — говорю подруге, когда мы встречаемся с ней накануне моего отъезда на соревнования.

Ксюха помешивает ложкой кофе в чашке. Внимательно слушает меня, время от времени кивая.

— Я не знаю, что ей наплёл Ваня, однако представляю, какой сукой я выгляжу в её глазах.

— Не понимаю, почему ты так паришься на эту тему? — вдруг оживает подруга, а я в ответ пожимаю плечами.

— Не знаю, просто это как-то неправильно, что ли… Между нами с Иваном уже всё давно в прошлом. Но когда Ваня привёл в дом свою будущую жену, во мне словно что-то щёлкнуло.

— Просто задели твоё ЧСВ, — ухмыляется Ксюха, и я согласна с ней на все сто.

— Я сама не понимаю, что это было. Однако мне нравилось наблюдать, как Валентина ревнует ко мне Ванечку. Наверное, это был просто какой-то странный этап в моей жизни, — говорю я, откидываясь на спинку стула и глядя на Ксюху. — Но теперь я понимаю, как сильно я ошибалась. Это было глупо и эгоистично. Тем более, наши встречи с «братцем» закончились задолго до того, как он нашёл свою Валю.