Чтение онлайн

Я молчу. Отказываюсь говорить.

Это не имеет значения.

Она в любом случае воспользуется ремнем.

СПУСТЯ ВРЕМЯ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Я думала, что ты — мое безопасное место, милый,

но, посмотри, как же я ошибалась

Глава 7

САВАННА

Саванне 18 лет

— Пять минут, Виксен! — выкрикивает Бобби, один из вышибал, предупреждение в гримерку, как раз в тот момент, когда я застегиваю последнюю пряжку на шпильках. Эти туфли очень неудобные, но в них мои ноги выглядят чертовски длинными.

— Я готова, — отзываюсь я.

Я выпрямляюсь и смотрю в зеркало, взъерошивая уже завитые и уложенные лаком волосы. Провожу пальцем по уголку рта, стирая излишки помады, а затем немного двигаю губами, распределяя ее равномерно.

Это мой любимый наряд среди всех моих образов. Черная кожа и кружево. В нем я чувствую себя крутой. Ангелом мщения. Короткие шортики показывают достаточно ягодиц, чтобы придать сексуальности, а кожаный жилет создает впечатление, что у меня больше сисек, чем есть на самом деле. Я подхватываю ладонями груди и приподнимаю их, поправляя иллюзию декольте, в то время как Белла опирается на туалетный столик рядом со мной и протягивает мне рюмку.

— Хочешь? Зал полон студентов, отмечающих весенние каникулы, так что, возможно, это тебе понадобится.

— Чертовски верно.

Я забираю у нее рюмку и залпом выпиваю дешевую текилу, морщась, когда она стекает по горлу.

— Они засранцы? — хриплю я и прочищаю горло, чтобы облегчить жжение.

Она морщит носик и пожимает плечами.

— Неа. Просто молодые, тупые спермобаки.

Мы обе смеемся, и она наливает мне еще одну порцию.

— Пока у них глубокие карманы и они щедро раздают мамочкины и папочкины деньги, меня не волнует, чем заполнены их баки.

— Выпьем за это.

Мы чокаемся, а затем выпиваем спиртное. Ночка предстоит долгая.

— Две минуты, Викс! — снова кричит Бобби.

— Иду!

Еще раз кружусь у зеркала, бросая последний взгляд на свою задницу, затем поворачиваюсь и направляюсь к сцене, но Белла хватает меня за руку и тянет обратно.

— У тебя есть время на дорожку.

Она виляет бровями, указывая на зеркальце на туалетном столике с кучкой белого порошка. Беллс вечно ищет неприятности, но я не возражаю. Вот почему мы так хорошо ладим. Я улыбаюсь ей.

— Мак взбесится, если найдет здесь это дерьмо.

Я неторопливо подхожу к ее туалетному столику и подцепляю на акриловый ноготь мизинца немного порошка.

— Тогда поторопись, и я это спрячу, — говорит Беллс, и я закатываю глаза, подношу порошок к носу и вдыхаю.

— Уф.

Ожидаемое жжение и запах напоминает мне о доме, где я выросла, но всего на несколько секунд. Мотнув головой, утираю нос, затем наклоняюсь, чтобы взглянуть на свое лицо в зеркале туалетного столика Беллы.

— Ладно, а теперь убери это, пока нас обеих не уволили.

Белла смеется, но мою просьбу выполняет, и не проходит и секунды, как дверь гримерки распахивается, и Бобби снова просовывает голову внутрь. Он награждает меня суровым взглядом.

— Не могла бы ты пошевеливать своей задницей, девочка?

Я закатываю глаза и проскакиваю мимо него, стараясь врезаться плечом в его массивное тело. Он усмехается, а я показываю ему язык. Я не смогла бы причинить Бобби боль, даже если бы захотела. В нем триста фунтов крепких мышц. Глядя на него, вы никогда не догадаетесь, что он большой зефирный мишка.

— Спасибо, Боб-О, — сладко щебечу я, быстро поднимаясь на цыпочки, чтобы погладить его блестящую лысину, прежде чем устремиться прочь и подняться по лестнице на сцену.

В зале слышится болтовня, но из-за приглушенного света все выглядят черными силуэтами. Знаю по опыту, что они видят меня так же.

Остановившись в центре сцены, смотрю на Кенни, ди-джея, и киваю ему. Он показывает мне большой палец вверх, и из динамиков начинает доноситься музыка моего выступления.

— Далее у нас для вас настоящее угощение, — напевает Кенни в микрофон. — Наша следующая танцовщица — любимица публики, но не позволяйте ее милой улыбке обмануть вас. Забудьте о сладостях, специях и всем хорошем. Виксен Вайпер — это текила, дерзость и чертовски классная задница (прим.: Виксен Вайпер в дословном переводе — Стервозная Гадюка).

Я сдерживаю фырканье от столь пошлого объявления. Он все время меняет текст, и я никогда не знаю, что за херня прозвучит из динамиков в следующий раз. Однако по аплодисментам толпы я бы сказала, что Кенни попал в цель.

Молодые, тупые и абсолютные спермобаки.

— Будете очень хорошо обращаться с мисс Вайпер, — продолжает Кенни, — и я обещаю, она устроит вам незабываемое шоу.

При этом он прибавляет громкость музыки и включает свет на сцене.

Когда я только начала здесь танцевать, быстрая смена темноты на ослепительный свет мешала и немного дезориентировала, но я быстро к этому привыкла. Теперь, спустя несколько месяцев на этой работе, я адаптируюсь, как профессДжонал, и с легкостью приступаю к выступлению.

Проведя ладонями вниз по телу, покачиваюсь в такт музыке и хватаюсь за шест, запуская вращение на руках. Как только достигаю нижней точки, непременно широко расставляю ноги и провожу кончиками пальцев по внутренней поверхности бедра, прежде чем отклониться назад и продолжить вращение в планке.

В этом клубе не раздеваются полностью. За исключением выглядывающих из-под кожаных шортиков ягодиц, все самое важное от пупка до кончиков пальцев у меня прикрыто, но мне все равно нравится их дразнить. Это безумие, какой реакции можно добиться легкой лаской внутренней поверхности бедра или прикосновением пальца к промежности костюма.

Эти мужики — чертовски похотливые ублюдки, так что я использую это в своих интересах.

Еще больше свиста ударяет по ушам, когда я цепляюсь ногой за шест и выгибаю спину, позволяя волосам ниспадать позади меня. Одной рукой расстегиваю молнию на черном кожаном жилете. Публика сходит с ума, подбадривая меня криками, а я ухмыляюсь. Завершая вращение, позволяю жилету распахнуться, и как только шпильки касаются пола, стаскиваю его с себя и швыряю в сторону кулис.

Мой красный кружевной бюстгальтер полностью прозрачен, за исключением сосков, где в ткань вшиты черные кожаные сердечки. Я не свечу обнаженной грудью до определенного момента выступления. Наращивая предвкушение толпы.

Я карабкаюсь по шесту на автопилоте, выполняя привычные движения и позволяя музыке направлять их. Отвлечься от толпы несложно, и если я не буду осторожна, то полностью оторвусь от нее. Чаевые лучше, когда я общаюсь с посетителями. Как сказал Кенни, они хотят шоу. Если бы их интересовали только танцы, они бы пошли на балет.