Чтение онлайн

– Вартасар, тут нет света, – сказала Уби. – Но я и правда лежу на полу, значит, ты каким-то образом нас видишь… Говоришь, здесь светло?

– Даже слишком, – подтвердил обадеец и чем-то зашуршал – похоже, потер глаза.

– А выход есть? – уточнила я.

– Есть, судя по указателям… Сильная тут ноосфера, особенно по сравнению с присутствием глушилок!

– А, поэтому вы в обморок шлепнулись, когда их с вас содрали! – догадалась Сашка.

– Ну да, – ответил Вартасар очень недовольно. – Это как удар чем-то тяжелым по голове. Выходить будем?

– Будем, будем! – обрадовались туристы.

– Только как? – докончила я. – Наверное, ты, как обадеец, видишь через эту… Ноосферу, а мы-то нет.

– А ведь Лиана права! – сказала Уби. – Вартасар, сильный телепат, как все обадейцы, видит мир Сиусьи глазами самих сиусийцев! Потому они и говорили, что тут светло!

– Кто-нибудь послушает, что я скажу?! – прервал ее Вартасар. – И перестаньте все так истерично радоваться, это меня сбивает… Так вот: если вы еще ничего не видите, сцепитесь руками так, чтобы получилась цепочка, и я вас проведу за собой к выходу.

– А может, воспользоваться вашей… Сумкой и произвести фонарик? – спросила Уби.

– Синтезатором? Материал надо будет очень долго собирать, здесь же везде жесткие покрытия. Просто выйти быстрее. Вставайте! Я скажу, кому с кем сцепиться!

В темноте послышались его шаги, он отошел к стене, делать паровозик из туристов. Судя по витающей в воздухе радости, все шло благополучно, так что я тоже приободрилась и кое-как поднялась с пола, стараясь не потерять равновесие. Тут послышался топот, сопение, и к моей руке прицепили чью-то безымянную конечность. За другую руку взялся, судя по всему, сам Вартасар – по крайней мере, он закричал прямо над моим ухом:

– А теперь пошли! Чтобы не падать, держитесь вдоль стен и не отрывайте ног от пола!

Невидимый лабиринт наполнился старательным шарканьем. Мы поползли за Вартасаром на первой скорости, как большая неуклюжая гусеница. По-прежнему было темно, и из-за шарканья я периодически ушибала пальцы ног об торчащие из земли камни, но обадейская и еще чья-то рука не давали мне упасть.

– Поворот! – кричал Вартасар, периодически, видимо, забывая о том, что обещал стараться говорить тише. – Так! Теперь тут лестница! Аккуратнее! – меня потащили вниз по невидимым ступенькам. – Не бойтесь потеряться, я вас вижу!

– Я тоже, – вдруг раздался какой-то молитвенный голос нашей активной бабульки. – Я тоже вижу! Ох, какая красота! А у меня фотоаппарата нет!

– Где красота? Какая красота? – тут же завистливо занервничали остальные. Я поморгала, но передо мной по-прежнему была темнота.

– Да тут все стены в росписях! И так светло! Свет как из ниоткуда идет! А, вот и стрелочки куда идти!

– Значит, сиусийская ноосфера действует на всех? – оживилась я, дернув Вартасара за руку.

– Значит, на всех, – согласился он не очень приветливо, но я, видимо, на радостях, снова почувствовала ощутимый приступ любви к нему.

Наша сцепка дрогнула – бабулька выпрыгнула из нее и затопала самостоятельно, быстро говоря:

– А у меня ведь здесь и до того бывало – засыпаю или что – и вдруг кажется, что кругом светло! А потом опять ничего не вижу!

– Да, у меня так тоже было! – радостно отозвалась я. – Пока я не начала носить прибор ночного видения…

– И я вижу! – завопил еще чей-то счастливый голос. – Ух ты-ы, красота! Ой, гляньте! Ого!

Под смесь счастья и зависти мы поползли дальше по коридору. Но процесс пошел уже быстро – то один, то другой турист выскакивал из сцепки с диким воплем «я вижу!», как будто до этого он был вообще слепым от рождения, и начинал восхвалять красоты лабиринта. Перед моими же глазами стояла прочная тьма… Мамочки, а может, я вообще ослепла?! Какая-нибудь мышь двинула меня чем-нибудь…

– Сомнительно! – вдруг гаркнул Вартасар мне в ухо так, что я споткнулась и, чуть не подвернув ногу, спросила дрожащим голосом:

– Что сомнительно?

– Что ты ослепла. Я не очень разбираюсь во всех этих научных вещах, но, скорее всего, ноосферное зрение быстрее проявляется, если пару дней провести в полной темноте. А вы все носили приборы, поэтому у вас процесс идет медленнее. Уби и Саша наверняка тоже ничего не видят.

– Точно, – подтвердила Уби мрачно под крики очередного прозревшего туриста. – Эти мыши были правы, надо было их сразу слушаться. Но могли бы и понормальнее сказать, а не темнить!

– Темнить – это точно сказано, – одобрил Вартасар и даже рассмеялся, правда не вслух, а где-то у меня в голове ближе к левому виску.

Скоро в сцепке нас осталось всего трое: туристы обрели зрение и носились по лабиринту туда-сюда, как стадо коней, восхваляя мышиные достижения. Я мрачно сопела, устав шаркать, и думала о том, что мне опять не повезло. Небось, Уби и Сашка сейчас тоже прозреют, а я останусь… И, будто в доказательство этих мыслей, я услышала радостный голос Сашки:

– Ой! Ух ты! Лианк! Представляешь – я вижу!

– Да чего вы все заладили – вижу, вижу, – проворчала я. – Как будто ты до этого не видела ничего!

– Я видела, но тут так… В общем, сама увидишь!

– А может, нет. Может, у меня мозг какой-то невосприимчивый.

– Чепуха, – сказал Вартасар и дернул меня за руку, поворачивая вправо. Тут мне в лицо повеяло слабой теплой струей воздуха.

– Дует, дует! – оживилась туристы. – Скоро выйдем?

– Похоже на то, – вдруг подтвердила Уби, и ее большая рука отцепилась от моей. – Вот теперь и я точно могу сказать, что мне все видно. А то вначале как-то рябило.

– Красиво? – спросила я уныло.

– Неплохо, – отозвалась меянка деловито. – Росписи чем-то похожи на пещеры дельты Альтаира, куда мы в том году экскурсии возили. Вот что надо фотографировать-то было, а они нам что послали? И объяснить ничего нормально не могут, сразу хватают… Одним словом – инопланетяне! Лиана, напомни мне, как придем, штрафик им начислить.

– Как бы нам самим, – пробормотала я, спотыкаясь в по-прежнему беспросветной тьме, – чего не начислили. Кто-то из туристов обещал в суд подать.

– Ой, не бери в голову, это каждый раз так, – отмахнулась меянка. – Как чего немного не понравится, сразу про суд. Вот увидишь, они уже забыли все. Брр говорит, что память среднего туриста не длиннее, чем у новорожденного низери…

Я глубоко вздохнула, выпучила глаза и усилием воли попыталась прозреть. Не получилось. Приток свежего воздуха становился все сильнее. Каким-то образом я точно поняла, что перед нами – широкий прямой коридор, а в его конце что-то очень знакомое и хорошее…

– Море!!! – завопил туристический хор. И тут у меня в голове словно кто-то повернул выключатель: все вокруг залил яркий ровный свет, который шел, кажется, со всех сторон. На миг мне показалось, что я ослепла в обратную белую сторону, но вскоре светлота начала проясняться. Я увидела фигуры туристов, скачущих впереди нас по ровному широкому коридору с каменными стенами, которые переливались крупными разноцветными узорами, переходящими друг в друга, как в бесконечном калейдоскопе. Опустив глаза, я ахнула, увидев пол, который состоял из небольших полупрозрачных розовых, синих и желтых камушков, вкрапленных в прозрачную основу типа стекла. Повернув голову, я увидела на стене огромную стрелку и нарисованную возле нее убедительную картинку, где изображался этот же коридор, в конце которого виднелось небо и блестящее на солнце море. Ну конечно, указатель на выход! Тут я посмотрела вперед и увидела ту же картинку, что и у стрелки, только воочию: ярко-розовое солнце, заходящее за фиолетовое гладкое море – все в точности, как в моем сне!