Мифы об эволюции человека
Шрифт:
Некоторые современные аборигенные народы – в Южной Америке, в Африке, на Новой Гвинее и даже на севере Евразии – действительно довольно агрессивны. Известны примеры племен, которые до недавнего времени находились в состоянии постоянной войны с соседями.
Однако проводить параллели между современными племенами и нашими далекими предками нужно с большой осторожностью. Нынешние охотники-собиратели нередко вытеснены более продвинутыми соседями – скотоводами и земледельцами – в самые неблагоприятные условия, где жизнь тяжела, а ресурсы скудны.
Быт индейцев Амазонки, что называется, из первых рук, подробно описан в отличной книге «Яноама», изданной у нас в 1972 г. Ежедневное меню индейцев шокирует. На охоте везет далеко не всегда; бедняги вынуждены питаться личинками насекомых, кореньями и прочей дрянью. Поймать броненосца – это настоящий праздник для племени! А когда попадается пчелиное гнездо, то с голодухи индейцы съедают не только мед, но и самих пчел, которых выдавливают себе в рот {186} …
Конечно, от такой жизни озвереешь…
186
Биокка Э. Яноама. – М.: Мысль, 1972.
Иное дело – в палеолите, когда плотность населения была маленькой, а стада диких животных бродили прямо под носом. Это вовсе не означает райскую жизнь (см. миф № 62), но что делить друг с другом небольшим группам людей, разделенным расстояниями в десятки километров?
Археология о степени «озверения» наших предков сообщает очень немногое. Как пишет Л. Б. Вишняцкий:
Все, что есть в распоряжении исследователей, – это немногочисленные человеческие кости со следами повреждений явно или предположительно насильственного происхождения, а также еще более скудные и очень трудные для истолкования изобразительные сюжеты, в которых при желании и достаточно развитом воображении можно усмотреть сцены схваток и убийств {187} .
187
Вишняцкий Л. Б. Вооруженное насилие в палеолите // Stratum plus. 2014. № 1.
И далее:
Встречаются и раны, которые можно приписать воздействию ударного или метательного оружия. Некоторые из таких ран трудно, а иногда и невозможно объяснить иначе, однако для большей их части подобное истолкование является лишь одним из нескольких допустимых.
Подобных следов, видимо, вообще нет на костях австралопитеков и человека умелого (чего не скажешь о следах зубов хищников, но об этом отдельный разговор – см. миф № 59). Когда-то свидетельством насилия считали вмятины и трещины, как бы от ударов орудиями, на черепах синантропов. В популярных книгах много писали – и пишут до сих пор! – будто люди из нижней пещеры Чжоукоудяня стали жертвами людоедов (см. миф № 22, а также миф № 65). Сейчас тезис о людоедстве оспаривается. Единственное, что подтвердилось, – следы зубов гиен на этих костях. Похожая история с останками ранних неандертальцев в Крапине (Хорватия), которых тоже считали павшими от рук каннибалов – но спор на эту тему длится до сих пор.
Повреждения, нанесенные орудиями, на костях неандертальцев, конечно, есть. Таков, к примеру, сквозной разруб на знаменитом черепе из Сен-Сезер (Франция), причем со следами заживления – после травмы бедолага протянул еще несколько месяцев.
Но находки такого рода единичны. Это не значит, что у неандертальцев мало травм (мы к этой теме еще вернемся). Однако, чем эти травмы были вызваны, в большинстве случаев неясно.
Многочисленные достоверные свидетельства вооруженных столкновений возникают только в конце верхнего палеолита, 18 000 лет назад {188} . В еще более поздние времена убийство человека человеком находит наконец воплощение и в искусстве – сцены вооруженного насилия появляются в наскальных рисунках.
188
Вишняцкий Л. Б. Вооруженное насилие в палеолите // Stratum plus. 2014. № 1.
Пример древнейшего твердо установленного убийства одного представителя Homo sapiens другим находится на территории нашей страны. Речь идет об уже упоминавшейся стоянке Сунгирь, открытой на окраине города Владимира в середине XX в. В одном из двух найденных погребений захоронен пожилой мужчина – лет 50, высокого роста, атлетического телосложения. Судя по богатству погребения, этот человек занимал высокое положение в своем сообществе. Исследователи сделали рентген шейного позвонка и обнаружили повреждение от удара острым предметом – вероятно, дротиком или копьем. Следы заживления отсутствуют – рана оказалась смертельной. Более 30 000 лет назад этот крупный мужчина кому-то сильно помешал {189} …
189
Бужилова А. П. О реконструкции причин смерти взрослого сунгирца. Выступление на 6-м заседании Клуба «АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ». (ссылка).
Что же получается? Согласно статистике, по мере приближения к современности насилия становилось не меньше, а больше. Воевать стали, когда увеличилась плотность населения, было изобретено более грозное оружие (лук со стрелами и т. п.), а у соседей появилось, наконец, то, что можно отобрать…
Конечно, нельзя исключать и обычную случайность: человеческих костей верхнего палеолита найдено больше, чем останков людей всех предыдущих эпох. Логично, что возросло и число находок с повреждениями насильственного характера.
Миф № 57
В древности мужчины заполучали женщин в основном силой
Флирт каменного века по мотивам старых популярных книг: древний мужлан подкрадывается к ничего не подозревающей человеческой самке, оглушает ее дубиной и, довольно скалясь, за волосы тащит в пещеру. Думаете, я утрирую? Ну что ж, вот вам неандертальская зарисовка из книги Йожефа Аугуста «Великие открытия»:
В то время как маленький Рим весело плескался в воде, а Маха обсыхала, нежась на солнце, из кустов высунулась голова молодого дикаря с взлохмаченными волосами, жидкой бородкой и глубоко сидящими глазами.
…Охотник бесшумно преследовал Маху. Вначале он крался за ней незамеченным, но, когда она исчезла за выступом скалы, перестал скрываться и побежал. Напуганная шумом шагов, женщина резко обернулась и, увидев незнакомого охотника с дико горящими глазами, бросилась бежать. В паническом ужасе Маха неслась вдоль скалы куда глаза глядят. Внезапно она увидела впереди высокий вход в пещеру и хотела нырнуть туда, надеясь спастись от преследователя в лабиринте темных переходов. Но это ей не удалось. Охотник настиг ее у самого входа. В ужасе Маха прижалась к скале и приготовилась защищать себя и маленького Рима. Охотник был небольшого роста, но сильный, широкоплечий и мускулистый. Тело его было покрыто многочисленными шрамами – следами схваток с врагами и дикими зверями. Широко открытыми глазами смотрел он на оскаленные зубы Махи, но оцепенел лишь на мгновение. Схватив женщину за руки, он с грозным видом выкрикивал ей что-то о своей силе и своих победах. Маленький Рим громко заплакал от страха, Маха вырвалась из рук охотника – ее охватила бешеная ярость. Она бросилась на него и вцепилась зубами в загривок, острыми ногтями царапая лоб и щеки. От неожиданности охотник отскочил назад, но тут же, стыдясь своего отступления перед женщиной, с ненавистью поднял кулак, чтобы ударить ее…
…С безумным криком Маха кинулась на жестокого охотника, кусала его и колотила, вцепилась в волосы, рвала редкую бородку. Но тот легко справился с ней. Он схватил Маху за кисть и вывернул ей руку. От все усиливающейся боли яростный крик женщины перешел в стоны, заглушаемые грубым смехом охотника {190} .
190
Аугуста Й. Великие открытия. – М.: Мир, 1965.
Справедливости ради, в этой книге «гнусному неандертальцу-каннибалу» противопоставляется положительный герой, который погибает в поединке, пытаясь защитить женщину…
Уже почти 90 лет назад образ «пещерного человека – насильника» примелькался настолько, что Гилберт Кит Честертон выдал в книге «Вечный Человек» язвительный комментарий, под которым я готов подписаться (а это 1925 г.!):
В наши дни книги и газеты наперебой описывают популярного героя, которого называют Пещерным Человеком. Видимо, все хорошо, даже лично с ним знакомы. Его психологию серьезно учитывают и враги, и авторы романов. Насколько я понял, он чаще всего бил жену и вообще, как говорят теперь, обращался с женщиной «без дураков». Не знаю, первобытные ли дневники или сообщения о разводах легли в основу таких воззрений.
Мало того, я никак не могу понять, почему, если фактов нет, надо считать наиболее вероятными именно эти поступки. Нам непрестанно толкуют, что человек тех времен то и дело размахивал дубинкой и, прежде чем уволочь даму, стукал ее по голове. Нет, не пойму, почему у столь грубого самца столь щепетильная самка!
Может быть, Пещерный Человек был истинным зверем, но отчего бы ему быть грубее самих зверей? Браки жирафов и ухаживания бегемотов обходятся без таких ужасов.
[…]
Мы лучше увидим правду, если рассмотрим, а не отбросим это реальное свидетельство. В пещере нашли не страшную дубинку, обагренную женской кровью, и не ряды треснутых, словно яйца, женских черепов. Она не оказалась тайной комнатой Синей Бороды. Она вообще никак не связана с модными фразами, мудрыми домыслами и литературными толками, которыми нас заморочили {191} .
191
Честертон Г. К. Вечный Человек. Собр. соч. в 5 тт. Т. 5. – СПб.: Амфора, 2000.
Прав Честертон, прав! Фактически, с точки зрения археологии, ситуация еще невнятней, чем она представлена в мифе о древнем насилии. Строго говоря, археология на эту тему молчит вплоть до появления палеолитических «венер» – статуэток женщин из верхнего палеолита, которых некоторые исследователи интерпретируют как древнейшую порнографию…
Проблема на самом деле гораздо шире. Изучать любые стороны быта древних людей, не относящиеся напрямую к орудийной деятельности и добыванию пищи, крайне трудно!
Ученые, конечно, изобретают все более хитроумные способы заглянуть в прошлое, благодаря чему мы узнаем неожиданные подробности. Например, анализ ДНК неандертальцев из испанской пещеры Эль-Сидрон показал: все взрослые мужчины из этой пещеры имеют одинаковый митохондриальный гаплотип, а у всех женщин гаплотипы разные. Видимо, мужчины – местные, а женщины пришли из «другой пещеры». Патрилокальность – когда жена переходит жить в семью мужа – характерна и для большинства современных традиционных обществ (подробней мы на этом остановимся в мифе № 58). Впрочем, распространять на всех неандертальцев выводы, основанные на анализе одной группы, нужно с большой осторожностью!