Чтение онлайн

— Спасибо, — растерянно пролепетала Паровозова. В глазах потемнело от разного рода догадок. Двери чуть носом не открыла. Это же надо быть такой рассеянной и забыть, когда ты в последний раз прокладки в глаза видела?

— Беременность первая? — гинеколог скинула перчатки в корзину и сказала ей одеваться.

— Нет… Я… Несчастный случай был на большом сроке и мне сказали, что больше не будет, — у нее язык онемел от новости.

— Сделаем узи и срок уточним. Предварительно — четыре недели.

«В ней снова зародилась маленькая жизнь! Месяц почти, а ничего не почувствовала» — ноги не шли, а летели, не касаясь пола к кабинету диагностики. Там ей подтвердили, что радость не одна, в двойном размере.

— Двойня?! — сжимала Соня в руке черно-белый снимок и поглаживала пальчиком едва заметные две точки.

Хотелось кричать во весь голос и прыгать, как кенгуру в сторону дома. Обязательно зайти в кондитерскую и купить тортик по такому особенному случаю. Нетерпеливо ждать Глеба с работы, поглядывая на часы. Гладить еще плоский живот, где остался шрам от первой беременности и благодарить силы небесные.

У Софьи терпение заканчивалось, когда электронные часы перевалил за половину седьмого. Семь. Семь тридцать. Телефон молчит…

Не выдержав, позвонила сама. Пошли гудки, под тиканье пульса в висках.

— Глеб, ты где? — ее чуть не сбило звуковой волной, исходящей из динамика. На той стороне громкая музыка, галдеж людей.

— Сонь, извини, пришлось задержаться. У коллеги днюха! Еще пару часов задержусь и домой, — перекричав шум, он ей сообщил. — Але? Я тебя не слышу…

Соня скинула соединение. Толку орать? Вернется и тогда поговорят. Но, ни через два часа, ни потом муж домой не явился. Его сотовый был вне доступа сети. Глеба не было всю ночь. Он явился только под утро с жестким похмельем, в мятой одежде… И со странным виноватым выражением лица.

— Где ты пропадал всю ночь? — Соня стояла в проходе. На ней только тонкая ночная рубашка. Босые ноги холодит пол. В груди тянет нехорошим предчувствием.

— Сонька, я накосячил, — выдохнул он перегаром, от которого хотелось сбежать подальше.

К горлу подступила тошнота. Воспалено-красные глаза уперлись в нее, как у быка, заметившего красную тряпку.

— Что ты сделал, Глеб? — она попятилась от него, впервые чувствуя угрозу.

— Переспал с Агатой. Сонь, нихрена не понимаю, как смог нажраться и очнуться с ней в одной постели. Соня, я не хотел тебе изменять. И врать я тебе не могу… Понимаешь? — прикрикнул, качнувшись в ее сторону, будто хотел оправдаться. — Пойду в душ, а потом… Потом мы поговорим, все обсудим. Сонь, мы всегда понимали друг друга. Слышишь? — размашисто ударил кулаком в стену.

Софья облизнула пересохшие губы, чувствуя, как рушатся все ее надежды на общее с ним будущее. Семью. Детей. Вместе до старости лет. По коже ползают накатами мурашки. Она ушла в гостиную и забралась с ногами на диван. Грела между ляжек холодные руки. Слышала, как в ванной что-то с грохотом упало. Муж сматерился.

Мимо неуверенно переставляя ноги, прошел совершенно голый мужчина. Она слышала, как он упал на кровать и протяжно завыл:

— Соня-а-а! Ты здесь?

— Я здесь! — отозвалась она, чтобы его успокоить.

Через определенную паузу Глеб засопел.

Софья встала, чтобы собрать свои вещи.

— Что твой муж натворил? — мама подливала Соне чай и встревоженно рассматривала ее бледное лицо.

— Всю ночь его не было, мам. На утро пришел пьяный и сообщил, что переспал с Агатой, — каждое слово давалось непросто. Пятилетний брак закончился еще одной изменой.

— Опять она! Да, что других женщин не нашлось? — стучала Дина Васильевна посудой. — Нет, тут что-то не то, дочка. Будто подстроено…

— Факт остается фактом, мама. Его насильно на себя не затаскивали. Он сам признался.

Софья не знала, что чувствовала. Словно часть ее онемела от анестезии. Там, где должно быть сердце — едва слышный стук. Она не спешила сообщать матери о своем положении. Та побежит Глебу светлые пряди вырывать и учить уму разуму. Зачем? Ей нужна хотя бы короткая передышка, чтобы самой разобраться со своей жизнью.

На экране телефона высветился входящий с бывшего места работы. «Им то что нужно? Вроде бы Соня все подписала, по собственному желанию…»

— Софья Ринатовна? — она не сразу узнала в заискивающем голосе Сан Саныча. — Мы можем встретиться? Вышло некое недопонимание. Агата Герасимова у нас больше не работает. Мы хотим вам предложить место начальника отдела…

В трубку пыхтел заместитель, ожидая ее ответа.

— Оклад увеличим в полтора раза. Вернитесь, Софья Ринатовна, конец года… Мы без вас, как без рук. Тут ситуация сложная, что-то напутано. Без вас не разобраться.

— Что же так, Александр Александрович? Запахло жареным, и я вам стала позарез нужна? А дайте угадаю… Вернулся шеф и кое-кого поставил на место. Верно? — Соня могла себе позволить грубить, хамить, послать его на три веселых буквы.

Саныч терпел, у него и так большие проблемы. И дома тоже. Агата — сучка неблагодарная донесла его жене все пикантные подробности их «рабочих» отношений. Супруга его выгнала из дома и запретила видеться с детьми. Там уже адвокат по разводам подключился. Земля горит под ногами синим пламенем. Еще немного и Сан Саныч потеряет все: имущество, работу, семью. Одна виртлявая шатенка с длинными ногами и жизнь пошла кувырком. Единственный шанс удержаться на работе — вернуть Паровозову. Он готов был ей все наобещать, лишь бы захотела вернуться.

— Полтора оклада? — Софья включила разум.

Ей нужно будет в декрет с двумя малышами. Сидеть на шее родителей? Мать вон сейчас делает вид, что на ее стороне и возмущена, а сама закрылась в ванной и трезвонить зятю выяснять, как такое случилось?

Зарплата у начальника отдела и так астрономическая, даже по ее меркам. Она спокойно сможет снимать жилье, откладывать деньги под проценты и ни от кого не зависеть. О муже думать не хотелось. Все навязчивые мысли Соня отсекала на корню. Хватит с нее предателей! Сам такие речи говорил, что никогда не способен поступить как они… Смог! Софья после Агаты его не примет. Это как себя можно не уважать, чтобы лечь в одну с изменщиком постель после гулящей девки? Б-р-р-р! — Соню передернуло от отвращения.

— Хорошо, Александр Александрович, давайте обсудим. У меня уже есть одно предложение. Посмотрим… В два часа? Да, смогу.

Не успела она договориться о встрече и отключить связь, как новый «входящий» от абонента «Глеб». Мама тихонько прошла мимо, сделав лицо «лопатой» и якобы не за тем, чтобы подслушивать, а у нее важное дело появилось: из одной банки в другую гречку пересыпать.

— Да? — Соня тянуть с объяснением не стала. Очухался? Здорово! Хорошо не притащился с букетом прощения просить.