Чтение онлайн

В XIX–XX вв. представления о «пещерных людях», казалось бы, подтверждались находками в пещерах Западной Европы. Знаменитых синантропов, как вы знаете, также извлекли из отложений, заполнявших пещеру.

А пещерные рисунки? Известный специалист по древнейшему искусству археолог Яков Абрамович Шер пишет, что в одной только Франции известно более 160 пещер с живописью, графикой и барельефами на стенах; в Испании таких пещер 120 {177} .

Загвоздка только в том, что во многих из этих пещер люди никогда не жили… Такова, например, пещера Ласко во Франции, где находится знаменитый «зал быков». Судя по скудности археологического инвентаря, люди посещали пещеру, только чтобы полюбоваться изображениями… Чем же было это место? Картинной галереей? Святилищем? Может быть, и тем и другим – но только не обычным жилищем.

Даже австралопитеков в Южной Африке находили и продолжают находить в карстовых пещерах. Однако и для австралопитеков пещера – не убежище. А что же? Братская могила, куда останки бедолаг попадали, как и кости других животных, со стола хищников.

Большая часть известных нам южноафриканских австралопитеков стали жертвами леопардов, – пишет С. В. Дробышевский. – Благодаря пятнистым бестиям мы и имеем останки наших древнейших предков. Леопарды имеют обыкновение затаскивать добычу на деревья, чтобы уберечь от посягательств гиен. А деревья растут там, где больше воды. А вода скапливается в карстовых трещинах. Поэтому объедки кошачьих пиршеств падают прямо в пещерные бездны, где потом их замывает песком. В перемешанном с камнями прессованном виде образуется брекчия – подобие бетона, нашпигованное огрызками. Наиболее показательным примером такой цепочки событий является фрагментарный череп детеныша Paranthropus robustus SK 54. На его теменных костях зияют два отверстия, в которые идеально входят клыки леопарда (Brain, 1970). Подобная участь была характерна не только для массивных австралопитеков, но и более древних грацильных, что подробно показано для Australopithecus africanus из четвертого уровня Стеркфонтейна (Brain, 1981, 1993; Pickering et al., 2004) {178} .

Другая знаменитая пещерная находка, уже упоминавшаяся в книге, – останки австралопитека седибы. Мир узнал о неизвестном доселе виде гоминид благодаря трагедии, разыгравшейся 2 млн лет назад. Только на сей раз виноваты не хищники, а сама пещера, которая стала смертельной ловушкой для бедняжек: все трое разбились, свалившись в 40-метровый колодец. Вероятно, дождевым потоком тела несчастных были смыты в подземный водоем, где их быстро занесло грязью. Затвердев, грязь надежно защитила останки гоминид от разрушения, и в таком виде они пролежали на дне пещеры до наших дней.

Но не пещерой единой! Между прочим, древнейшие стоянки людей, известные науке, – в местонахождениях Гона, Омо, Хадар в Эфиопии, Канжера в Кении, Олдувай в Танзании, Сенга и Семлики (Ишанго) в Заире – находились на открытой местности. Получается, ранние Homo отнюдь не были «пещерными людьми». Да и много ли пещер в африканской саванне? Посмотрите на современных аборигенов Африки, Австралии, Южной Америки – хоть кто-нибудь из них живет в пещерах?

Это не значит, что древние люди игнорировали пещеры. Разумеется, если находили грот или пещеру, то не прочь были поселиться в ней – как-никак крыша над головой, защита от дождя и ветра. По крайней мере, годится в качестве сезонной стоянки.

А еще в пещере можно кого-нибудь похоронить. Знаменитые погребения неандертальцев находились в пещерах и гротах. Например, классический старичок Ля Шапель похоронен в небольшой пещере, где, судя по всему, никто не жил – она использовалась строго в ритуальных целях. В другой знаменитой французской пещере Ля Феррасси похоронены целых четыре неандертальца – двое взрослых и два ребенка, так что, вероятно, пещера играла роль кладбища.

Но пещер на всех не хватит! Во множестве местообитаний их вообще нет, а где пещеры встречаются – их маловато, чтобы быть основным типом «квартиры» для местных жителей.

Другое дело, что оставленная человеком открытая стоянка быстро размывалась дождями и развевалась ветрами, а у пещерного жилища было гораздо больше шансов избежать полного разрушения и сохраниться до наших дней. Этим и можно объяснить, почему многочисленные находки сделаны именно в пещерах.

Скорее всего, древний человек не был специфически пещерным, а просто селился везде, где была возможность. Пещера, грот, скальный навес вполне подходили для его целей, но если таковых не оказывалось – люди прекрасно обходились без них.

Еще одно наследие популярной литературы и кинематографа 100-летней давности. Корни этого мифа произрастают из того обстоятельства, что поначалу поиски древних людей проводились преимущественно в Европе. К началу XX в. мир уже знал кроманьонцев и неандертальцев – и оба эти вида обитали в ледниковую эпоху на территории европейских держав (Кро-Маньон – это Франция, Неандерталь – Германия).

Европейским ученым была симпатична идея зарождения человека в суровых условиях ледниковой Европы, где наши предки, замотанные в шкуры, охотились на утопающих в снегу огромных млекопитающих и убегали от саблезубых тигров «прямо по леднику». В ту пору находки за пределами Европы были немногочисленны; находки, представляющие более ранние стадии эволюции человека, еще более редки и сомнительны. Научное сообщество долго отказывалось признавать питекантропа и тем более австралопитека – какую-то обезьяну из Южной Африки. Сами понимаете: благородный «первый англичанин» из Пилтдауна с подобным существом за один стол не сядет (см. миф № 2)!

Именно таким – нордическим бородатым атлетом, греющимся у первобытного костра, древний человек и вошел в массовое сознание, в литературу, в кинематограф.

И опять стереотип оказался крайне живучим…

Сейчас, после того, как тысячи находок были сделаны за пределами нашего континента, мы знаем, что первые главы эволюции человека писались не в Европе, а в Африке, совсем в других декорациях. В ту пору гораздо б'oльшую угрозу человеческим популяциям могло создавать палящее солнце и засухи. И хотя миграционные волны неоднократно выкатывались за пределы Черного континента, именно Африка стала колыбелью нашего вида (см. Миф № 38).

Да и мигрировав в Евразию, расселившись от Испании до Индонезии, древние люди не спешили покидать тропические широты. Это сделал только гейдельбергский человек, а еще дальше на север продвинулись его потомки – неандертальцы.

Кстати, древнейший достоверный сапиенс за пределами Африки найден не в Европе, а в Юго-Восточной Азии, в Лаосе (пещера Там Па Линг, 46 000–63 000 лет назад {179} ).

В мае 2011 г. в Science была опубликована статья о самой северной (и, как выяснилось, самой поздней – 31 000–34 000 лет назад) неандертальской стоянке – на Северном Урале, в пещере Бызовая {180} . Это близко к Полярному кругу и на 1000 км северней, чем любые другие известные находки, относимые к неандертальской культуре. Правда, костей человека на стоянке не обнаружили, и выводы авторы статьи делают на основании найденных орудий – что оставляет место для некоторых сомнений… Все прочие неандертальские памятники находятся не севернее 55-й широты, а значительная их часть сосредоточена на юге Европы. Даже в самое суровое время последнего ледникового периода ледовый щит, покрывавший север Евразии, почти не затронул неандертальского ареала. Для наглядности: подо льдом оказался бы современный Санкт-Петербург, а вот москвичам повезло – до них бы ледник не добрался.

Даже неандертальцы, скорее всего, никогда не видели ледника. Крайний Север был заселен только нашими непосредственными предками, кроманьонцами, на тысячелетия позже.

Попросите любого знакомого описать первобытного человека. Скорее всего, слово «волосатый» будет в первой тройке эпитетов. Косматые, покрытые шерстью – такими мы их помним по иллюстрациям в популярных книгах, где акцент делался на звериной сущности, обезьяноподобности предка. Такова, как мы уже писали, традиция изображения «диких людей», появившаяся задолго до Дарвина. Уже в средневековых описаниях они, как правило, почти целиком покрыты шерстью, за исключением кистей и стоп, лица и груди у женщин.