Чтение онлайн

"Энакин был хорошим другом", - пронеслось у Люка в голове. Картинка потихоньку связывалась...

Мальчик настойчиво смотрел на Исанне и ждал, что та скажет дальше.

– Знаете, Люк, преданность, не зависящая от обстоятельств и личной выгоды - редкая вещь в этой галактике.

– Оби-Ван сказал мне, что он предал джедаев. Это правда?

– Нет. Он просто решил не предавать своего учителя. И это был не Кеноби.

– А сейчас, по его мнению, я должен предать своих друзей, - задумчиво протянул Люк, уставившись в угол камеры.

– Какой смысл вы вкладываете в слово "предать"?

– Бросить, перейти на сторону врага, обмануть доверие... К тому же, зачем ему сын-повстанец, если он действительно сказал мне правду? Скорее всего сказал, иначе вы бы со мной так не нянчились, - иронично улыбнулся Люк скорее своим мыслям, чем Исард.

– А почему вы так уверены, что вы нам нужны "на нашей стороне"?

– Исанне, я, конечно, наивный, но не дурак. Если бы был не нужен, вас бы тут не было. У вас, кроме меня, очень много забот, и у него, полагаю, тоже.

– Вы нужны Вейдеру как сын. Я с вами вожусь по этой же причине. И все. Так почему вы думаете, что вы нужны нам на "нашей стороне"? Каким бы умным мальчиком я вас не считала, особой ценности в вас, как в союзнике, я не вижу.

Люк облегченно вздохнул. Именно это он и хотел услышать.

Мальчишка смог даже слегка улыбнуться. Только сердце продолжало бешено колотиться. Может быть, он и надоел этой женщине, ведь он не мог точно понять ее эмоции. Но она сказала правду, он это чувствовал...

– А знаете Люк, что мне в вас не нравится?

– Я полагаю, упрямство?

Вариантов у него было много. Исанне злилась на него, определенно. Но это знание стоило того.

– Из таких умных мальчиков, как вы, получаются самые страшные фанатики.

– Что вы имеете в виду?

То, что он так переживал между тем, чтобы узнать собственного отца или предать идеалы? Что важнее: человек или идея? И что он на самом деле выбирает?

– Вы знаете, что я имею в виду, - проговорила Исанне, глядя ему в глаза, - сколько смертей на вашей совести с того момента, как вы покинули Татуин? Для таких, как вы, достаточно поделить группу людей на две части. Например, на полосатых и клетчатых, и сказать, что полосатые - это наши друзья и они хорошие, а клетчатые - наши враги и, следовательно, плохие. И вы пойдете убивать, не требуя дополнительных объяснений.

– А как делаете вы?

Исард усмехнулась:

– Не вешаю ярлыки и не иду за лозунгами. И Люк, как правило, я не даю советов, но в вашем случае сделаю исключение, так, на будущее: научитесь отвечать за свои поступки без ссылок на поступки других людей. Это признак внутренней зрелости.

– Я учту, - сказал он, сделав паузу.
– На будущее.

– Подумайте над моими словами, - напоследок сказала Исанне, покидая камеру.

Вейдер уже ждал ее неподалеку, уставившись в монитор и стоя спиной к ней.

– Упрямец, - в голосе ситха все-таки прозвучали нотки гордости.
– Впрочем, это не так уж плохо. Он умеет добиваться своих целей. Что ж, я должен извиниться перед вами, Исанне.

– Боюсь, милорд, одними извинениями вы не отделаетесь.

– А вы знаете, за что я прошу меня простить?
– поинтересовался ситх.

– Милорд, если бы Люк не был вашим сыном, я бы озвучила вам свою теорию. А так я лучше предоставлю возможность объяснить вам.

– Мне надо было проверить мальчика, и этой проверкой стали вы, Исанне. Вы очень помогли мне. Я уже ответственен за него, а вы отлично знаете, что я никогда не отказывался от ответственности, да и не только от нее. Хотя все-таки было бы интересно выслушать вашу теорию.

– Думаю, не стоит. Не знаю как вы, а я свое мнение о Люке сложила. Что теперь?

Вейдер усмехнулся.

– Любопытно, - сказал лорд, наблюдая за изображением.
– Исанне, вы тоже считаете, что я несколько фанатичен? Впрочем, можете не отвечать.

Он наконец повернулся к ней лицом.

– Вы сказали мальчику самое главное. Только сам Люк может выйти из этой камеры.

* * *

Дверь вновь отворилась, и в камеру вошел Дарт Вейдер. Люк тут же приподнялся с кровати.

– Ты звал меня, - сказал ситх.

Мальчишка удивленно посмотрел на него, отряхивая светлую челку.

– Я не...

– Ты хотел меня видеть?
– уточнил Вейдер, зная, что мальчик не понимает, что между ними есть связь в Силе. Этому юнцу еще столько всего неизвестно, но он уже столько успел натворить. Люк убил многих, а он, ситх, главнокомандующий имперской армии, так и не смог увидеть в нем врага.

– Да, - такое короткое слово, но в нем было столько значимости: и море вопросов, и эмоции, и чувства, и возможное признание такой очевидной для ситха правды.

– Ты понимаешь, что сделал?

Мальчишка опустил глаза. Его руки по локти в крови. Один выстрел, всего один - и тысячи жизней оборвались в один миг. И оправдания здесь бесполезны. Их жизни уже не вернешь. И никакая демократия и лозунги не стоят жизни людей. Люк не оправдает их смерть пафосными тезисами, он не успокоит их близких словами о светлом будущем. А главное, он никогда не сможет оправдаться перед самим собой. Ведь свобода - это настолько непонятно, а смерть... Смерть ходит рядом. Империя не взорвала Альдераан, но он уничтожил Звезду Смерти. Так кто же начал эту войну: Альянс или Империя? И, спрашивается, за что они воюют?

– Какое должно быть наказание за подобное?
– холодно спросил ситх.

– Смерть, - тихо ответил он, смотря на Вейдера, застыв в напряженном ожидании.

Главнокомандующий повернулся к нему спиной и направился к выходу из камеры.

– Ты идешь?
– спросил Вейдер, остановившись у двери.

– Да.

========== Отцовство ==========

Лорд неотрывно смотрел на светловолосого мальчишку с такими знакомыми голубыми глазами. Незнакомый юноша почему-то казался таким родным и своим.