Чтение онлайн

В подтверждение своих слов я нагнулся, что вызвало еще один острый приступ боли в груди, поднял с земли удостоверение командира боевиков и протянул его Сергею Ивановичу.

Он взял красную корочку, открыл ее и прочитал:

– Абдулаев Саид Гасанович – командир отряда самообороны.

– Ни фига себе! – воскликнул кто-то из археологов. – Это значит, что нас захватили, так сказать, представители власти.

– Думаю, что они просто пешки в чьей-то крупной игре, – поделился я своими мыслями. – Кому-то наверху выгодно иметь в заложниках граждан России. Кому – не знаю, – предвосхитил я следующий вопрос– Скорее всего, что и они не знают. – Я кивнул на поверженных боевиков.

– А Батыр? – спросила Лена. – Ведь он был вместе с бандитами. Давайте у него спросим.

– Боюсь, что это невозможно. Во всяком случае, в ближайшее время, – извиняющимся тоном произнес я. – Он будет «отдыхать» еще пару часов, а нам очень дорого время. Но даже само по себе его участие в похищении говорит о многом.

– Хорошо, – решился Сергей Иванович. – Мы сворачиваем лагерь.

– Одну минуту! – Жестом я остановил начальника экспедиции, готового тотчас приступить к организации работ. – Прежде всего нужно выставить посты, чтобы незваные гости снова не застали нас врасплох.

Вперед протиснулись несколько молодых парней. Отобрав четверых самых крепких и вооружив их автоматами, отобранными у боевиков, я послал их в разные стороны, напутствуя при этом:

– Самое главное, если увидите каких-либо людей – предупредите нас. В крайнем случае можете стрелять в воздух.

Бандитов мы надежно связали и уложили в палатке-складе на то самое место, где еще совсем недавно находились археологи. Добавив через двадцать минут к ним еще одного – часового, которого всю обратную дорогу от пригорка пришлось буквально тащить на руках, мы вплотную приступили к сворачиванию лагеря.

Конечно, самые громоздкие вещи пришлось оставить, у нас было всего два грузовика и на все не хватило бы места.

Сергей Иванович сноровисто руководил погрузкой, запретив мне даже прикасаться к вещам. Я конечно же повозмущался для виду, но он был непоколебим в своем решении, и в конце концов мне пришлось подчиниться.

По правде говоря, мне действительно стоило отдохнуть. Последние сутки я только и делал, что поднимался по отвесным скалам, бегал, прыгал, дрался. Не помню, чтобы когда-нибудь так уставал. Тем более что зверски болела грудь.

Острая боль прошла, но на смену ей пришла тупая и ноющая. Вероятно, несколько ребер были сломаны.

Захватив в аптечке эластичный бинт, я зашел за палатку, чтобы не смущать своим видом дам, и снял спортивную куртку. Похоже, что багрово-фиолетовая опухоль еще больше расширила свои границы.

– Крис, ты можешь что-нибудь сделать? – спросил я вслух.

«Уже делаю, – услышал я ответ. – Заметь, давно делаю. Удар пули был настолько силен, что на секунду у тебя остановилось сердце. Мне удалось его запустить».

– Спасибо!

– С кем ты здесь разговариваешь? – На звук моего голоса за палатку заглянул Сергей Иванович.

– Да вроде как сам с собой, – несколько замявшись, ответил я.

Я не знал, стоит ли сейчас рассказывать правду. На мой взгляд – сейчас было не время и не место для такого разговора. Тем более что это была не только моя тайна.

В это время ученый-археолог увидел мою грудь и ужаснулся:

– Алекс, тебе нужно срочно в больницу. У тебя, наверное, ребра сломаны.

– Ничего особенного. До свадьбы заживет. Нужно только сделать тугую перевязку.

Сергей Иванович внимательно посмотрел мне в глаза и понял, что переубедить меня не удастся.

Больница находилась в ближайшем ауле, но соваться туда нельзя. У людей, организовавших похищение, наверняка есть свои глаза и уши во всех учреждениях. А это значит, что через какое-то время они будут знать о неудаче, постигшей боевиков, и, возможно, предпримут еще какие-нибудь шаги. Кроме того, у нас не было времени делать лишний крюк в сорок километров, дорога была каждая секунда.

Вероятно, начальник экспедиции понял ход моих мыслей. Он тяжело вздохнул, а затем категоричным тоном заявил:

– Давай сюда бинт! Я сам перевяжу тебя.

Во время перевязки, когда Сергей Иванович туго натянул бинт, я тихо застонал. Он услышал и немедленно ослабил натяжение, ворчливо заметив при этом:

– И он еще хотел загружать вещи. С таким ранением тебя самого загружать надо.

Я только улыбнулся в ответ.

Закончив перевязку, он помог мне одеться, и мы вместе подошли к машине.

– Сиди здесь, грузчик. – Он снял с кузова машины раскладной стул и усадил меня.

Потом внимательно посмотрел на меня и серьезно добавил:

– Знаешь, Алекс, я очень признателен тебе за все, что ты для нас сделал, и, если бы у меня был такой сын, как ты, я бы очень гордился им.

Я смутился. И, не найдя ничего лучшего, ответил:

– У вас есть кем гордиться, Сергей Иванович. Вы воспитали прекрасную дочь.

– Да, – задумчиво подтвердил он, а потом, как будто что-то вспомнив, спросил:

– Ты ведь сегодня ничего не ел?

Я автоматически покачал головой, не сразу сообразив к чему он это спросил.

– Я сейчас пришлю к тебе дежурного по кухне. – Он загадочно улыбнулся.

Я хотел возразить, но Сергей Иванович не собирался ничего слушать. Он развернулся и быстрым шагом направился в сторону своей палатки.

Через несколько минут я увидел Лену, направляющуюся в мою сторону. В руках она держала какой-то поднос. Лишь когда она подошла ко мне вплотную, я понял, что этот поднос предназначался мне. Вернее, не поднос, а то, что было на нем.

Только сейчас до меня дошел смысл загадочной улыбки Сергея Ивановича. Ведь дежурной по кухне в этот день была его дочь.

– Завтрак, обед и ужин для победителя, – произнесла Лена, пристраивая поднос с едой мне на колени.

На подносе стояли две банки тушенки, огромная кружка, до краев наполненная крепким, ароматным чаем, и горка хлеба. Лишь при виде еды я понял, насколько проголодался.

– Спасибо, Леночка! – ответил я, откусывая огромный кусок хлеба.

Подцепив вилкой из банки кусок мяса, с наслаждением запихнул его в рот и уже с набитым ртом добавил: