Чтение онлайн

В Соединенных Штатах только в 1989 г., то есть через 10 лет после начала Эры хирургии, состоялось первое слушание в конгрессе, инициированное сенатором-демократом от штата Орегон Роном Уайденом и посвященное расследованию деятельности эстетических хирургов, точнее, того, что один свидетель назвал «последним пристанищем флибустьеров, испытывающих рынок на прочность». Их реклама «часто вводит людей в заблуждение, является ложной... и обманывает доверчивых американок». Выступавшие на этом слушании свидетели обвиняли Федеральную торговую комиссию в неспособности регулировать «профессию» и осуждали ее за то, что в 1970-х гг. она разрешила рекламу эстетической хирургии, а затем отказалась нести ответственность за ее последствия. Медицинская специальность «врач — эстетический хирург» должна быть «профессиональной квалификацией», официально присвоенной Американской коллегией пластической хирургии, и эти врачи обязаны проходить обучение. Но американки, которым говорят, что это они должны заботиться о том, чтобы у врача имелась «официально присвоенная профессиональная квалификация», вряд ли знают, что существует более сотни различных «комиссий» с официально звучащими названиями, действующих безо всякого контроля. Целых 90% клиник, занимающихся эстетической хирургией, работают вне поля зрения проверяющих организаций. Наконец, согласно заявленным в конгрессе свидетельствам, «не существует стандартного метода предоперационного обследования», поэтому операцию могут сделать любой женщине. Что же предпринял конгресс, столкнувшись с такой ситуацией? Ничего: законопроект, подготовленный после того, как конгрессмены заслушали 1790 страниц шокирующих свидетельств, «еще не завершен» — так больше года спустя заявил представитель конгрессмена Уайдена доктор Стив Скотт. Почему? Потому что это происходит с женщинами во имя их красоты, а значит, все не так серьезно.

И уж тем более это несерьезно, если речь идет о сексуальности.

Пластика половых органов стала бурно развиваться в 1980-х гг. под влиянием «красивой» порнографии. Угроза СПИДа заставила гетеросексуальных мужчин и женщин ограничивать свои сексуальные контакты, чтобы обезопасить себя, однако идея разнообразия в сексе уже прочно поселилась в их умах. А поскольку в сознании людей почти не осталось представлений о реальной сексуальности, благодаря которым они могли бы противостоять влиянию ее коммерческих образов, фраза «слепить свое тело» начала жить своей собственной жизнью, разобщая мужчин и женщин и толкая их к нарциссизму, уже не ставящему своей целью обольщение. Женщины стали сильнее, но ведь на самом деле это мужчины должны быть сильными, и потому «красота» необходима женщинам, чтобы оправдаться за свою мужскую силу. Когда женщины стали крепкими и сильными во всех отношениях, им начали делать разрезы под грудью и вставлять туда мешочки с гелем. Эталоном мужской физической силы считается сверхмужественный железный кулак, а искусственная грудь — это прикрывающая его сверхженственная бархатная перчатка. «Обнаженная женщина», это беззащитное создание, перестала считаться идеалом. Женская грудь, состоящая из сплошной химии, помогла от него избавиться.

От 200 ООО до 1 млн американок позволили разрезать себе грудь и вставить туда мешочки с химическим гелем. Журналист Джереми Алдерсон из журнала Self говорит о более чем 1 млн женщин и о прибыли, составившей от $168 млн до $374 млн (стоимость операции составляет от $1800 до $4000). Он пишет, что грудь является той частью тела, которую хирурги разрезают чаще всего: 159300 операций в год по сравнению с 67 000 операций по подтяжке лица. В семи из десяти случаев эти операции приводят к уплотнению рубцовой ткани вокруг имплантата, и тогда грудь становится твердой, как камень, и вновь требует хирургического вмешательства, чтобы удалить имплантаты. Или же хирург должен всем своим весом навалиться на грудь, чтобы руками раздавить образовавшиеся силиконовые уплотнения. Солевые имплантаты сдуваются, и их приходится вытаскивать. При этом производители заботятся о том, чтобы хирурги не несли лишних расходов при замене имплантатов (они продаются в упаковках по три пары разного размера). Силиконовые имплантаты протекают, и не известно, к каким последствиям это может привести: медицинские журналы предсказывают проблемы с иммунной системой и синдром токсического отравления. С имплантатами труднее выявить рак груди. Согласно исследованию медицинского центра в Ван-Найс, штат Калифорния, среди 20 больных раком пациенток с имплантатами ни у одной опухоль не была выявлена на ранних стадиях, и к тому времени, когда заболевание обнаружили, у 13 из них оно уже поразило лимфатические узлы. Доктор Сьюзен Чобаниан, эстетический хирург из Беверл-Хиллз, говорит, что очень «немногие женщины отказываются от операций, услышав о рисках».

Риск потери чувствительности соска никогда не упоминается в доступных большинству женщин источниках: по мнению Пенни Чорлтон, «любая операция на груди может и скорее всего приведет к неприятным ощущениям от любой эротической стимуляции, от которой раньше женщина получала удовольствие, и хирурги должны акцентировать на этом внимание в случае, если это является важным для пациента» (курсив автора). Поэтому пластические операции на груди в силу того, что они уничтожают эротические ощущения, являются формой нанесения сексуального увечья.

Представьте себе: имплантаты для пениса, увеличение пениса, оздоровление крайней плоти, силиконовые инъекции в яички, чтобы скорректировать их асимметричность, соляные инъекции с возможностью выбора из трех размеров, хирургические операции по исправлению угла эрекции, подтяжка мошонки, чтобы придать ей цветущий вид. Снимки до и после увеличения пениса в журнале Esquire. Риски: полное онемение головки, снижение сексуальной чувствительности, необратимое ухудшение сексуальных ощущений, вздутие и затвердение мошонки до состояния твердого пластика, опухание яичек, высокая вероятность повторных операций, образование уплотнений, которые хирург должен с силой разминать руками, деформация имплантата, его протекание, неизученные долгосрочные последствия и, наконец, долгие недели, необходимые для восстановления после операции, в течение которых до пениса нельзя дотрагиваться. И через все это нужно пройти, потому что это делает мужчин привлекательными для женщин — по крайней мере так говорят мужчинам.

Цивилизованные люди согласятся с тем, что все это ужасно и женщины не могут даже подумать о таком. Я испытывала отвращение, когда писала об этом. Если вы женщина, то, наверное, читали это с содроганием, а если вы мужчина, то, несомненно, испытывали почти физическую боль.

Но нас, женщин, научили относиться с куда большим состраданием к телу мужчины, или ребенка, или примата, или детеныша тюленя, чем к своему собственному, и когда мы читаем о подобных угрозах женским половым органам, то наши чувства как бы притупляются, мы словно впадаем в оцепенение. Женскую сексуальность вывернули наизнанку, так что мы больше думаем о мужском удовольствии, чем о своем собственном, и точно так же мы относимся и к боли. Кто-то может поспорить, сказав, что грудь и пенис это не одно и то же, что, несомненно, справедливо: и хирургия груди не совсем то же самое, что клитородектомия. Это клитородектомия, но только наполовину.

Кто-то может сказать, что женщины сами соглашаются на это. Но в Западной Африке мусульманские девушки с не-обрезанными клиторами не могут выйти замуж. И женщины племени отрезают клитор нестерилизованными разбитыми бутылками или ржавыми ножами, что часто приводит к кровотечениям и инфекциям, а порой даже к смерти. Да, женщины делают это. И по той же логике можно сказать, что «женщины делают это себе сами».

Приблизительно 25 млн женщин в Африке сексуально искалечены. Обычно это объясняют тем, что так они становятся более плодовитыми, что никак нельзя назвать правдой. Как отмечает Андреа Дуоркин, обычай бинтовать девочкам ноги в Китае также имел в своей основе сексуальное объяснение: считалось, что это влияет на вагину и дает возможность получать «сверхъестественное удовольствие» во время секса, поэтому, как объяснил один китайский дипломат, эта практика «не была такой уж суровой и жестокой». Но как пишет Дуоркин, «мышечная ткань под бинтами часто начинала гнить, и части ступни отслаивались», а «иногда это приводило к потере одного или больше пальцев ног». Но все это приходилось терпеть ради того, чтобы быть желанной: ни одна китаянка «не могла выдержать насмешек, прозвища “большеногий демон” и позора от невозможности из-за этого выйти замуж». Пластические операции на груди также объясняют сексуальным желанием и желанностью.

Как и пластика груди, нанесение увечий половым органам было превращено в банальность: чудовищные изуверства, которым подвергаются женщины, носят «сексуальный, а не политический» характер, поэтому Госдепартамент США, Всемирная организация здравоохранения и ЮНИСЕФ назвали их «социальными и культурными явлениями» и не приняли в связи с этим никаких мер. Правда, в конце концов ВОЗ все-таки занялась этим вопросом. В 1982 г. президент Кении Дэниел Арап Мои запретил в своей стране обрезание клитора, узнав о смерти 14 девушек.

На Западе операции на половых органах тоже имеют свою историю. В XIX в. нормальная женская сексуальность считалась болезнью так же, как сегодня нормальная грудь считается поводом для операции. Роль гинеколога XIX в. заключалась в том, чтобы «распознавать, осуждать и наказывать» эту болезнь и «преступления против общества». Хирургические вмешательства стали «реакцией общества» на то, что «оргазм был болезнью, и его надо было уничтожить».

Викторианская клитородектомия заставляла женщин вести себя хорошо. «Пациентки излечиваются... их моральные качества улучшаются... Они становится мягкими, послушными, трудолюбивыми и целомудренными». Современные хирурги утверждают, что помогают женщинам чувствовать себя лучше, и это, несомненно, правда: викторианские женщины среднего класса настолько хорошо усвоили идею о том, что их сексуальность является нездоровой, что для них гинекологи тоже стали «ответом на их молитвы». Как сказала одна из пациенток доктора Томаса Риза, сделавшая подтяжку лица, «я испытала огромное облегчение». А пациентка викторианского доктора Кашинга, избавившаяся благодаря скальпелю от «навязчивого желания» мастурбировать, писала: «Для меня открылось окно в рай». «Это изменило мою жизнь, — говорит еще одна пациентка доктора Томаса Риза, сделавшая ринопластику, — вот так просто».

Медики викторианской эпохи расходились во мнении относительно того, насколько кастрация женщин работала и возвращала их к «нормальной» жизни. Доктор Уорнер полагал, как и современные хирурги, что результаты были скорее психологическими, чем физиологическими. А доктор Симингтон-Браун допускал это, но настаивал на том, что операции все же нужны, потому что дают «эффект шока». Расцвет Эры хирургии привел к тому, что женщины также возвращаются к «нормальной» жизни, покоряясь мифу о красоте, ведь в их жизни всегда присутствует тайный, невысказанный страх: если вести себя плохо, то придется делать операцию.

В современной эстетической хирургии показания для операции — это не более чем маркетинговый трюк, когда пациентки, которым еще нет и 30, делают подтяжку лица в качестве «профилактики». Точно так же и показания для клитородекто-мии, которые поначалу были строго ограничены, вскоре расширились, и она стала восприниматься как лекарство от всех женских болезней. Доктор Симингтон-Браун начал практиковать клитородектомию в 1859 г. В 1860-х он стал также удалять малые половые губы. Постепенно он становился все смелее, проводя операции 10-летним девочкам, пациенткам, больным идиотизмом, эпилепсией, параличом, имеющим проблемы со зрением... Как сказала одна из зависимых от пластических операций пациенток журналу She: «Стоит однажды начать, и возникает эффект домино». Он прооперировал пять женщин, которые хотели развода, каждый раз возвращая жену мужу. «Хирургия... была церемонией клеймения женщин, которая настолько пугала большинство из них, что они становились покорными. Похоже, калечение, успокоение и психологическое устрашение... были действенной, пусть и безжалостной, формой перепрограммирования». «Клитородектомия,—пишет Шоуолтер, — стала орудием в руках идеологии, которая ограничивала женскую сексуальность деторождением». И точно так же пластика груди — это орудие идеологии, которая удерживает женскую сексуальность в рамках «красоты». Женщины викторианской эпохи жаловались на то, что их «обманом принудили» к лечению, а несколько американок на ток-шоу Опры Уинфри в 1989 г. рассказывали, что хирург, обещавший при помощи пластики половых органов усилить их оргазм, покалечил их без их согласия.