Чтение онлайн

— Что он задумал? — Оливия, воспринимающая все близко к сердцу, в панике осмотрелась.

— Сейчас узнаем! — стискивая зубы, отозвалась я.

— Что это? Не пора ли?.. Я звоню в полицию! — неуверенно, путаясь в словах, сказала Лив.

Я, закончив свой обед, медленно встала и, заметив, как Оливия дрожащими руками вынимает из сумочки свой айфон, пошла за Максом и его спутницей, которая с каждой секундой чувствовала себя все хуже. Я шла за ними, не таясь, Максим оглядывался, видел, что двигаюсь следом, нервничал сильнее. Проклинал, наверное, матерился, но я не отставала.

Мы дошли до его автомобиля, припаркованного за углом здания. Брюнетка уже была без сознания.

— Добрый день, я могу чем-то помочь? — широко улыбаясь, как истинная американка, спросила я.

— Все в порядке! — на ломаном английском ответил он, дергаясь, будто от боли.

— Милый мой, с языками у тебя еще в школе были огромные проблемы! — сказала я на русском.

— Мы знакомы? — он замер, связка ключей, которую держал в руке, пытаясь открыть дверцу машины, с громким звуком упала на асфальт.

— Не узнаешь? — ядовито вопросила я.

— Лизка? — сглатывая, так что дрогнул кадык на его горле, откликнулся Макс. Но тут же его лицо приобрело злое выражение, глаза сузились, скулы напряглись. — Что ты здесь делаешь, тварь?!

Ох, как! Стало понятным, он откуда-то знает и о тарланах, и о полукровках, и эту он явно не на чай пригласил!

— Зачем тебе полукровка? — прямо поинтересовалась я.

— Хочешь спасти подружку? — оскалился Макс, и я поняла, что совсем не знала бывшего мужа. Горечь на языке захотелось смыть, но нечем.

— Она мне не подружка, как и ты больше не муж! Вы оба для меня чужие! — ответила совершенно спокойно.

Он мою откровенность не оценил. Улыбка стала шире, гадостнее, злее.

— Тебе меня не обмануть!

— И не старалась! — усмехнулась.

Он собирался что-то сказать, я размышляла, но по улице разнесся визг полицейских сирен, на который отозвались мы оба. Он выругался, бросил полукровку на дорогу и кинулся бежать. Времени раздумывать у меня больше не осталось. Я должна узнать, что делает в Нью-Йорке мой бывший муж.

Сейчас о проблеме было известно только со слов одной стороны, но ведь есть и другая. Орден! Возможно, здесь замешан он! Поэтому мне жизненно необходимо узнать больше!

Развернулась с намерением рвануть следом за Максом. Но, как вспышка, промелькнул его образ, тот, который никогда не видела. Эти глаза, наполненные ненавистью, сквозь которую нет-нет, да промелькнет затравленное выражение. Что ему наплели? А он? Горечи во рту прибавилось.

Человек, который знал меня с первого класса, просто взял и поверил!

Все, что оставалось в душе к нему, выгорело дотла. Боль не смогла стереть и слеза, прокатившаяся по щеке. Я не буду рыдать по тому, что было! Мне нужно позаботиться о своем будущем! Стерла влагу тыльной стороной руки, выпрямилась.

«Наконец, я добилась своего!» — довольно хмыкнула невидимая Ярослава.

«Расскажи мне об Ордене!» — не отвлекаясь, мысленно попросила я.

«Что говорить? Признаю, есть некая сила, желающая уничтожить тарланов и полукровок! Этакие псевдо спасители всего человечества, а на деле кучка алчных людишек, мечтающих о бессмертии!»

«Давно они появились?»

«Века три назад, может, раньше. Я помню только каких-то церковнослужителей, гоняющих дьявола и ведьм, то есть полукровок. Бьянка говорила тебе, что потомки тарланов долго не живут, теряют разум и… в общем, все закономерно. Как зародился Орден? Ходят слухи, что один монах, шибко ратующий за справедливость, собрал вокруг себя верных людей, назвал группу пафосно Орден Спасения Человечества — все слова с заглавной буквы — и принялся искать способы вычислить и убить нас. Кто-то из полукровок раскололся под пытками и сдал нас со всеми потрохами. Ну, даже получилось один раз поймать и убить истинную. Только Раэль — одна из нас — сама пришла, ей надоела жизнь. Дура! Могла бы придумать что-то иное!» — в голосе крестной слышалось ничем неприкрытое презрение.

Меня оно мало волновало, больше тревожил недостаток времени, звуки сирен слышались совсем рядом, поэтому поторопилась: «И что было дальше?»

«Ничего особенного! Когда безымянный монах умер, во главе Ордена встал другой человечишка! Этот оказался не столь принципиальным, в смысле, что ему было ровным счетом все равно выживет человечество или всех сожрут злобные твари! Он озаботился иной проблемой! Его в большей степени волновало наше бессмертие! Поэтому он продолжил делать за нас грязную работу — ловить и убивать сбрендивших полукровок!»

«Но ведь…»

«Никого из нас не волновало, сколько их помрет! Раньше — позже, какая разница?!» — резко отозвалась Ярослава, и я поглядела на девушку, лежащую у машины. Она все еще не пришла в себя.

«Здесь вы превзошли сами себя», — получилось обличающе.

«Что делать?! Проживешь с наше — поймешь! Сейчас для тебя важнее скрыться! Если этот твой Максим вступил в Орден, то будь внимательнее! Тебе туда точно нельзя!»

«Уже поняла! — ворчливо кивнула я. — Вот только не могу взять в толк — как они Макса нашли?»

«Скорее всего, это Айвен наследил! Своими играми молодняк привлекает к себе внимание, и не только простых людей, но и тех, кто связан с Орденом!

Им бы больше крови, костей, мышц полукровок. Орден не успокоится, пока не получит эликсир, ну или, пока тарланы не перебьют всех! — и с досадой. — Полукровки насыщаются, Орден наблюдает. Все те, кто подвергся воздействию, становятся объектами пристального внимания членов Ордена.

Вероятнее всего, Максим попался на их удочку. Они вербуют новых членов, обещая многое, умело действуя на психику людей. Те, кто проходит проверку — вступают, затем — дальше. Избранным известна настоящая цель, и она даже лучше, чем спасение человечества. Кто откажется от бессмертия?» — сказано со злой насмешкой, в которой так и слышатся печальные ноты.

Я опять перевела взор на лежащую девушку, провела ладонями лицу.

«Они знают о медальоне?»

«Да, к сожалению. Ален — первый сын Амиора рассказал. Дурак! Думал, вступит в Орден, расскажет, убьет отца и будет ему счастье! Только Амиор собственноручно придушил гаденыша. А не он, так соратники по Ордену на части растерзали бы, — в речи крестной не слышалось ярости, она пересказывала события почти без эмоций. — Думаешь, почему я столько лет питалась одними овощами? За столетия члены Ордена научились находить нас, а о том, куда я ушла, и о ком забочусь, не должен был узнать никто».