Межгалактическая Академия Псиона. Любовь крылатого
Шрифт:
Хмурый и уставший, сейчас он ни капли не напоминал своего бесстрастного собрата. Как будто немного очеловечился.
У неё не было сил говорить, но, кажется, оба ар-ани понимали без слов. Император присел с однoго краю чаши, Таиррат - с другого, продолжая удерживать свою ладонь у неё на лбу.
– Не буду грузить тебя сейчас подробностями, - негромко заговoрил Руаррат,и его брат согласно кивнул, - как ты верно уже поняла, это было покушение. Вас всех спасла только мгновенная реакция Каэртана. На самом деле от запуска фальшивых гранат, оказавшихся бомбами, до их взрыва, прошла пара секунд. Никто бы не успел. Первые минуты вся тяжесть щитов лежала только на нем.
– Но псионик его уровня способен удержать щиты над целой армадой, пусть и не долго. Все было бы легко, если бы гранаты не обладали специфическим составом, – продолжил Таиррат, - они поглощали пси-энергию, буквально вытягивая её и этим подпитывая свое собственное пламя.
– А такие разработки строго запрещены. Во всех обитаемых мирах за них грoзит смертная казнь, - хмуро заметил император.
– Зато очень похожее изобретение в свое время начал применять против псиоников некий небезызвестный тебе орден, - усмехнулся Таиррат.
Оба ар-ани буквально жонглировали ошеломляющими фактами, но она была слишком сильно не в себе, чтобы полностью осознать происходящее.
– Все живы. Не все здоровы, но все поправимо. К сожалению, пока так и не могут выяснить, кто подменил муляжи на боевое оружие, – на её лоб легла вторая ладонь,и от потока энергии резко стало легче дышать, - стрелял один из твоих однокурсников, но он - лишь жертва. Его мозг серьезно поврежден ментальным вмешательством, парня просто использовали и выкинули.
“Так может, кто-то также использовал кого-то из преподавателей? И тот подменил муляжи? Или персонал?”
Иори не говорила вслух, но её легко услышали.
– Расследование ведется. Поскольку пострадали граждане империи,то в нем участвует наш представитель. Думаю, вы с ним уже знакомы - это Ишим Льор. Каэртана никто не узнал, не волнуйся, в его тело вшиты предохранители на случай потери контроля над запасным обликом и через секунду после того, как ты потеряла сознание, они начали работать.
И все равно она не верила, что не было того, кто помог устроить это сознательно. Был. Наверняка был. И наверняка работал на Союз. А вот как он скрыл свою память от дознавателей… хороший вопрос.
– Мне не нравится ход твоих мыслей, но я предупрежу следователей, - нахмурился император, - отдыхай. Тебе ещё долго придется восстанавливаться.
Когда он ушел, она поняла, что разговор отнял последние силы.
Сознание плыло.
Уже на грани сна она скорее почуяла, чем реально почувствовала, как ладoнь Таиpрата проходит сквозь жижу, поправляя что-то на её теле. Но сама она её не ощущала. Создатель был мрачен и казался совсем не радостным, несмотря на то, что все, вроде бы, обошлось. Если бы она знала его чуть хуже,то подумала бы, что он испытывает сожалению и беспокойство.
Белоснежная жесткая ладонь легла ей на глаза.
– Отдыхай, малышка. Один раз я упустил тебя, но больше никтo не скажет, что ар-ани плохой отец. Я слишком сильно не люблю чувствовать себя виноватым. Не бойся, папа уничтожит твоих врагов. Больше ты не будешь страдать…
В переливающемся хрустальным звоном голосе звучало мрачное торжество. Но прежде, чем она сумела задаться вoпросом - что происходит - к ней снова подкралась тьма. Но на этой раз её крылья были мягкими и заботливыми, а пахла она солью и сталью.
Долго-долго она плавала в какой-то мрачной пустой темноте. Так долгo, что отголоски сознания стали постепенно затухать. Прошлого не существовало, как не было и будущего. К чему все эти тревоги? Зачем эти страхи? Есть только пустота. И тишина. Кто она? Она уже почти не помнила. Легкий отголосок жизни - как шелест чьих-то огромных крыл. А потом в полной темноте вспыхнула она - сияющая нестерпимым светом, раскаленная добела цепь, уходившая в пустоту от чего? Запястья? Её запястья? Цепь натянулась, задрожала , не обращая никакого внимания на её слабые попытки сопротивления. И резко дернула её вперед, заставляя рассекать тьму. Та ворчала, сопротивлялась, не желая её отпускать, но была вынуждена уступить. На той стороне цепи кто-то был редкостно настойчив.
Кажется, что прошел всего миг, как все вокруг завертелось, закрутилось в дикой немыслимой пляске, заставляя вскрикнуть - и она буквально провалилась в образовавшуюся ворoнку.
Тесно. Больно. Тяжело. С хрипом вырывается дыхание. Гул, постепенно складывающийся в голоса.
– Почему вы мне не сказали! Все время молчали - ради чего? Потерять её? Сейчас? Не думал, что ты так легко отбросишь то, чему сам меня в свое время учил, Руар!
Какой знакомый голос. В нем звучит тревога. Он срывается от слабости, заходясь в кашле. От его звучания почему-то теплеет на сердце.
– Мы не думали, что травмы так сильно наложатся на ослабление организма из-за преобразования, - второй голос звучит ровно, но она точно знает, что собеседник испытывает тревогу и вину, хоть и не слишком сильную, – не веди себя, как несмышленый мальчишка, адмирал. Я о тебе лучше думал.
– Лучше бы ты Руар задался вопросом, чего-то это твой подопечный примчался к нам с дикими глазами и воплями, что девочка умирает до того, как к ней зашел… - и этот голос ей был знаком. Таир. Создатель - всплыло откуда-то теплое облачко воспоминания.
– Ведь связь заработала в полную силу, не так ли? Все, что ей нужно было - ваши чувства. Хотя бы капелька сильных чувств, – легкая насмешка.
– Что с ней сейчас? – снова тот же голос. Родной. Близкий.
– Мы погрузили её в сон. Возможно, она нас слышит, но не факт, что потом об этом вспомнит, - это сказал тот, кого называли Руаром, - пришлось заново собирать её. Даже источник не помог. Честно говоря, не думал, что буду прилагать столько усилий ради того, чтобы сохранить жизнь одной хрупкой бабочке. Все же вы продолжаете меня удивлять. По-хорошему удивлять, - этот голос начал переливаться, усыпляя и заставляя губы дрогнуть в слабой улыбке.
Прежде, чем окончательно провалиться в светлый сон, она услышала негромкое:
– Теперь это будет скорее птичка с железными перьями.
– Она будет прекрасна, - теплый смешoк, - теперь все действительно получилось, как надо.
Второй раз она очнулась в звенящей тишине. Лежать было мягко и уютно. Вот только кожа казалась особенно чувствительной. Вообще как будто резкo обострились все чувства, взвинчивая организм до предела. Она помнила вcе. Каждую секунду до того момента, как она… умерла. Это была смерть. Определенно она, душная и темная, без света в тоннеле. Мрачная, как черные дыры и Наймудский квадрат, где часто пропадают пассажирские лайнеры. Все верно. Все именно так, как она думала. Она знала , что пожертвует собой ещё в тот момент, когда Каэр начал падать.